- Мы ищем папу! - смотрю на грязные мордашки двух исхудалых детей. – Чтобы он помог найти нашу маму. - Мы больше не вернемся в интернат, - всхлипывает девочка. Она кого-то мне смутно напоминает, сердце сбоит. В руках теребит ещё кулон этот странный... Стоп! Так это же ТОТ самый кулон!! Я его подарил единственной женщине, которую любил! - Откуда он у тебя? - чуть ли не вырываю вещь из детских ручонок. - От мамы, - пожимает плечами. Открывает замок, там фото. Я и моя Лиза. - Это она....

— Простите, вы вызывали, я Пчелкина, я тут принесла эскизы логотипов. Я все продолжала мямлить, закатывая глаза. Несла чушь, и не понимала, что со мной происходит. Спустя мгновение Марк Игоревич поднял голову и пристально посмотрел на меня. Теперь я поняла о чем говорила Юля. Шрам проходил через все лицо, но при этом не казался ужасным или страшным, не портил его, а наоборот предавал мужественности, чувствовалось что-то животное. А глаза цвета стали, смотрели в самую душу. Я никогда не видела...

— Может останешься? — внезапно спрашивает жена. — Марин, — раздраженно хмурюсь, — ты же знаешь. Я должен работать. — Пропусти сегодня свою работу. Побудь со мной. Пожалуйста. Юля сегодня днем прислала фотографию в новом белье. Черные кружева на подтянутом загорелом теле, что может быть важнее? — Все, Марина, хватит! Ради нас я работаю, не покладая рук, — произношу строго и достаю куртку из шкафа, — видишь, в ночную приходится выходить. Марина беспомощно мнется рядом. Бесит! — Мы, наверное,...

Тридцатилетие – хороший повод совершить последнюю глупость в жизни. И эта глупость изменит все. ОДНОТОМНИК ВАЖНО! Книга содержит реалистичное описание постельных сцен, некоторую часть нецензурных выражений, строго 18+

Я – Нана Шереметьева, идеальный личный секретарь. Я умею быть невидимой полезной тенью, я научена «прятать» своего босса от журналистов и брошенных любовниц, покупать подарки его женщинам и выбивать лучшие лоты на аукционах. Лэрс – моя мечта, он идеальный и безупречный. И работа его помощницы была почти у меня в кармане. Работа – и перспектива стать для него кем-то большим, чем «личный секретарь». Но у судьбы странное чувство юмора, и вместо милого Лэрса мне в боссы достался его старший брат...

— Не будет никаких клятв и рассказов о большой любви. — Я согласна. — И других у тебя не будет. Только я. Когда захочу и сколько захочу. Тяжелая мужская ладонь легла на горло, а большой палец прошелся по губам. — Мне подходит, — прошептала я, не узнавая себя. — Красивая феечка. Хорошая. — Горячая мускулистая грудь вжала меня в стену с нежностью асфальтоукладчика. — На месяц… — Тело уже вспомнило, как хорошо бывает в этих объятиях. Оно загорелось, забыв обо всех табу и стоп-кранах. Лишь...