Ирина

— Мне нужно тебе кое-что сказать, Лида… Прошептал мне муж, когда мы танцевали на дне рождения сына. Рука Ильи лежала на моей груди. На шраме. Там, где сердце, которое он когда-то спас. Двадцать лет назад его руки подарили мне жизнь, и с тех пор каждый вечер я шептала одно и то же: «Без тебя меня бы не существовало». Он накрывал мою ладонь своей, и мир держался. — Я больше не могу это скрывать. Устал. Устал врать, что я идеальный. Я тебе изменил. Был с другой женщиной! И у неё задержка… ...

Гордей абсолютно уверен, что его жизнь сложная, но для Веры она выглядит как приятная прогулка по цветочному полю. Жизнь Веры — настолько нечитаемый иероглиф, что Гордей предпочитает видеть в нем лишь непонятные чёрточки, недооценивая риски и желая получить только физическое удовольствие. Проблема в том, что Веру тоже тянет к Гордею. Слишком. И это опасно. Для обоих. Кто сдастся первым? Беспечный золотой мальчик, которому было позволено все, или красавица-сирота, выгрызающая зубами себе...

Я совершила главную ошибку в своей жизни — вышла замуж за чудовище. Мой муж — влиятельный бизнесмен, который за закрытыми дверями превращается в садиста. Мой удел — молчать, терпеть и скрывать синяки под закрытыми платьями. Из этой золотой клетки нет выхода. Я так думала, пока в город не вернулся он. Егор Скворцов. Мой друг детства. Моя первая, давно забытая любовь. Теперь он — один из самых дорогих и опасных адвокатов Москвы. Человек, открывающий ногой двери в любые кабинеты. Ему хватило...

Крупная авария, десяток пострадавших и маленькая испуганная девочка, сидящая в безлюдном коридоре больницы. — Привет, — я подошел к малышке и опустился перед ней на корточки. Малышка подняла голову и посмотрела на меня пронзительно синими глазами, такими же, как у единственной женщины, которую я любил в своей жизни. — Дядя доктор, спаси мою маму, — глаза крошки наполнились слезами и крупные капли покатились по щечкам, — п-пожалуйста, — срывающимся голоском прошептала она и тыльной стороной...

— ... Как давно? — Что? — Ты с ней спишь. Как давно, Ян? Боже, ты мазохистка, Полина… Муж устало вздыхает, а когда я зачем-то еще и поворачиваюсь, его лицо не выражает ничего. Он просто откидывается на стену, смотрит на меня лениво и устало. — Что тебе даст эта информация? — Не знаю. — Вот и я не знаю. Сыновьям скажем вместе. — Что скажем? Ян поджимает губы, тянется к карману своего пиджака, но потом опускает руки и хмыкает. — Полагаю, это означает развод? Или попытаемся спасти…наш...