Цитаты из книг
Он плакал вместе с ливнем. Орал молча, внутри, больше не пытался делать вид, что не ненавидит себя.
Ее он с головой укрыл одеялом. И больше не мог сдвинуться с места. Сидел возле тела и едва ли понимал, зачем ему ехать домой. К кому? Его дом был здесь, рядом с ней. Больше дома нет, он остался один.
Захлебывался, когда приглаживал ей волосы, сгибался пополам от хрипов и обнимал через одеяло. Уже не ту, не ее – та вернулась в свой мир, он надеялся.
Кей не знал, каким образом сможет выкопать могилу – как, чем, где возьмет на это сил. И потому умывался ледяным дождем, который касался разодранного надвое сердца. Молнии стали его адовым пламенем, грохот грозы ватой, заложившей истеричный и теперь вечный визг сознания.
Больше он никогда – и никакой алкоголь этому не поможет – не сможет спать по ночам.
Веста Керини, живущая в маленьком отдаленном селе, много лет была влюблена в соседского парня Гриня и терпеливо ждала от него предложения руки и сердца. И Гринь посватался. Но не к ней. В расстроенных чувствах, сбежавшая ночевать в лес Веста не знала, что наутро вернется в разоренное врагами село – к сожженным избам и убитой родне. Вне себя от горя она встречает схоронившуюся в чаще старуху-отшельницу, которая убеждает: «Я отправлю тебя через тайную дверь в иной мир, ты проживешь там год, а...
– Все будет хорошо.
То было первым, что Кей рискнул произнести не из «пустого».
Да, точно, моя неработающая мантра.
– Скоро ты вернешься, все наладится.
Он силился помочь, как мог. Старался думать не о себе, хотя ему, наверное, хреново. Я втянула в свою историю не только его тело, но и душу. Чувства, сердце. Нет, я не играла с ними, но и не умела отказать себе в радости хоть сколько-то побыть любимой. Жалела теперь? Нет. Но грустила от того, что грустить будет он. Долго. Как пес, который привыкает долго, а отвыкает вечность. Есть такие собаки – верные до собственного конца.
Все мы слабые. Чувствовалось, что на подходе слезы.
– Обещай мне… – слова давались ему трудно. – Что будешь счастливой. Там.
– Не могу.
Веста Керини, живущая в маленьком отдаленном селе, много лет была влюблена в соседского парня Гриня и терпеливо ждала от него предложения руки и сердца. И Гринь посватался. Но не к ней. В расстроенных чувствах, сбежавшая ночевать в лес Веста не знала, что наутро вернется в разоренное врагами село – к сожженным избам и убитой родне. Вне себя от горя она встречает схоронившуюся в чаще старуху-отшельницу, которая убеждает: «Я отправлю тебя через тайную дверь в иной мир, ты проживешь там год, а...
– Мы напьемся завтра, ладно?
Ей страшно.
– Ты ведь не промахнешься?
Он никогда не промахивался. Потому что давно не пьянел.
Покачал головой – миллиметровое движение. И заставил себя задать вопрос, который должен был. Ненавистный вопрос:
– Ты хочешь, чтобы я тебя предупредил…
«…перед выстрелом?»
Она поняла.
– Мне все равно. Лишь бы хватило… одной пули. Да?
Хватит.
Веста Керини, живущая в маленьком отдаленном селе, много лет была влюблена в соседского парня Гриня и терпеливо ждала от него предложения руки и сердца. И Гринь посватался. Но не к ней. В расстроенных чувствах, сбежавшая ночевать в лес Веста не знала, что наутро вернется в разоренное врагами село – к сожженным избам и убитой родне. Вне себя от горя она встречает схоронившуюся в чаще старуху-отшельницу, которая убеждает: «Я отправлю тебя через тайную дверь в иной мир, ты проживешь там год, а...
Я не любила те цветы, не разглядывала их, не наслаждалась их присутствием. Они были не высказанными вслух словами «прости». А эти другие. Эти дышали нежностью и тихим спасибо. Возможно, даже не мне, а бытию, моменту и заключенной в нем радости.
