Лара убеждена в своей неполноценности и презирает мужчин. Ужасающее прошлое до сих пор преследует ее в кошмарах, а настоящее приковывает к инвалидному креслу. Калека, сломанная душой и телом. Матвей – воплощение мечты любой девушки. Он красив, умен, богат. Однажды появившись в жизни Лары, он напрочь отказался из нее уходить. Настойчивый. Бескомпромиссный. Он решил за них обоих. Решил, что она будет его.
Он бандит, который забрал меня за долги. Забрал как вещь, как понравившуюся игрушку. Теперь я в его руках.
Она стала моим наваждением, и лишь один неосторожный шаг ее отца дал мне шанс забрать ее себе. Теперь она принадлежит мне.
— Тебе нужен муж, а мне жена. Обоюдная помощь. — Я… а что от меня требуется? — Что? Послушание, разумеется. Покорность. Ну и подпишем брачный договор, чтобы ты уж точно ни на что не рассчитывала. Достигнем своих целей и разбежимся через время, как встанешь на ноги, а я получу должность. — Меня волнует только брат. Больше ничего, и я готова подписать все, что нужно — Но запомни: ни на что не рассчитывай, это все, — взметнул руки в воздух, — фикция. Ею и останется. Никаких чувств и...
Принуждения и насилия между героями нет!!!!! *** Граф опасен, непредсказуем, безжалостен. Много лет назад его сердце зачерствело, а он сам превратился в кровожадного монстра. Он потерял, похоронил себя вместе с той, что была для него всем. *** — Зачем я здесь? Вы хоть понимаете, что натворили? — я срываюсь на крик, слезы застилают глаза, потому что это крах, крах всему. Он просто по собственной прихоти, по непонятным мне причинам, разрушил мою жизнь. — Ты правда считаешь, что в твоем...
Тебе пора уяснить одну вещь: ты-моя. Со дня своего рождения ты принадлежишь мне, - произношу, наблюдая за ее реакцией. В день ее рождения я пообещал, что однажды Екатерина Громова станет моей женой. Прошли годы, и я намерен выполнить данное обещание. Она будет моей, только моей, и плевать, что она считает иначе….. В книге есть: # откровенные постельные сцены # нецензурная лексика # криминал и насилие (не между героями).
— Отвали от меня, кретин, — я зашипела кошкой, впиваясь ногтями в широкие плечи мажористого придурка. — Ты так вкусно пахнешь, Ангел, — прозвучало непозволительно близко. — Да отпусти же ты меня! — очередная попытка вырваться из сковавших меня оков провалилась с треском. — Ну чего ты сопротивляешься, Кошкина, все равно ведь по-моему будет, — произнес он слишком уверенно. — Или… — он покачал головой. — Или что? — я упрямо взглянула в голубые глаза. — Или вылетишь из универа, как пробка...