nata

Конец XVII века на Земле ознаменовался катастрофой... Во многих странах разверзлись многочисленные порталы, связавшие наш мир с иной, гибнущей реальностью, через которые к нам хлынули подготовленные к войне армии эльфов, гномов, орков и других рас. С помощью могучей магии, опытных бойцов и технологий, они подчинили себе земли множества государств и разделили сферы влияния... С тех пор прошло уже более трёх столетий. В тело молодого холопа, проживающего на территории бывшей Руси,...

Попала в тело несчастной баронессы, без права на детей и женское счастье. Будь моя семья богатой, а приданое завидным – я бы даже не догадалась, с каким подлецом жила. Муж попытался от меня избавиться, чтобы быстрее жениться на богатой, деспот отец отрёкся. Чтобы спастись от нового опасного замужества, мне пришлось притвориться кухаркой, спрятаться в замке нелюдимого слепого князя, но стоило взять в руки нож и начать крошить капусту… Кажется, я не та, за кого меня принимают, вспомнить бы хоть...

Я никогда не хотела жить другой жизнью. Но это случилось. Я никогда не хотела умирать. Но меня убили. Я никому не желала служить! Но меня заставили... Думаете, на этом всё закончилось? О, нет! Всё только начинается! Примечания автора: И снова наша любимая Российская Империя в фэнтезийном антураже. Не классическое БоярьАнимэ, но близко Героиня не совсем жива, но весьма предприимчива. Герой тоже не промах. Злодеи, как водится, прилагаются. п.с. Приключаться будем...

— Ты ее любишь так же сильно как меня? — с болью в горле спросила про молодую, тонкую и звонкую… Его любовницу. — Сильнее… — ударом лезвия в сердце были слова мужа после четверти века брака. — На встрече наших с тобой друзей познакомился с Адой. Уже несколько лет. Прости. — Бог простит, что ты разрушил нашу жизнь. Надеюсь. У мужа с разводом началась новая жизнь. Мне осталась старая, с двумя взрослыми детьми, пустой квартирой и дырой в сердце. Через два года голос бывшего, с родными...

Я подорвал себя, чтобы красиво сдохнуть в Рио и забрать с собой врагов, а очнулся… нет, не в аду. Вокруг — имперский Петербург 1888 года и серые стены приюта. И теперь я, Сенька Тропарев. Сирота, «щенок». Тело заморенного пацана, пробитая голова и чужие воспоминания о голодном детстве. Но у меня остался опыт, злость и хватка человека, прошедшего Афган и 90-е . Новая жизнь. Старые правила.