Всего три месяца назад ее мир был скучен и предсказуем. Пока не случился всемирный Кризис, уничтоживший большую часть населения и заставивший выживших бежать в карантинные лагеря. Однако, Краш, девушке в красной куртке, известно, что там процветают болезни и смерть. Единственный для нее выход – сбежать к бабушке в глухой лес… где стало очень небезопасно: по ночам появляются койоты, змеи и волки. Но в лесу есть угрозы похуже, чем преследующие своих жертв хищники. Иногда встречаются люди с...
Краш считала, что смерть еще не самое страшное на свете. После смерти не надо бороться за жизнь – хоть какое-то утешение, особенно сейчас, когда только об этом и думаешь.
Чем хуже шли дела, тем меньше человеческого оставалось в людях.
Если бы Краш убегала от гигантского страшилища с радиоактивным дыханием, она бы не стала впрягаться в повозку с мебелью, а удирала во все лопатки в какое-нибудь укрытие как можно дальше от разбушевавшейся твари, как полагается здравомыслящим людям, за которыми гонится чудовище.
Краш нравились фильмы о Годзилле, и в старых версиях обязательно были эпизоды, в которых Годзилла разносит вдребезги какой-нибудь район, а люди удирают, погрузив в тележку буквально все свои пожитки. Там и мебель, и посуда, и всякий прочий хлам, и конечно, поверх этой кучи дитя в корзинке, словно о нём спохватились в последний момент: «Так, мамин чайный сервиз погрузили, может, ребенка тоже прихватить? Место еще есть».
Ведомства, контролирующие распространение эпидемий, обычно содержались на голодном пайке и были не готовы решать проблему таких масштабов. И хотя жернова государственной машины мелют очень тщательно, раскручиваются они чертовски медленно, и пока финансирование одобрят, будет уже поздно.
Казалось, что вирус действует избирательно, словно разумное существо, как будто понимает, что для выживания и дальнейшего развития не стоит сразу уничтожать всех носителей подряд на начальном этапе эпидемии.
Братец вообще оказался дома только потому, что из-за эпидемии в университете отменили начало семестра и на всякий случай велели всем студентам переждать вспышку дома, пока не исчезнет опасность, полагая (по мнению Краш, совершенно правильно), что общага — всё равно что лучшая питательная среда для распространения заразы: толпы не очень-то чистоплотных студентов в тесном соседстве, словно кролики в садке.
При любом намеке на чрезвычайную ситуацию из магазинов первым делом сметают питьевую воду в бутылях. Как ни странно, американцы постоянно живут в страхе остаться без воды, которой в этой стране всегда хватало в избытке, во всяком случае, раньше.
Краткость — редкое умение выразить емкую мысль всего в трех словах.
Каждый шаг — это выбор между жизнью и смертью, и длится это уже целую вечность, так что девушка почти забыла о тех глупостях, которыми приходилось озадачиваться раньше — посмотреть ужастик или фильм про самураев, выбрать на десерт мороженое или шоколадный батончик, почитать книжку или пропылесосить полы. Эх, сейчас бы она с радостью согласилась даже на уборку, только бы вернуть те беззаботные времена.
усталость означает уязвимость, а кроме себя самой, на защитников рассчитывать не приходится.
People feared the dead because they feared becoming one of them, but Red thought that there were worse things than death. Death meant you didn’t have to worry about staying alive anymore and that seemed like a comfort, especially now when staying alive was the primary concern of every moment.