Веста Керини, живущая в маленьком отдаленном селе, много лет была влюблена в соседского парня Гриня и терпеливо ждала от него предложения руки и сердца. И Гринь посватался. Но не к ней. В расстроенных чувствах, сбежавшая ночевать в лес Веста не знала, что наутро вернется в разоренное врагами село – к сожженным избам и убитой родне. Вне себя от горя она встречает схоронившуюся в чаще старуху-отшельницу, которая убеждает: «Я отправлю тебя через тайную дверь в иной мир, ты проживешь там год, а...
Кей бродил по лугу почти бесцельно. Сколько дней из своей жизни он видел, по-настоящему видел? Не бежал, не сидел внутри собственной черепной коробки, как в тюрьме, но вдыхал и чувствовал аромат трав? Сколько? И не смог вспомнить.
Веста Керини, живущая в маленьком отдаленном селе, много лет была влюблена в соседского парня Гриня и терпеливо ждала от него предложения руки и сердца. И Гринь посватался. Но не к ней. В расстроенных чувствах, сбежавшая ночевать в лес Веста не знала, что наутро вернется в разоренное врагами село – к сожженным избам и убитой родне. Вне себя от горя она встречает схоронившуюся в чаще старуху-отшельницу, которая убеждает: «Я отправлю тебя через тайную дверь в иной мир, ты проживешь там год, а...
...всегда правильно делать то, что приносит максимальное удовольствие именно сейчас. Потому что тот, кто откладывает, не живет никогда.
Однажды она обратилась к нему за помощью. И Кайд Дварт, способный на многое, практически на все — открывать Порталы в чужие миры, запускать вспять ход времени и возвращать из царства теней, — впервые осознает, что не всесилен. Что любовь — это взаимное движение навстречу и доверие без предварительных слов и обещаний. Сумеет ли Эра Алгория произнести клятву, от которой дрогнут струны Вселенной, согласится ли шагнуть в пропасть без крыльев? Потому что лишь ее безоговорочная вера позволит ему...
- Так, гордая мисс отвечать не захотела, - ... Поставила телефон на виброрежим? Слишком громко включила музыку? Спит? Занята? "Выпендривается".
Когда счастье искрится, словно пузырьки в бокале шампанского, и ничто не предвещает беды…
Когда кажется, что так будет всегда: прекрасная жизнь, любимый мужчина рядом…
Чудесная сказка.
Но всего одна жестокая ошибка — не твоя, а чужая, — и ты оказываешься там, где ничего этого нет.
Еще не случилось.
В прошлом.
И он… твой Чейзер…
Он тоже здесь.
Но нужна ли ты ему теперь?
Рассвет встретит меня пустой кроватью – я знала.
Но даже это не омрачало радости. Потому что мое «сейчас» длилось бесконечно, и в нем было главное – любовь, звучащая не словами, но касаниями, поцелуями и пульсом в унисон
Веста Керини, живущая в маленьком отдаленном селе, много лет была влюблена в соседского парня Гриня и терпеливо ждала от него предложения руки и сердца. И Гринь посватался. Но не к ней. В расстроенных чувствах, сбежавшая ночевать в лес Веста не знала, что наутро вернется в разоренное врагами село – к сожженным избам и убитой родне. Вне себя от горя она встречает схоронившуюся в чаще старуху-отшельницу, которая убеждает: «Я отправлю тебя через тайную дверь в иной мир, ты проживешь там год, а...
В мире пятьсот миллионов вещей, которые желают, чтобы я расстроилась, и всего одна минута, чтобы расслабиться, – эта. Я научусь спокойно спать и спокойно жить, я научусь не думать о том, о чем не хочется…
Веста Керини, живущая в маленьком отдаленном селе, много лет была влюблена в соседского парня Гриня и терпеливо ждала от него предложения руки и сердца. И Гринь посватался. Но не к ней. В расстроенных чувствах, сбежавшая ночевать в лес Веста не знала, что наутро вернется в разоренное врагами село – к сожженным избам и убитой родне. Вне себя от горя она встречает схоронившуюся в чаще старуху-отшельницу, которая убеждает: «Я отправлю тебя через тайную дверь в иной мир, ты проживешь там год, а...
