*3 книга* — Никитин Артем Дмитриевич. Три месяца отроду. В свидетельстве о рождении в графе «отец» стоит прочерк. Частный сыщик бросает распечатку документа и снимки с младенцем мне на стол. Сопоставив их со своей детской фотографией, убеждаюсь, что малыш — моя вылитая копия. Значит, мне солгала… Это не ее племянник. Это ее сын. Наш сын! — Чей ребенок скончался в реанимации три месяца назад? Все это время я считал сына мертвым! — сатанею, ощутив предательский удар под дых. — Отказник....

— Азаров любит жестко. Никаких поцелуев, никаких ласк. Без нежностей, в общем. Заваливает и берет свое как зверюга. — Ну это как-то не очень… Если совсем без ласки. Ну как же это? — Ты Азарова видела? Да, если он просто на меня подышит, я улечу. А если в этот момент еще и будет без футболки, то… Короче, никто на его грубость не жалуется. Всем заходит. Жаль, он на обычных студенток, вроде нас, даже не глянет. Выбирает всяких моделей. Ну понятно. Как иначе с его-то деньгами и возможностями? Хотя...

— Будешь делать всё, что я захочу, — его пальцы скользят по горлу, как раз там, где бешено бьётся пульс. — Клянусь, я никому не скажу, что видела… — рвано выдыхаю, ощущая, как по всему телу проходит дрожь. — Мне плевать на твои клятвы. Теперь ты — моя собственность. Однажды я увидела то, чего не следовало, чем перешла дорогу сыну криминального авторитета. Сильному, опасному, настоящему психу, которого все боятся. Он меня запомнил. И глупо было надеяться, что он меня не найдёт… #очень...

Я устроилась в частный лицей, где учатся отпрыски самых влиятельных людей нашей страны. А накануне переспала с красавчиком в ночном клубе. И каково же было увидеть его среди своих учеников. Или узнать, что его папа министр образования, и если я не сделаю так, как хочет Он, моей карьере конец... От автора: Горячая история о пышечке и наглом мажоре!;) - очень жарко и откровенно - девушка старше - герою есть 18 - запретная связь - капля принуждения. Но героине понравится;) -...

— Я с вами никуда не поеду! — Поедешь. Со мной. — Да щас! Со мной! Они стоят по обе стороны от меня, от них идет жар такой силы, что мартеновские печи отдыхают! Смотрят друг на друга, злобно раздувая ноздри. А я… А я ощущаю мощное, безумное дежавю. Потому что все это было: их взгляды, их рычание, жар их тел… Все было. И ничем хорошим это не кончилось. Для меня.