Отзывы о книгах

– Два, Крышкина! – бросает в мою сторону физрук. – Я – Мышкина! – произношу едва не плача. Два? В смысле, два? Звенит звонок с урока, весь класс разбегается, а я уверенным шагом иду к учителю. – Степан Александрович, почему опять «два»? Я же выполнила ваше задание! – дую пухлые губы и гляжу на громилу исподлобья. Наш новый физрук совершенно несправедливо угрожает мне испортить аттестат двойкой, и у меня есть всего две недели на то, чтобы исправить ситуацию. Вот только мне...

– Два, Крышкина! – бросает в мою сторону физрук. – Я – Мышкина! – произношу едва не плача. Два? В смысле, два? Звенит звонок с урока, весь класс разбегается, а я уверенным шагом иду к учителю. – Степан Александрович, почему опять «два»? Я же выполнила ваше задание! – дую пухлые губы и гляжу на громилу исподлобья. Наш новый физрук совершенно несправедливо угрожает мне испортить аттестат двойкой, и у меня есть всего две недели на то, чтобы исправить ситуацию. Вот только мне...

– Два, Крышкина! – бросает в мою сторону физрук. – Я – Мышкина! – произношу едва не плача. Два? В смысле, два? Звенит звонок с урока, весь класс разбегается, а я уверенным шагом иду к учителю. – Степан Александрович, почему опять «два»? Я же выполнила ваше задание! – дую пухлые губы и гляжу на громилу исподлобья. Наш новый физрук совершенно несправедливо угрожает мне испортить аттестат двойкой, и у меня есть всего две недели на то, чтобы исправить ситуацию. Вот только мне...

– Два, Крышкина! – бросает в мою сторону физрук. – Я – Мышкина! – произношу едва не плача. Два? В смысле, два? Звенит звонок с урока, весь класс разбегается, а я уверенным шагом иду к учителю. – Степан Александрович, почему опять «два»? Я же выполнила ваше задание! – дую пухлые губы и гляжу на громилу исподлобья. Наш новый физрук совершенно несправедливо угрожает мне испортить аттестат двойкой, и у меня есть всего две недели на то, чтобы исправить ситуацию. Вот только мне...

– Два, Крышкина! – бросает в мою сторону физрук. – Я – Мышкина! – произношу едва не плача. Два? В смысле, два? Звенит звонок с урока, весь класс разбегается, а я уверенным шагом иду к учителю. – Степан Александрович, почему опять «два»? Я же выполнила ваше задание! – дую пухлые губы и гляжу на громилу исподлобья. Наш новый физрук совершенно несправедливо угрожает мне испортить аттестат двойкой, и у меня есть всего две недели на то, чтобы исправить ситуацию. Вот только мне...

– Два, Крышкина! – бросает в мою сторону физрук. – Я – Мышкина! – произношу едва не плача. Два? В смысле, два? Звенит звонок с урока, весь класс разбегается, а я уверенным шагом иду к учителю. – Степан Александрович, почему опять «два»? Я же выполнила ваше задание! – дую пухлые губы и гляжу на громилу исподлобья. Наш новый физрук совершенно несправедливо угрожает мне испортить аттестат двойкой, и у меня есть всего две недели на то, чтобы исправить ситуацию. Вот только мне...

– Два, Крышкина! – бросает в мою сторону физрук. – Я – Мышкина! – произношу едва не плача. Два? В смысле, два? Звенит звонок с урока, весь класс разбегается, а я уверенным шагом иду к учителю. – Степан Александрович, почему опять «два»? Я же выполнила ваше задание! – дую пухлые губы и гляжу на громилу исподлобья. Наш новый физрук совершенно несправедливо угрожает мне испортить аттестат двойкой, и у меня есть всего две недели на то, чтобы исправить ситуацию. Вот только мне...

– Два, Крышкина! – бросает в мою сторону физрук. – Я – Мышкина! – произношу едва не плача. Два? В смысле, два? Звенит звонок с урока, весь класс разбегается, а я уверенным шагом иду к учителю. – Степан Александрович, почему опять «два»? Я же выполнила ваше задание! – дую пухлые губы и гляжу на громилу исподлобья. Наш новый физрук совершенно несправедливо угрожает мне испортить аттестат двойкой, и у меня есть всего две недели на то, чтобы исправить ситуацию. Вот только мне...

Сколько загадок может скрывать один человек? Как оказалось, много.Мой новый знакомый совершенно не тот, за кого себя выдаёт, и я обязательно узнаю все его тайны.Если только не влюблюсь в своего инструктора…

Сколько загадок может скрывать один человек? Как оказалось, много.Мой новый знакомый совершенно не тот, за кого себя выдаёт, и я обязательно узнаю все его тайны.Если только не влюблюсь в своего инструктора…

Говорила мне мама, что думать — не больно. Но я же Лопухова, зачем думать, когда можно просто делать. Так и живу, вляпываюсь только периодически во всякие глупые ситуации. Вот, например, чуть не схлопотала от брутального кренделями за то, что его машину испачкала… тортом. Злющий такой красавчик попался, тоже мне, это я злиться должна, что моё произведение искусства превратилось в эээ, ну вы поняли. Но об этом потом, сейчас главное, что этот парень знаком с моей подругой, и она мечтает стать его...

Жила себе Катя Миронова, никого не трогала. В колледже училась старательно, подруг особо не заводила. Угораздило на работу в ресторан устроиться, и понеслось… Шеф-повар вредный попался, всё ему не так: тут не стой, так не режь и руки у тебя кривые. Что делать с таким? Правильно, игнорировать! А если его это раздражает? Отлично, пускай помучается! Главное, к себе этого красавца близко не подпускать…

Жила себе Катя Миронова, никого не трогала. В колледже училась старательно, подруг особо не заводила. Угораздило на работу в ресторан устроиться, и понеслось… Шеф-повар вредный попался, всё ему не так: тут не стой, так не режь и руки у тебя кривые. Что делать с таким? Правильно, игнорировать! А если его это раздражает? Отлично, пускай помучается! Главное, к себе этого красавца близко не подпускать…

Жила себе Катя Миронова, никого не трогала. В колледже училась старательно, подруг особо не заводила. Угораздило на работу в ресторан устроиться, и понеслось… Шеф-повар вредный попался, всё ему не так: тут не стой, так не режь и руки у тебя кривые. Что делать с таким? Правильно, игнорировать! А если его это раздражает? Отлично, пускай помучается! Главное, к себе этого красавца близко не подпускать…