Дуло к виску, не касаясь.
Он ненавидел себя.
Тот, готовый стоять в нем на коленях, теперь висел на плече с хрипами, орал: «Не делай этого, не делай, пожалуйста!» Он предавал самого себя. Не делай! – пацан, салага. Кей знал, что одним выстрелом он убьет их обоих. Ее и того человека в себе, которому она недавно адресовала спасибо.
«Ей пора. Она должна спасти своих».
Плакать он начал вместе с начавшимся дождем.
И бесчувственным пальцем от ужаса того, что делает сам, нажал на курок до того, как над ними в первый раз сверкнула молния.
Раздавшегося спустя несколько секунд за этим грома Веста уже не услышала.
Веста Керини, живущая в маленьком отдаленном селе, много лет была влюблена в соседского парня Гриня и терпеливо ждала от него предложения руки и сердца. И Гринь посватался. Но не к ней. В расстроенных чувствах, сбежавшая ночевать в лес Веста не знала, что наутро вернется в разоренное врагами село – к сожженным избам и убитой родне. Вне себя от горя она встречает схоронившуюся в чаще старуху-отшельницу, которая убеждает: «Я отправлю тебя через тайную дверь в иной мир, ты проживешь там год, а...
«Контроль – иллюзия твоего влияния на ситуацию, способность её удерживать, менять, воздействовать, а желание контроля возникает только из страха.
Будучи богиней справедливости, живущая на Небе Эмия Адалани ежедневно тратит время на то, чтобы воздать людям за их поступки: у одних отнимает небесную манну, другим добавляет. И каждый раз задается вопросом: почему люди совершают то, что совершают, - неужели это все чувства? Ей, жительнице Неба, где все спокойно, они давно забылись, ведь Боги Астрея не имеют тревог, лишений или проблем. В Астрее процветает изобилие, любвеобилие и пресыщенность, и все хорошо. Вроде бы... Только почему...
С миром бороться все равно, что с океаном — волны бесконечны.
Дилогия "Последний Фронтир". Книга 1. Своровала деньги? Потому что говорил «наши». А еще говорил «люблю», вот только любовь со временем тускнеет, но жажда мести никогда. Пойманная и избитая своим «бывшим» за воровство, Белинда Гейл обнаруживает себя на странном этапе жизни — ни денег, ни идей, куда податься, ни особенного более желания жить. Странная беседа с незнакомцами на мосту; слова «Иди в монастырь» — пойдет ли? Пойдет, если не побоится принять вызов судьбы и пройти «Путь Воина»....
Месть не ощущалась ни сладкой, ни горькой. Месть — это просто месть, и иногда она необходима для самоуспокоения и для того, чтобы научить другого не быть скотиной.
Дилогия "Последний Фронтир". Книга 1. Своровала деньги? Потому что говорил «наши». А еще говорил «люблю», вот только любовь со временем тускнеет, но жажда мести никогда. Пойманная и избитая своим «бывшим» за воровство, Белинда Гейл обнаруживает себя на странном этапе жизни — ни денег, ни идей, куда податься, ни особенного более желания жить. Странная беседа с незнакомцами на мосту; слова «Иди в монастырь» — пойдет ли? Пойдет, если не побоится принять вызов судьбы и пройти «Путь Воина»....
Неизвестность — она хуже всего остального. К знанию о плохом можно привыкнуть, подготовиться, пережить заранее; неизвестность пережить заранее нельзя.
