«Ещё и подушка, даже сквозь аромат стирального порошка, пахла им так знакомо и так волнующе, что невольно вспоминалось, как мы были близки. Чёрт‑те что! Ведь жила все эти дни спокойно, ни о чём таком не думала, ну почти. А тут, в его постели, как будто сразу всё ожило, прорвало, заполонило…»