Астрид — единственный ребенок матери-одиночки Ингрид, которая пользуется своей красотой, чтобы манипулировать мужчинами. Астрид обожает мать, но их жизнь рушится, когда Ингрид убивает своего любовника и ее приговаривают к пожизненному заключению… Годы одиночества и борьбы за выживание, годы скитаний по приемным семьям, где Астрид старается найти свое место. Каждый дом — очередная вселенная, с новым сводом законов и уроков, которые можно извлечь. Но мир каждый раз отвергает ее… Время от времени...
Не надо уделять столько внимания своей тоске, хотела я сказать. Тоска не гостья. Не надо ставить её любимую музыку, искать для неё стул поудобнее. Тоска — это враг.
Человеческие страдания неисчерпаемы. Мы ничего не можем сделать, только стоять и смотреть на них.
Выживание тут ни при чём, это вопрос глубины — сколько ты способен вынести, на сколько тебя хватит.
Любовь — иллюзия. Прекрасный сон, после которого просыпаешься с чудовищным похмельем и вся в долгах. Я предпочитаю наличные.
Терпеть не могу ярлыки. Людей нельзя раскладывать по полочкам, как почту при сортировке, — проститутка, домохозяйка, святая. Мы так неоднозначны. Страхи, желания, мысли и ситуации постоянно меняют нас, мы текучи, как вода.
Прибереги своё поэтическое сострадание для кого‑нибудь более легковерного. Если поэт произносит прекрасные слова, это ещё не значит, что они правдивы. Просто звучат хорошо.
Боязнь высоты — недоверие к себе. Ты сама не знаешь, когда можешь вдруг прыгнуть.
В аду грешники равнодушны к страданиям друг друга, и это тоже часть их мучений.
Есть только одна добродетель — стойкость. Спартанцы были правы, человек может вынести всё. Действительно невыносимая боль убивает мгновенно.
Идеально — значит, слишком хорошо, чтобы быть на самом деле.
«Вот моё наследство — навык сбрасывать прошлую жизнь, словно змеиную кожу, изобретать новую правду для каждой новой страницы, нравственная амнезия.
И я поняла, гуляя по нашей улице, что каждый дом — своя собственная, непохожая на других реальность. В одном единственном квартале могут существовать рядом пятьдесят замкнутых миров. И никто не знает, что происходит в соседнем.
Горький опыт — самое необходимое в жизни знание.
Одиночество — нормальное состояние человека. Научись мириться с ним. Его незаметное действие строит храм твоей души.
Всегда заучивай стихи наизусть. Они станут частью твоего естества и, как фтор в воде, предохранят душу от тлетворного дыхания мира.
Любить человека — всегда большой риск.
Им тоже нравилось лепить меня по своему вкусу, но я уже знала... Я нерастворима, как песок в воде. Сколько угодно размешивайте, я всегда лягу осадком на дно.
...каждый дом – своя собственная, непохожая на других реальность. В одном единственном квартале могут существовать рядом пятьдесят замкнутых миров. И никто не знает, что происходит в соседнем.
Вот моё наследство – навык сбрасывать прошлую жизнь, словно змеиную кожу, изобретать новую правду для каждой новой страницы, нравственная амнезия.
Есть только одна добродетель — стойкость. Спартанцы были правы, человек может вынести все. Действительно невыносимая боль убивает мгновенно.
Любовь — сказка на ночь, старый плюшевый медвежонок с отвалившимся глазом.
— Смотрится идеально, — сказала она.
Это слово меня пугало. Идеально – значит, слишком хорошо, чтобы быть на самом деле.
Красота ее была как лезвие очень острого ножа.
В эту минуту мне стало ясно, почему люди пишут гадости на стенах чистеньких домиков, царапают гвоздями краску на новых автомобилях, колотят воспитанных детей. Желание уничтожить то, что никогда не сможешь иметь, только естественно.
Люди тянутся к магии. Секс — только театр для неё, со всеми потайными дверцами, коробками с двойным дном.