Но прошлое следует оставлять в прошлом.
— А я и не против, — как-то по-особенному протянул лорд Давернетти, — должен признать — прекрасное зрелище, даже не хочется его лишаться. Анабель, вам чертовски идет платье личного секретаря, особенно платье, на два размера меньше положенного. Корсет не жмет?
— А вам совесть? — не сдержалась я.
— Естественно нет, у меня же она отсутствует, — коварная улыбка старшего следователя становилась все коварнее. — Рассказывайте, моя прекрасная будущая супруга, затянутая в корсет, что так он подчеркивает ваше весьма превосходное телосложение. Воистину смотрел бы и смотрел. Не хватает только распущенных волос и черной кружевной сорочки…
— Анабель… Анни моя Бель, где же мы прячемся, а? Раз, два, три, четыре пять, будущую леди Давернетти я иду искать.
«Большой путь, следует начинать с маленьких шагов».
– Ну вот, – меланхолично проговорила Любава, – я же говорила – мы все умрем!
– А не краска для яиц, нет? – с насмешкой спросил маг, но всё послушно выпил.
Я дождалась этого момента, чтобы ехидно ответить:
«Провожу по губам, стирая твои прикосновения, Однажды я выберусь отсюда, даже если это бред, Реанимировать меня не надо, оставь старания, Я справлюсь с болью, а для тебя меня больше нет».
– Я люблю тебя, – прошептала, даже понимая, что у меня нет никакого права говорить ему это. Но на мои слова Чи отреагировал, не скрывая собственной глухой рвущей изнутри боли: – Мне хуже, Кей, я без тебя не живу, я без тебя подыхаю.
«Сун сам себе выбрал имя или его Гэс так назвал?» Эринс ответила почти сразу: «Гэс его называл по-всякому, но Ссун это не просто так, у кота хобби – бабы, выставки и тапки Гэса. Исключительно тапки Гэса. И исходя из прозвища кота, ты уже можешь догадаться, что Ссун с тапками Гэса делает».
– Чи, я люблю тебя!– Да неужели?! – ядовито переспросил он. – Серьезно? Точно любишь?!– Очень! – заверила я.Адзауро на миг зажмурился, явно пытаясь сдержать в принципе почти обоснованную злость, а затем, вновь взглянув на меня, язвительно вопросил:– Кей, мне вот просто интересно, а как это по-твоему работает, мм-м? Вот представь себе, идет суд, и судья спрашивает у обвиняемого: «Что вы можете сказать в свое оправдание?» И тут обвиняемый выдает: «Судья, я люблю вас», и судья такой: «Все, вы оправданы»?!Я посидела, опустив взгляд, затем посмотрела в глаза разъяренного монстра и сказала:– Я тебя очень, очень, очень люблю!Взбешенно глядя на меня, Чи уже хотел было что-то еще сказать, но я перебила, заверив еще более пламенно:– Сильно, сильно, сильно люблю!Тяжелый обреченный вздох и:– Ладно, работает. Повтори еще раз.
Провожу по губам, стирая твои прикосновения, Однажды я выберусь отсюда, даже если это бред, Реанимировать меня не надо, оставь старания, Я справлюсь с болью, а для тебя меня больше нет
Трудно сказать, что на душе у постоянно смеющегося человека
"Талантливыее люди болезненны, а у красавиц несчастная судьба".
— Я всегда буду дышать тобой. — Я всегда буду твоим дыханием…
Как говорится, обжегшись на молоке, дуешь и на воду...
Любовь – это желание быть рядом, ощущать его прикосновения, все и разом, смотреть в его глаза и тонуть в них, раствориться в том, кто вдруг стал важнее жизни
И главное – я ясно отдавала себе отчет в происходящем, понимая, что самой привлекательной чертой в Акиро для меня была уверенность. Его непоколебимая, железобетонная, стальная уверенность… а я женщина, и как любую женщину, меня привлекал именно такой тип мужчин. Мужчин, рядом с которыми начинаешь ощущать себя в безопасности. Мужчин, на которых можно положиться. И тут не важна внешность, я отмечала красоту его атлетического телосложения, но как-то безразлично – его уверенные движения, вот что медленно сводило с ума.
...слова срывают маски. Поэтому иногда лучше молчать. Просто молчать
Мне врать - все равно что дышать, вообще никаких проблем не доставляет.
Мы на Ятори, здесь чтобы кого-то реально «познать», надо пару психологических образований, лет двадцать практики и возможность применять сыворотку правды во время сеансов. И то не факт, что после всего этого удастся хоть что-то познать
– Любовь молчаливого светлячка жарче любви трескучей цикады
Где властвует глупость, там разум вынужден прятаться.
В деревне, где не пролетают птицы, и летучая мышь – орел.
– Кей, алкоголь не выход, не вход, и даже не путь к обретению душевного покоя. Алкоголь и наркотики – это яма. По началу еще приличная, в итоге – уже выгребная. Как тебе перспектива утонуть в собственном дерьме?
– Подытоживая ваши заявления, можно выдвинуть смелое предположение – что все в Городе Драконов против этих самых драконов, причем даже драконы, – высказала я, встряхивая ручку.