– Ты на таблетках, я надеюсь? – слышу я за дверью спальни грубый голос мужа. – Надо было об этом раньше думать, когда накинулся на меня без защиты, – отвечают ему насмешливо. Я цепенею, схватив ручку двери, и не решаюсь войти внутрь. Тело не слушается, руки прижаты к выпуклому животу, в котором беспокойно ворочается наш малыш, а мое дыхание учащается. В груди болит и ноет, а воображение подкидывает откровенные позы, в которых муж… “любил” другую женщину. – Ты взрослая женщина, Оля,...
— Да, я виноват. Но хочу вернуть всё обратно. — Невозможно склеить разбитую вазу. — Ты не сможешь меня простить? — Нет. Ты меня предал. Растоптал. И наш ребёнок не будет расти рядом с таким вот папой-предателем. — Всё можно простить, если захотеть. Назови свою цену. Что мне сделать, чтобы ты меня простила? Я сделаю всё, что угодно. — Нет таких вещей, Егор. И я не товар в магазине, чтобы иметь какую-то цену. Оставь меня в покое. Я уже была твоей женой, у тебя шансов было на сто лет вперёд. А...
– Ты серьезно думаешь, что меня возбуждают борщи и твоя вечно унылая физиономия? – Но я... старалась. Я всегда старалась. – Вот именно. А нормальным женщинам не надо стараться. Они и так горят. А ты – как старый холодильник. Холодная, скучная и… дефективная. – Виктор... – Хватит. Я все сказал. Не устраивай сцен. Уйди красиво. – Мне нужно уйти? – Да. Ты была удобной. А теперь ты просто бесполезная. *** Он выгнал меня. А через месяц пожалел, что не добил. У меня будет все, о чем я всегда...