Он - девятнадцатилетний мажор. От таких в свои двадцать три Женя предпочитает держаться подальше.
Она - вчерашняя хорошенькая студентка. К таким Макс обычно держится поближе.
Серьёзная дочь порядочных родителей и балагур с ног до головы покрытый татуировками.
Они не планировали совместное "долго и счастливо", потому что между ними нет вообще ничего общего. Но взаимное притяжение, возникшее при первой встрече, создаёт проблемы для обоих.
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
Провинциальная студентка Диана мчит в столицу, чтобы помочь кузине управиться с её двухлетним отпрыском и немного подзаработать. Но, музычка играла не долго. Ровно до того момента, пока в её жизнь не вламывается Егор Благов — несерьёзный вертихвост и красавец спортсмен, сердцеед и бабник, в которого она втрескалась раньше, чем поняла — он замечает всех женщин в радиусе сорока тысяч километров, кроме неё самой.
#18+, очень откровенно #разница в возрасте #спортсмен и девственница
Станислав Орлов - двадцатичетырехлетний бабник, не знакомый со словом “нет”. Руководитель подразделения в крупной столичной ИТ-компании.
Аля не так давно перебралась в Москву. В её жизни всё не так просто, как может показаться на первый взгляд, и Орлову об этом известно.
Брать на себя чужие проблемы не в его привычках, но с тех пор, как она появилась в его команде, жизненные ценности парня стремительно меняются.
Он - девятнадцатилетний мажор. От таких в свои двадцать три Женя предпочитает держаться подальше.
Она - вчерашняя хорошенькая студентка. К таким Макс обычно держится поближе.
Серьёзная дочь порядочных родителей и балагур с ног до головы покрытый татуировками.
Они не планировали совместное "долго и счастливо", потому что между ними нет вообще ничего общего. Но взаимное притяжение, возникшее при первой встрече, создаёт проблемы для обоих.
Просто друзья.
Мы с ним просто друзья.
Я увидела его впервые, когда мне было восемь, а ему двенадцать, и, несмотря на разницу полов, мы сразу нашли общий язык. В тринадцать я поняла, что люблю его, а когда я впервые увидела его голым, узнала, что такое гормональный взрыв. А еще я узнала, что Алекс Немцев меняет девушек, как перчатки, и я бы никогда не променяла нашу дружбу на то, чтобы стать одной из них.
18+
Что может связывать непутёвую студентку Акимову и сурового молодого профессора Власова? На первый взгляд совершенно ничего, но, одним дождливым летним днём стало возможным всё.
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
— Я люблю тебя, — проговариваю по слогам прямо ей в глаза. — Русский язык понимаешь, а? — Отпустите, Александр Андреевич! — выкрикивает с яростью. — Я вас видела! С ней… В глазах слезы и злость. Заслужил. Не могу ее потерять. Облажался, знаю. Больше такого не будет. Сгребаю ее в охапку. Всю. — Девочка моя любимая… — шепчу в ее губы, прижимая к стене. — Угомонись... — Пошел ты... — выпаливает, изворачиваясь. — Ненавижу тебя. Отпу-с-ти! — Не могу, — отвечаю честно, и это мой единственный...
Просто друзья.
Мы с ним просто друзья.
Я увидела его впервые, когда мне было восемь, а ему двенадцать, и, несмотря на разницу полов, мы сразу нашли общий язык. В тринадцать я поняла, что люблю его, а когда я впервые увидела его голым, узнала, что такое гормональный взрыв. А еще я узнала, что Алекс Немцев меняет девушек, как перчатки, и я бы никогда не променяла нашу дружбу на то, чтобы стать одной из них.
18+
Он - девятнадцатилетний мажор. От таких в свои двадцать три Женя предпочитает держаться подальше.
Она - вчерашняя хорошенькая студентка. К таким Макс обычно держится поближе.
Серьёзная дочь порядочных родителей и балагур с ног до головы покрытый татуировками.
Они не планировали совместное "долго и счастливо", потому что между ними нет вообще ничего общего. Но взаимное притяжение, возникшее при первой встрече, создаёт проблемы для обоих.
Что может связывать непутёвую студентку Акимову и сурового молодого профессора Власова? На первый взгляд совершенно ничего, но, одним дождливым летним днём стало возможным всё.
Что может связывать непутёвую студентку Акимову и сурового молодого профессора Власова? На первый взгляд совершенно ничего, но, одним дождливым летним днём стало возможным всё.
Провинциальная студентка Диана мчит в столицу, чтобы помочь кузине управиться с её двухлетним отпрыском и немного подзаработать. Но, музычка играла не долго. Ровно до того момента, пока в её жизнь не вламывается Егор Благов — несерьёзный вертихвост и красавец спортсмен, сердцеед и бабник, в которого она втрескалась раньше, чем поняла — он замечает всех женщин в радиусе сорока тысяч километров, кроме неё самой.
#18+, очень откровенно #разница в возрасте #спортсмен и девственница
Просто друзья.
Мы с ним просто друзья.
Я увидела его впервые, когда мне было восемь, а ему двенадцать, и, несмотря на разницу полов, мы сразу нашли общий язык. В тринадцать я поняла, что люблю его, а когда я впервые увидела его голым, узнала, что такое гормональный взрыв. А еще я узнала, что Алекс Немцев меняет девушек, как перчатки, и я бы никогда не променяла нашу дружбу на то, чтобы стать одной из них.
18+