Марат – злой на весь мир мальчишка, волею судьбы вынужденный бороться за существование и кусок хлеба. Маша – слишком серьезная, слишком добрая, та, что живет жизнью других, забыв о себе. Для Него Она ангел, та, с исчезновением которой из его жизни много лет назад все пошло под откос. Он для Нее шанс начать жизнь сначала. Тот, кто научит жить для себя. Тот, кто не даст опустить руки и будет бороться за Нее до конца. Она для Него та, что научить любить и верить. Им не будет...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
– Я все равно тебя добьюсь, Катерина Романовна, – нагло хмыкнул гопник. – Недели не пройдет, моя будешь. – Мальчик, поищи ровесницу, – сквозь зубы прорычала я. – Я тебя хочу, – прошептал он, и горячая ладонь оказалась на моей талии. – Я замужем, – пискнула я. – Но вакансия любовника свободна? – не желал сдаваться маргинал. – Ты… нахал! Знать тебя не желаю! Он представился Эдуардом. Гопник и не в меру творческий маргинал в оригинальном костюме. Невозможный наглец, дерзкий мальчишка. Но...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
– Я все равно тебя добьюсь, Катерина Романовна, – нагло хмыкнул гопник. – Недели не пройдет, моя будешь. – Мальчик, поищи ровесницу, – сквозь зубы прорычала я. – Я тебя хочу, – прошептал он, и горячая ладонь оказалась на моей талии. – Я замужем, – пискнула я. – Но вакансия любовника свободна? – не желал сдаваться маргинал. – Ты… нахал! Знать тебя не желаю! Он представился Эдуардом. Гопник и не в меру творческий маргинал в оригинальном костюме. Невозможный наглец, дерзкий мальчишка. Но...
– Я все равно тебя добьюсь, Катерина Романовна, – нагло хмыкнул гопник. – Недели не пройдет, моя будешь. – Мальчик, поищи ровесницу, – сквозь зубы прорычала я. – Я тебя хочу, – прошептал он, и горячая ладонь оказалась на моей талии. – Я замужем, – пискнула я. – Но вакансия любовника свободна? – не желал сдаваться маргинал. – Ты… нахал! Знать тебя не желаю! Он представился Эдуардом. Гопник и не в меру творческий маргинал в оригинальном костюме. Невозможный наглец, дерзкий мальчишка. Но...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
– Я все равно тебя добьюсь, Катерина Романовна, – нагло хмыкнул гопник. – Недели не пройдет, моя будешь. – Мальчик, поищи ровесницу, – сквозь зубы прорычала я. – Я тебя хочу, – прошептал он, и горячая ладонь оказалась на моей талии. – Я замужем, – пискнула я. – Но вакансия любовника свободна? – не желал сдаваться маргинал. – Ты… нахал! Знать тебя не желаю! Он представился Эдуардом. Гопник и не в меру творческий маргинал в оригинальном костюме. Невозможный наглец, дерзкий мальчишка. Но...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас. — Что? — Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе. — Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет! — Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил! Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и...
Марат – злой на весь мир мальчишка, волею судьбы вынужденный бороться за существование и кусок хлеба. Маша – слишком серьезная, слишком добрая, та, что живет жизнью других, забыв о себе. Для Него Она ангел, та, с исчезновением которой из его жизни много лет назад все пошло под откос. Он для Нее шанс начать жизнь сначала. Тот, кто научит жить для себя. Тот, кто не даст опустить руки и будет бороться за Нее до конца. Она для Него та, что научить любить и верить. Им не будет...
Очень понравилось, сильные эмоции испытала. Как говорится, "три литра слёз"))
Кое-что даже заставило задуматься о собственной жизни и судьбоносных уроках...
Рада, что у героев всё чудесно закончилось.
Марат – злой на весь мир мальчишка, волею судьбы вынужденный бороться за существование и кусок хлеба. Маша – слишком серьезная, слишком добрая, та, что живет жизнью других, забыв о себе. Для Него Она ангел, та, с исчезновением которой из его жизни много лет назад все пошло под откос. Он для Нее шанс начать жизнь сначала. Тот, кто научит жить для себя. Тот, кто не даст опустить руки и будет бороться за Нее до конца. Она для Него та, что научить любить и верить. Им не будет...