Дилогия "Последний Фронтир". Книга 1. Своровала деньги? Потому что говорил «наши». А еще говорил «люблю», вот только любовь со временем тускнеет, но жажда мести никогда. Пойманная и избитая своим «бывшим» за воровство, Белинда Гейл обнаруживает себя на странном этапе жизни — ни денег, ни идей, куда податься, ни особенного более желания жить. Странная беседа с незнакомцами на мосту; слова «Иди в монастырь» — пойдет ли? Пойдет, если не побоится принять вызов судьбы и пройти «Путь Воина»....
Впереди, словно в назидание, по мокрому асфальту цокала шпильками элегантная молодая девушка в белом плащике, с модной сумочкой и в сапожках; когда мимо проехала дорогая машина и девушке просигналил водитель, Белинда фыркнула.
«Все одно и то же: мы выпендриваемся для них, но они никогда не выпендриваются для нас. Хотят, чтобы со свиньей всегда жила утонченная газель…»
Дилогия "Последний Фронтир". Книга 1. Своровала деньги? Потому что говорил «наши». А еще говорил «люблю», вот только любовь со временем тускнеет, но жажда мести никогда. Пойманная и избитая своим «бывшим» за воровство, Белинда Гейл обнаруживает себя на странном этапе жизни — ни денег, ни идей, куда податься, ни особенного более желания жить. Странная беседа с незнакомцами на мосту; слова «Иди в монастырь» — пойдет ли? Пойдет, если не побоится принять вызов судьбы и пройти «Путь Воина»....
«Да здравствуют кроссовки — обувь всего мира без разделения по половой принадлежности!»
Дилогия "Последний Фронтир". Книга 1. Своровала деньги? Потому что говорил «наши». А еще говорил «люблю», вот только любовь со временем тускнеет, но жажда мести никогда. Пойманная и избитая своим «бывшим» за воровство, Белинда Гейл обнаруживает себя на странном этапе жизни — ни денег, ни идей, куда податься, ни особенного более желания жить. Странная беседа с незнакомцами на мосту; слова «Иди в монастырь» — пойдет ли? Пойдет, если не побоится принять вызов судьбы и пройти «Путь Воина»....
Она ненавидела каблуки — уродский и неудобный выпендреж, придуманный для того, чтобы чьи-то ноги казались длиннее и чтобы мужские члены вставали быстрее.
«Мудаки, они все мудаки. И если с членом проблемы, то каблуки не помогут. Тупой аксессуар, чтобы привлечь мужское внимание, чтобы показать им — видите, я иду на каблуках, и, значит, я женщина! А без каблуков — не женщина?»
Дилогия "Последний Фронтир". Книга 1. Своровала деньги? Потому что говорил «наши». А еще говорил «люблю», вот только любовь со временем тускнеет, но жажда мести никогда. Пойманная и избитая своим «бывшим» за воровство, Белинда Гейл обнаруживает себя на странном этапе жизни — ни денег, ни идей, куда податься, ни особенного более желания жить. Странная беседа с незнакомцами на мосту; слова «Иди в монастырь» — пойдет ли? Пойдет, если не побоится принять вызов судьбы и пройти «Путь Воина»....
Чем ты сам ранимее, тем сильнее хочется язвить.
Инига Снежна считает нормальным работать в Городе, разделенном на сексуальные зоны, – Логан Эвертон испытывает отвращение ко всем, кто приезжает туда за телесными утехами. Она не стыдится работать с голой грудью – его подобная распущенность заставляет негодовать. Она верит, что вокруг нее нет разврата, – лишь свобода быть собой. Он презирает всех, кто думает гениталиями вместо головы. Она – официантка. Он – программист. Они встретятся там, где она свободна и весела, а он холоден и полон...
Как - то не жилось сказке на моей дороге жизни - придёт, покажется и убежит. Изменщица.
Инига Снежна считает нормальным работать в Городе, разделенном на сексуальные зоны, – Логан Эвертон испытывает отвращение ко всем, кто приезжает туда за телесными утехами. Она не стыдится работать с голой грудью – его подобная распущенность заставляет негодовать. Она верит, что вокруг нее нет разврата, – лишь свобода быть собой. Он презирает всех, кто думает гениталиями вместо головы. Она – официантка. Он – программист. Они встретятся там, где она свободна и весела, а он холоден и полон...
