Катя

— Защита не сработала. Какая теперь разница? Ребенок есть. Это факт. Это мой сын. И я не собираюсь отдавать его только потому, что у тебя тонкая душевная организация. — Это мой дом. — Наш дом! — рявкает Игорь, пытаясь перекричать плач младенца. Он подходит вплотную, нависая надо мной. — Прекрати вести себя как эгоистка! Это младенец! Он хочет есть, его надо переодеть. Помоги мне. Ты же женщина! *** Мой муж купил себе наследника ценой нашего счастья. Любовница подбросила ребенка, как...

Крупная авария, десяток пострадавших и маленькая испуганная девочка, сидящая в безлюдном коридоре больницы. — Привет, — я подошел к малышке и опустился перед ней на корточки. Малышка подняла голову и посмотрела на меня пронзительно синими глазами, такими же, как у единственной женщины, которую я любил в своей жизни. — Дядя доктор, спаси мою маму, — глаза крошки наполнились слезами и крупные капли покатились по щечкам, — п-пожалуйста, — срывающимся голоском прошептала она и тыльной стороной...

— Я давно должен был сказать. Короче Свет, у меня есть другая. И она беременна… — произнес муж и продолжил укладывать волосы пока я чищу зубы. — Что? — едва не подавилась от шока. — Шутишь? Какая любовница, у нас внук родился. Илья, я и так на нервах. Прекрати нести чушь, твои розыгрыши не в тему сейчас. — Она беременна. И я не шучу совершенно, Светлячок, — добивает меня дальше муж. — Что за бред… — Просто устал скрывать. У нее ребенок от меня будет и скажу сразу ни аборта, ни развода с...

— Лен, это что? Владлен побледнел, глядя на верхушку новогодней ёлки. Среди гирлянд и советских игрушек висел прозрачный пакетик. В нём — ярко-розовые кружевные трусы. — Инородное тело, — спокойно ответила я. — То самое, которое вчера съел Тор. Ветеринар говорит, ещё пару часов и было бы поздно. — Я могу объяснить! — Не надо. — Нет, правда, это не то, что ты думаешь! Я встала, посмотрела мужу в глаза. — Владлен, это те самые стринги, которые я подарила Свете на день рождения три месяца...

— У папы другая, — выдает старшая дочь. Будто самый мой страшный сон наяву. — Чего молчишь? Говорю же: у него друга-а-ая. — Катюш, ты наверное что-то не так поняла, — еле ворочаю языком от шока. — Он меня познакомил с ней, — качает головой. — Что тут можно было понять не так? *** Пятнадцать лет брака, в котором я отдавала мужу и детям всю себя, чтобы в награду получить равнодушное «у него другая». А муж… муж лишь подтверждает слова дочери.

Муж решил, что если он признается, что изменил мне с моей подругой, то я смогу простить его, забыв о его предательстве. Но о подобном просто не могло быть речи! — Собирай свои вещи и уходи. В противном случае, мне придётся пойти на крайние меры. — И на какие же? — со смешком спросил Назар, делая шаг в мою сторону. — Сначала я испробую на тебе новую сковородку с антипригарным покрытием, а потом позвоню родным и всё им расскажу. Как думаешь, куда моя мама засунет тебе швабру, которую ты ей...

— Двадцать лет, Лев. Двадцать лет я была твоей тенью, твоим тылом, твоим лучшим мастером! — мой голос дрожит, но я стою прямо. — Именно, Регина. Ты — тень. Пыльная, пропахшая лаком и старым деревом, — муж кривится, обнимая за плечи молоденькую секретаршу. — Настя — живая. Она — праздник. А ты... ты просто привычка, от которой я устал. Квартира записана на маму, счета заблокированы. Уходи. И свои железки забирать не забудь. Я ушла. В холодную мастерскую, с одним чемоданом инструментов и...

– Почему я тебе больше не нужна? Что я сделала не так? – Этот вопрос так и вертится в голове, и я не вижу ответа. Ведь всё было хорошо! – Ничего, Тань, в том-то и дело. Просто любовь прошла, да и живём мы как соседи. Я устал от этого. Думал, уйду в работу, но этого оказалось мало. – Ты не любишь меня? – спрашиваю, сжимая подол платья. – Уже нет. А вот с Аллой у меня словно второе дыхание открылось! Давно такого не ощущал. Да я словно помолодел лет на десять, так мне хорошо сейчас. ...

Я уверенно шагнула к Филиппу, не боясь его угроз, зная, что уж я точно не дам себя в обиду. Ну а он, если в нём ещё осталось что-то от мужчины, не посмеет и пальца на меня поднять. — Полина, какая муха тебя укусила? Ты сейчас в прямом смысле нарываешься на ссору. — А ты думал, что я не узнаю о твоих похождениях? — Ты опять за старое? Да не изменяю я тебе, дура! — Тогда снимай трусы! — Что?! — Филипп, оторопев от моего напора, попятился к стене, стоило мне только сделать ещё один шаг. * * *...

– Ты на таблетках, я надеюсь? – слышу я за дверью спальни грубый голос мужа. – Надо было об этом раньше думать, когда накинулся на меня без защиты, – отвечают ему насмешливо. Я цепенею, схватив ручку двери, и не решаюсь войти внутрь. Тело не слушается, руки прижаты к выпуклому животу, в котором беспокойно ворочается наш малыш, а мое дыхание учащается. В груди болит и ноет, а воображение подкидывает откровенные позы, в которых муж… “любил” другую женщину. – Ты взрослая женщина, Оля,...