Единственная для дикого
– Три миллиона где?
Я ответила следователю в рифму и он устроил мне допрос с пристрастием, а потом закрутилось: пять лет отношений, мечты о ребенке.
А потом он резко охладел, и все пошло наперекосяк.
– Серёж, давай разведемся, я так больше не могу, – прошу его, когда он возвращается в три часа ночи домой.
– Давай, – вздыхает он, впервые в жизни даже не пытаясь меня остановить.