И у меня хотя бы будет подруга – жизнь показала, что вместе не так скучно. Есть кому поддержать, есть кому посветить фонариком, если ты в очередной раз залез в жопу.
Инига Снежна считает нормальным работать в Городе, разделенном на сексуальные зоны, – Логан Эвертон испытывает отвращение ко всем, кто приезжает туда за телесными утехами. Она не стыдится работать с голой грудью – его подобная распущенность заставляет негодовать. Она верит, что вокруг нее нет разврата, – лишь свобода быть собой. Он презирает всех, кто думает гениталиями вместо головы. Она – официантка. Он – программист. Они встретятся там, где она свободна и весела, а он холоден и полон...
«Подруга всегда сделает для тебя «как можно лучше». Даже если за это «лучше», ты готова ее придушить…»
Инига Снежна считает нормальным работать в Городе, разделенном на сексуальные зоны, – Логан Эвертон испытывает отвращение ко всем, кто приезжает туда за телесными утехами. Она не стыдится работать с голой грудью – его подобная распущенность заставляет негодовать. Она верит, что вокруг нее нет разврата, – лишь свобода быть собой. Он презирает всех, кто думает гениталиями вместо головы. Она – официантка. Он – программист. Они встретятся там, где она свободна и весела, а он холоден и полон...
...секс – это священно, потому что секс – это ритуал, это выбор партнера «один плюс один», а не «один плюс бесконечное множество».
Инига Снежна считает нормальным работать в Городе, разделенном на сексуальные зоны, – Логан Эвертон испытывает отвращение ко всем, кто приезжает туда за телесными утехами. Она не стыдится работать с голой грудью – его подобная распущенность заставляет негодовать. Она верит, что вокруг нее нет разврата, – лишь свобода быть собой. Он презирает всех, кто думает гениталиями вместо головы. Она – официантка. Он – программист. Они встретятся там, где она свободна и весела, а он холоден и полон...
«Подруга – это человек, который вместе с тобой пойдёт до дома босиком, если ты сломала каблук». (с)
Инига Снежна считает нормальным работать в Городе, разделенном на сексуальные зоны, – Логан Эвертон испытывает отвращение ко всем, кто приезжает туда за телесными утехами. Она не стыдится работать с голой грудью – его подобная распущенность заставляет негодовать. Она верит, что вокруг нее нет разврата, – лишь свобода быть собой. Он презирает всех, кто думает гениталиями вместо головы. Она – официантка. Он – программист. Они встретятся там, где она свободна и весела, а он холоден и полон...
«Подруга – это такой человек, который без спросу залезет к тебе в сумку, достанет шоколадку и тебя же ей угостит». (с)
Инига Снежна считает нормальным работать в Городе, разделенном на сексуальные зоны, – Логан Эвертон испытывает отвращение ко всем, кто приезжает туда за телесными утехами. Она не стыдится работать с голой грудью – его подобная распущенность заставляет негодовать. Она верит, что вокруг нее нет разврата, – лишь свобода быть собой. Он презирает всех, кто думает гениталиями вместо головы. Она – официантка. Он – программист. Они встретятся там, где она свободна и весела, а он холоден и полон...
— А бабушка у нас тоже обычная? — И бабушка обычная, — мать рассмеялась. — Ну, ты даешь! Какой же ей еще быть? — Не знаю. Может, у нее есть какие-то способности? — Способности? Ну, разве что деда из себя выводить!
Мир есть то, что внутри, или то, что есть снаружи? Правда ли, что возможно лишь то, во что мы верим? А если вдруг оказывается, что путешествовать можно без помощи самолетов, автобусов или других транспортных средств? У нее получилось. Дина совершила то, что казалось нереальным для всех остальных людей: переступила через границу миров, потому что сделала только одно — поверила. И кто же знал, что в новом мире окажется так интересно: новая должность, обучение работе с материей и двенадцать хмурых...