Долгожданный финал культовой серии, которая разошлась по миру тиражом свыше 10 миллионов экземпляров! Власть легче завоевать, чем удержать. Джуд, Верховная королева Эльфхейма, лишена власти, но не сломлена. Даже находясь в изгнании, она не оставляет надежды вернуться ко Двору фейри. Отринув свои чувства к Кардану, Джуд спешит на помощь сестре, которая попала в беду в Фейриленде. Но знакомого Эльфхейма больше нет. Война на пороге. И Джуд должна собрать все свои силы, чтобы спасти то, что...
- Я уже несколько дней не носил никакой одежды. И не понимаю, почему должен сейчас вновь начать ее носить.
- Из благопристойности, быть может? Из скромности?
- Каждая часть меня восхитительна.
- А ведь он, знаешь ли, разговаривая со мной, пытался произвести впечатление на тебя.
- А мне показалось, что ему просто интересно было узнать о необычных сладостях.
- Нет, он хочет нравиться тебе. Но он, конечно, не должен тебе нравиться только потому, что ему так хочется.
В отличие от Локка, я никогда не считал любовь игрой. Ты во многом можешь меня обвинить, но только не в этом.
Джуд любит ожидать самого худшего и от своих врагов, и от своих друзей. Но, надо заметить, ошибается редко.
Возможно, это не самая плохая вещь на свете - желание быть любимой, даже если тебя не любят. Даже если это причиняет боль. Возможно, люди не всегда бывают такими уж слабыми существами.
Ненавижу быть дурой. Ненавижу, когда чувства начинают брать верх над моим разумом, делая меня слабой. Но страх оказаться дурой именно в нее меня и превращает.
Я предупреждаю тебя об этом потому, что это уже не имеет значения. Ты обречена, королева Эльфхейма. Ты уже любишь его. Ты уже любила его и тогда, когда расспрашивала меня о нем, а не о собственной матери. И ты будешь по-прежнему любить его, смертная девушка, еще долго после того, как его чувства к тебе испарятся, словно утренняя роса.
- Остановить тебя? Да без проблем. Если только начнёшь превращаться в окончательного засранца и станешь угрозой для Эльфхейма, я голову снесу тебе с плеч.
- Хорошо. И это одна из причин, по которым мне не хотелось верить, что ты заодно с Мадоком. Другая причина заключается в том, что я хочу, чтобы ты была на моей стороне в качестве королевы.
Что ж, может, я не заслуживаю доверия, но зато я верю тебе.
Отправить меня в изгнание? Что ж, это был вполне логичный, естественный для Кардана ход. Я ненавидела себя за то, что не предусмотрела его. И сейчас ненавижу себя за то, что не угадываю, каким будет твой следующий ход.
- Я не хотел обидеть тебя. Нет, не так... Я не думал, что могу обидеть тебя. И никогда не думал, что ты станешь бояться меня.
- И как это тебе? Понравилось?
Он отводит взгляд в сторону, и я получаю ответ на свой вопрос.
Было ужасно видеть, как ты падаешь. Как правило, ты можешь заставить бояться любого, но я совершенно не привык бояться за тебя. А ещё я был в ярости. Не думаю, что когда-либо в жизни был так разгневан, как тогда.
До чего глупо, когда люди наперебой пытаются убить короля, будто это сделает каждого из них лучше, чем прежде... Это всё равно, как если бы а мире смертных адвокат убил другого, чтобы получить право вести дела.
Ты знаешь, что заставляет людей полюбить друг друга? Не знаешь. И никто другой не знает.
В великой игре принцев и королев я оказалась пешкой, которую смахнули с доски.
Некоторые пророчества порой исполняются благодаря тем действиям, которые должны были их предотвратить.
-А может, позволишь лучше просто спасти тебя? -спрашивает Кардан. -Хотя бы в виде исключения.
Я настаиваю: сердись на меня на более близкой дистанции.
-Джуд никогда не любила Локка. Она любила кого-то другого. Вот ему она точно желала бы смерти.
-Любовь-это глупость. Мы только и делаем,что разбиваем друг другу сердца -Да-говорю я, снова думая о Кардане и том, как я попала в прямую ловушку которую он мне расставил.
«К преданности и к любви нельзя принуждать».
Для того, кто вечно голоден, нет услады даже в богатом пиршестве.
В природе ребенка заложено достижение того, о чем родитель может только мечтать
Лучше не пытаться, чем потерпеть неудачу.
-Сладкая моя мстительница, как же я рад, что ты вернулась.