Лариса Иванова

— Давай развод, — вдруг выплёвывает муж, скривившись. — Давай! Я уже устал терпеть визги твоих детей по всему дому! — Вообще-то они и твои тоже… — Нет, — летит твёрдо от изменщика. — Давно хотел рассказать тебе правду. При подсадке использовался не мой материал. — Ты сошёл с ума… — шепчу, не веря. — А по брачному договору, который ты, кстати, подписала, дорогая, — усмехается, чувствуя себя победителем. — Весь бизнес переходит моим детям в случае развода. То есть тебе до их совершеннолетия....

Затаив дыхание смотрю, как мальчик останавливается и подходит ко мне. Сказать, что у него талант – ничего не сказать! - Ты раньше занимался танцами? - Немного, - мальчик пожимает плечами и помедлив добавляет: - С мамой. - Это заметно. У тебя огромный потенциал! Хочешь, я запишу тебя к нам? Будешь ходить? - Хочу, - кивает он. – Но не буду. Папа не разрешит. - Папа не любит танцы? – хмурюсь я. Ох уж эти «махровые» мужики со своими предрассудками… - Нет. Но он не в восторге от танцовщиц,...

- Это… - севшим голосом почти шепчу я. - Да, - с едкой хрипотцой подтверждает бывшая свекровь, - Это дочь Игоря. В груди что-то тяжело бахает и отдается болью по всему телу. Дочь Игоря. Дочь человека, который катком прошелся по моей жизни, растоптал и выкинул мое сердце, пожевал и выплюнул душу… Внезапно девочка, словно прочитав мои мысли, вскидывает голову и пронзительно смотрит. - Встань! - гаркает на нее бабка, но та не реагирует. - Встань и поздоровайся! Молчит. ...

Лёгкие горят, потому что я всё ещё не могу затолкнуть в них воздух. Сунув палец за ворот рубашки, дёргаю ткань в попытке освободить шею. – Вы в порядке? Ева с волнением смотрит мне в глаза. Чёрт… Она так близко. Вынуждает разум разбудить воспоминания, от которых сдавливает грудную клетку. – Ты ведь не знаешь, кто я, верно? – собственный голос звучит глухо, как из-под толщи воды. – На самом деле знаю, – усмехнувшись, отвечает девушка. У меня всё холодеет внутри. – Максим Савельев – мастер...

Я думала, самое страшное в моей работе — сообщать плохие новости. Ошибалась. Самое страшное — это открыть дверь в VIP-палату и увидеть ЕГО. Амира Сафина. Бога хоккея. Кумира миллионов. Моего бывшего…