Рина

— Эта ночь была ошибкой, — произносит он холодно, глядя мне прямо в глаза. Я сжимаю дрожащими пальцами простынь, стараясь держать себя в руках. Ночь, в которую я вновь почувствовала себя живой, для него была ошибкой… — Ностальгия накрыла? — уточняю с горькой усмешкой. — Было бы чем ностальгировать, — цедит небрежно и подходит ближе. — Я бы и не вспомнил, что ты существуешь, если бы не работа. — Илья, послушай… — Илья Львович, — поправляет меня. — Я по-прежнему твой руководитель, Дарья. И за...

Когда-то он уехал, оставив меня с разбитым сердцем. Но я справилась и возненавидела его. А спустя годы он снова ворвался в мою жизнь… – Ты всё равно будешь моей, Барби, – буквально заключая меня в капкан у стены и глядя на мои губы, шепчет он хриплым голосом. – Ты несёшь чушь, Трифонов, – отвечаю я, стараясь унять дрожь в голосе. – Нет, крошка, – ухмылка скользит по его губам, а пальцы нежно касаются моей шеи. Я не поддамся на его жалкие уловки. Ведь презираю и ненавижу всей душой. Вот...

— Закрой за мной дверь… — поставил сумку на комод Олег. — Я дал тебе все, что можно. Я вырастил с тобой детей, я вытащил тебя с того света, я любил тебя весь наш брак… — А сейчас выходит разлюбил? — глядя на мужа стеклянными глазами, спросила я. — Сейчас выходит да… — легко признался Олег и бросил мне под ноги кольцо обручальное. — А разлюбил до того как завел другую семью с малолеткой? Или когда я обо всем узнала? Он ушел, захлопнул дверь. Я заперла сердце на три десятка замков. Это была...

Я мечтала прожить с любимым человеком долго и счастливо, но в итоге вынуждена была уехать заграницу. Работа помогает приглушить сердечную боль, но ничто и никто не в силах заставить меня забыть Назара и все, что с ним связано. В отличие от меня, Каримов забыл не только наше прошлое, но и меня саму. При нашей первой встрече после долгой разлуки он сделал вид, то видит меня первый раз.

История о том, как в многообразии выбора мы всегда ищем то, что предназначено именно тебе. История о том, что не с первого раза мы находим свое место в жизни, своего человека. История о том, что надев обручальное кольцо на палец — это не конец сказки, это только начало. История о том, что мы все совершаем ошибки и нужно понять для себя: прощать любимого человека или сжигать все мосты. История о том, что любовь и семья важнее всего остального.

— Зайка! — я бросаюсь к ней, — что случилось? Племяшка рыдает во весь голос, отворачивается от меня, но я ловлю ее за плечи. Смотрю в зареванные несчастные глаза. — Что случилась, милая? Поговори со мной, пожалуйста. Она всхлипывает и, захлебываясь слезами, стонет: — Я потеряла ребенка. У меня шок. — Как…когда... Я не знала, что ты беременна. — Уже нет, — воет она, впиваясь пальцами в свой плоский живот, — уже нет. Бедная. — Что говорит отец ребенка? Кто он вообще? — Он... — Зайка...

Мои пальцы нервно дрожали, перелистывая тонкие листы медицинской карты ребёнка. В конце папки лежали вложенные ксерокопии документов – медицинский полис, свидетельство о рождении… Взгляд в очередной раз пробежался по графе отец. Нечаев Илья Николаевич. Сердце болезненно сжалось, а в голове крутилось лишь одно: «Пожалуйста, пусть это будет совпадение!» Но последними в стопке копий оказались паспорта родителей. С фотографий которых на меня смотрели мой муж и его бывшая помощница. Папка...