Марат – злой на весь мир мальчишка, волею судьбы вынужденный бороться за существование и кусок хлеба. Маша – слишком серьезная, слишком добрая, та, что живет жизнью других, забыв о себе. Для Него Она ангел, та, с исчезновением которой из его жизни много лет назад все пошло под откос. Он для Нее шанс начать жизнь сначала. Тот, кто научит жить для себя. Тот, кто не даст опустить руки и будет бороться за Нее до конца. Она для Него та, что научить любить и верить. Им не будет...
Марат – злой на весь мир мальчишка, волею судьбы вынужденный бороться за существование и кусок хлеба. Маша – слишком серьезная, слишком добрая, та, что живет жизнью других, забыв о себе. Для Него Она ангел, та, с исчезновением которой из его жизни много лет назад все пошло под откос. Он для Нее шанс начать жизнь сначала. Тот, кто научит жить для себя. Тот, кто не даст опустить руки и будет бороться за Нее до конца. Она для Него та, что научить любить и верить. Им не будет...
— У меня есть парень! — упираясь в твердую грудь оперуполномоченного ладонями, пролепетала я. — Уже нет, — спокойно сообщил он. — Ты мне не нравишься! — выдала я новый аргумент. — Это временно! — снисходительно произнес нахал. — Отстань от меня! — Не дождешься! — хищно пообещал он. Опер Громов — красавчик, бабник и невыносимый нахал, который не знает слова «нет». В первую нашу встречу он влез в квартиру моих родителей, во вторую – в общежитие. В третью просто с ноги вошел в мою жизнь и,...
Марат – злой на весь мир мальчишка, волею судьбы вынужденный бороться за существование и кусок хлеба. Маша – слишком серьезная, слишком добрая, та, что живет жизнью других, забыв о себе. Для Него Она ангел, та, с исчезновением которой из его жизни много лет назад все пошло под откос. Он для Нее шанс начать жизнь сначала. Тот, кто научит жить для себя. Тот, кто не даст опустить руки и будет бороться за Нее до конца. Она для Него та, что научить любить и верить. Им не будет...
— У меня есть парень! — упираясь в твердую грудь оперуполномоченного ладонями, пролепетала я. — Уже нет, — спокойно сообщил он. — Ты мне не нравишься! — выдала я новый аргумент. — Это временно! — снисходительно произнес нахал. — Отстань от меня! — Не дождешься! — хищно пообещал он. Опер Громов — красавчик, бабник и невыносимый нахал, который не знает слова «нет». В первую нашу встречу он влез в квартиру моих родителей, во вторую – в общежитие. В третью просто с ноги вошел в мою жизнь и,...
— У меня есть парень! — упираясь в твердую грудь оперуполномоченного ладонями, пролепетала я. — Уже нет, — спокойно сообщил он. — Ты мне не нравишься! — выдала я новый аргумент. — Это временно! — снисходительно произнес нахал. — Отстань от меня! — Не дождешься! — хищно пообещал он. Опер Громов — красавчик, бабник и невыносимый нахал, который не знает слова «нет». В первую нашу встречу он влез в квартиру моих родителей, во вторую – в общежитие. В третью просто с ноги вошел в мою жизнь и,...
Марат – злой на весь мир мальчишка, волею судьбы вынужденный бороться за существование и кусок хлеба. Маша – слишком серьезная, слишком добрая, та, что живет жизнью других, забыв о себе. Для Него Она ангел, та, с исчезновением которой из его жизни много лет назад все пошло под откос. Он для Нее шанс начать жизнь сначала. Тот, кто научит жить для себя. Тот, кто не даст опустить руки и будет бороться за Нее до конца. Она для Него та, что научить любить и верить. Им не будет...
— У меня есть парень! — упираясь в твердую грудь оперуполномоченного ладонями, пролепетала я. — Уже нет, — спокойно сообщил он. — Ты мне не нравишься! — выдала я новый аргумент. — Это временно! — снисходительно произнес нахал. — Отстань от меня! — Не дождешься! — хищно пообещал он. Опер Громов — красавчик, бабник и невыносимый нахал, который не знает слова «нет». В первую нашу встречу он влез в квартиру моих родителей, во вторую – в общежитие. В третью просто с ноги вошел в мою жизнь и,...