Дилогия. Книга 2 — Извини, Даша. Я вынужден отстранить тебя от проекта, — говорит мой босс. — Что?.. — удивляюсь я. — Оскар, ты ведь знаешь, как мне нужны деньги. Мы с тобой договаривались... — Мы ни о чем не договаривались, — жестко обрывает он. — Это Дамианис тебе приказал? — вдруг накрывает пониманием, из-за кого я опять лишаюсь с таким трудом обретенной стабильности и важного для меня заработка. — Я сказал, ты отстранена, — холодно повторяет Оскар. Полчаса назад босс...
Оставшись без средств к существованию, я устроилась на работу в шикарный ресторан. Холеные лица, баснословные счета, шик и роскошь. Казалось бы, жизнь дает новый шанс, но столкновение с нахальным и самоуверенным миллиардером меняет все. Несколько капель вина, пролитых на дорогие брюки, будут стоить мне нервов, денег и, возможно, сердца...
— Найди мне эту женщину. — Игнатов кладет передо мной снимок: выцветший, чуть затертый. Пробегаюсь взглядом. Девушка приятной наружности, правильные черты лица, большие глаза, светлые волосы. Фотографии лет двадцать, не меньше. — Я не частный детектив. Я адвокат, — отзываюсь сухо. — Демьян, ты не понял. — Он подается вперед. — Я тебе тогда с одним делом помог, теперь твоя очередь. У меня много врагов. И есть один грязный эпизод. Если это всплывет не там, где надо, у меня будут проблемы. А...
– Познакомься, Ками, это мой жених Женя. Женя, а это Камилла, внебрачная дочь моего отца, прямо из деревни. Я тебе недавно про нее рассказывала, – распинается сестра, пока я мечтаю провалиться сквозь землю. Сколько можно этим тыкать? Сама недавно узнала, что у меня, оказывается, есть отец. – Как говоришь? Камилла? – переспрашивает Женя. – Необычное имя. Передо мной стоит якобы бедный студент, который подрабатывает барменом в кафешке. – Приятно познакомиться, – кивает он и смотрит так, будто...
У меня теперь две жизни — до встречи с Демьяном Сколаром и после нее. Он выжег мне душу, разбил сердце. Выбрал свою жену. Предначертанный конец. Я думала, что больше никогда не впущу этого человека в свою жизнь и наши пути не пересекутся. Но судьба распорядилась иначе.
– Смотри-смотри, это же Толя? А я и так не отрываю взгляда от экрана. Как и, наверное, почти шестидесят тысяч человек, собравшихся на концерте. – Нет, девочки, вам показалось, – истерически посмеиваюсь, потому что в груди поднимается буря. Камеры направляют объективы на парочки, и те целуются под гром оваций зрителей. И вот сейчас на экране появился Толя. Или человек, очень на него похожий. Хочется верить, что это не мой муж целует взасос молодую брюнетку. – Это точно Толя! Шрам на щеке, –...
– Какое интересное совпадение, – замечает Ксения. – У дочери Савчука такое же пятнышко на ноге. Один в один, как у вашего сына. Я прикрываю ножку Кира, беру его на руки и прижимаю к себе. – Вам показалось, – отвечаю, стараясь держаться спокойно. – И родили вы с Ангелиной почти одновременно… Разница в несколько дней… – продолжает Ксения. – И мужья у нас тоже разные. И семьи. Так что свои наблюдения и домыслы оставьте при себе, – резко обрываю я ее, заметив, что к нам направляется Ваня. ...
– Это моя дочь Мия. Будешь за ней ухаживать. Как за своей. Дамианис оставляет люльку с младенцем на диване и идет к бару. – В смысле? – Мельком оглядываю спящую девочку, не веря, что она настоящая. Такая крошка. На куклу похожа. – Что непонятного я сказал? – От интонаций Леона веет арктическим холодом. Все! Все непонятно! И особенно – как я могла полюбить это бездушное чудовище. Мало того, что Дамианис однажды купил меня как какую-то вещь, так теперь еще принес своего ребенка от другой...