ИмяФамилия

- Вер, я тобой восхищаюсь! Ты так спокойно это принимаешь! - говорит мне сестра мужа, не сводя глаз с моего любимого и моей подруги. В день маминых похорон я жду поддержки от близких, но вместо этого узнаю, что мой муж и лучшая подруга стали любовниками, пока я пыталась не сойти с ума у постели умирающей мамы. Наша дочь-подросток с радостью поддержала выбор отца: - Я вижу, кто делает папу по-настоящему счастливым! Я пытаюсь держаться. Но как же больно осознавать, что моя жизнь была ложью. ...

— Клянусь, я лучше женюсь на первой вошедшей в бар девке, чем на этой сосиске в тесте, — морщусь, глядя на фотку в телефоне. Только батя мог организовать такую подставу. Договорной брак с пороховой бочкой. Это не женщина. А монстр. — Ловлю тебя на слове, бро. Давай испытаем судьбу? Итак, Рус клянётся, что женится на первой вошедшей в бар женщине, либо отдаёт своё состояние на благотворительность. — Что? — Если сдержишь клятву, то мы купим тебе этот бар и подарим его в качестве свадебного...

Любовь не лечит. Любовь не исправляет. Любовь не решение всех проблем и не ответ на все вопросы. Что-то изменить может только сам человек — если он сделает такой выбор. Когда у героев все хорошо, но впереди второй том — вы знаете, чего ждать. Кто кого сломает? Феминистка нарцисса — или нарцисс феминистку? Марта сдастся и станет покорной женщиной или Матвей прогнется и станет каблуком? По-другому никак не узнать — только читать.

Первая часть *** Матвей из тех мужчин, от кого лучше держаться подальше. Никто не пожелает ни одной женщине такого мужа или любовника. Жестокий, властный манипулятор и настоящий… м-м-м-му… чудак. Марта — из тех, от кого мужчины предпочитают держаться подальше. Умная, уверенная в себе, не испытывающая пиетета перед сильными мира сего. Ни в каком страшном сне они не могли сойтись. Но Марте было нужно спасти от него свою лучшую подругу А Матвею захотелось сломать эту наглую тварь. *** ...

Книга 2 *** Меня заставили выйти за того, кого я возненавидела после того, как узнала его истинные мотивы. Но в данной истории дурак не он, дурой была я. И мне теперь расхлебывать то, что наворотили два подонка: мой муж и его враг.