Вера

Была успешным стилистом, а стала драконом! Только бескрылым, с травмой позвоночника и мужем-тираном, который хочет меня поскорее убить, чтобы жениться на любовнице. Но это бывшая хозяйка тела не могла жить без крыльев. А я выживу. И спину вылечу, и от мужа сбегу, и успеха добьюсь, и обидчикам отомщу, и любовь свою обязательно найду в этом новом мире!

Очнулась в теле умирающей девушки, которой открыто изменяет муж, а свекровь давно использует в качестве прислуги и мечтает сжить со свету? Бывает. Оказалась на улице без денег и связей, но с необходимостью быстро заработать на дорогостоящее лечение? Уже хуже. Нежная аристократка Вивьен не выжила бы. А я не сдамся и покажу, на что разведёнки способны! Открою своё дело, научу всех кофе любить и круассаном закусывать. Ой, а это что еще за метка на запястье? Какие еще драконы?

Все попаданки – как попаданки, а я, видно, с браком. Умудриться из молодой привлекательной девушки попасть в тело разводящейся клуши сорока двух лет… это нужно было постараться. Ради того, чтобы быть с ним, она отреклась от своей сути и магии, а он… Он выбрал другую, её же выкинул, словно ненужную вещь, повзрослевшие дочери холодны, а высший свет презирает. Она сломалась, а я соберу её жизнь по осколкам и создам новую себя. А заодно и мир усовершенствую, а то что это ещё за дела: женщина...

Спасла старушку - очнулась в чужом теле в магическом мире. С приютом сирот, волшебным бидоном и секретом, который нельзя раскрывать ни за что. Но как сохранить тайну, когда дракон-ищейка слишком любопытен, слишком настойчив и слишком... привлекателен? Каждая наша встреча - игра на грани разоблачения. Каждый взгляд - шаг к катастрофе. Или к счастью?

— Что тебе нужно, Сафаров? — поинтересовалась враждебно. — Чтобы ты ответила на вопрос: кто этот мальчик? — Мой сын, — гордо и с такой всепоглощающей нежностью, а вот я, наоборот, с обманчивой мягкостью: — Сколько ему? Если Олененок обманула меня — порву! Потом соберу и снова порву! И только потом обниму и никогда не отпущу! — Шесть. — Он же мой, да? — сжал хрупкие плечи, в глаза бездонные заглянул, на губы розовые жадно накинуться хотел. Семь лет. Семь! — Мой? Отвечай же! — Нет, —...