— Прекрасные брови? мисс Ваерти.
Ненавижу Давернетти!
— Боюсь, я могу похвалить лишь уголь, — вставил лорд Арнел.
Его тоже ненавижу!
— Но, миссис Макстон, лорд Давернетти приказал… — начал было младший следователь.
— Будет он мне приказы отдавать! — возмущалась она. — Статусом не вышел!
Лорд Гордан, в растерянности последовавший за нами, изумленно уточнил:
— А что не так со статусом лорда старшего следователя?
— Он холостяцкий!
— Доброго дня, дорогая. Я вижу, вы тоже соскучились?
— По миссис Томпсон? О да, тоска моя не ведает границ! — съязвила я, уязвленная его интимным обращением.
— Я заметил, — издевательски уведомил меня лорд Давернетти. — Но, боюсь, вынужден сообщить, что в своем стремлении нанести утренний визит жениху, вы несколько… заплутали и ошиблись маршрутом. Мисс Ваерти, глупышка моя, наверх, это когда ступени ведут вверх, а не вниз.
Вот ведь, всегда думал, что самая страшная теща мне досталась. Однако как приятно оказаться неправым, — протянул главный.
Это он зря. С невероятной, звериной скоростью дриада повернулась к некроманту, и я невольно кинулась к ним, в ужасе понимая, что от министра сейчас ничего не останется. Но матушка, схватив его за шею, вдруг отдернула руку. Задумалась, склонила голову набок и вновь протянула ладонь, задержав ее над лицом Рханэ. Затем до крайности подлая ухмылочка исказила лицо дриады, и мама протянула:
— Ошибаешшшся… твоя хуже. Даже я не додумалась бы до такого!
Мы, ведьмы, магических сил не имеем, это правда. Но ведьма — от слова ведать, а ведаем мы многое, не зря у нас такая широкая специализация — и роды принять можем, и от хвори излечить, и даже умертвие успокоить, коли сильно досаждать будет. Ну а от нахалов имеем средство опробованное, Верховной ведьмой нам щедро отсыпанное — порошок из перца! И тут главное — распылить верно, а затем смыться в обратном от распыленного порошка направлении.
Сдаешься? — улыбнулся Инар.
— Благодарю за приглашение, — стараюсь не шипеть, — но я подожду своего партнера.
— Аниас не придет, — загадочно ответил лучший боевой маг академии.
Я задумчиво сковырнула остатки пирожного с платья и произнесла имя запасного варианта:
— Людвиг?
— Ногу сломал. Так неудачно, и в медпункте как раз все… немного выпили.
— Ташши?
— У него что-то с дверью… не открывается, — на аристократической роже промелькнуло весьма ехидное выражение, и он добавил: — Кстати, через эти двери, — Инар кивнул в направлении высоких дверей зала, — не пройдут и остальные претенденты на твою руку в этом танце. Магия рода, знаешь ли, это даже ректору снять не под силу. Сдавайся.
Я выругалась, все еще не веря в то, что капкан захлопнулся, и решила… плыть по течению, в смысле использовать последний довод.
— Ярослава, вы идти сможете?
— Лучше я ее отнесу, — прозвучал голос Инара.
Но тут уж взбунтовались девочки.
— Слышь, вомпер, ну-ка отседова попер! — заявила Бажена.
— Иди, умертвие, к невесте! — добавила Варвара.
Мальчики, приглашаю на чай с плюшками в восемь вечера. Правда, плюшки черствые.
— Оживлять умерших – наша специализация. Будут твои плюшки как новенькие.
— Даже представить страшно!
— Почему?
— Живые, извивающиеся в руках плюшки, которые упираются, просят их не есть и орут не своим голосом: «Мы все умрем!» Брр…
Гномья община, впечатлившись праздником, прислала заказ на организацию еще шести свадеб. – Оу… – только и смогла сказать я. – И десять от вампирских домов, – добавила Зоэль. – Четыре от клана оборотней, – вставила леди Верис. – Темные тоже уже прислали запросы, – обрадовала Дара. Испуганно посмотрев на партнера, я шепотом спросила: – И… что ты ответил? Пожав плечами, Юр сказал: – Послал всех к Бездне! Я все-таки не настолько гном.
У вас двадцать минут. Не справитесь – приду и буду домогаться. – Нашей девичьей чести? – кокетливо поинтересовалась Найвери. – Нет, вашей гражданской совести.
«Любовь – самый ценный из даров мира. Редкий дар, особый. Дар, соединяющий сердца и жизни, дающий потомство и согревающий каждый прожитый день.
И не знаю, чем бы все завершилось, не вмешайся Юрао, с типично гномьим: – Когда голова не думает, из кошеля доплачивают. Платим, лорд Алсэр, и поскорее, вы задерживаете других желающих стать заклятыми врагами лорда Эллохара.
– Два. Глотков семь, как семь кругов ада. – И вдруг встревоженный взгляд на меня и вопрос: – Ты не боишься? Я честно солгала: – Нет.
Надеюсь, Даррэн очень скоро встретит свою судьбу, кого-нибудь столь же доброго и удивительного, как ведьма Василена Владимировна, и будет счастлив. Он достоин счастья, как никто другой.
Прелесть моя, он на тебя дышать боялся, пока верил, что ты его не любишь, а теперь сомневаюсь, что тебе удаться избежать знакомства с собственническим, властным и очень специфическим характером лорда Риана Тьера, который он скрывать явно больше не будет. – Заткнись, – мрачно приказал магистр. – Мне в любви признаются, а ты все портишь. – Я – нет, – посмеиваясь, парировал магистр Смерти, – но кое-кто отказывается портить воздух и собирается призвать шаверов. – Не призовет, это Излом, – не отрывая от меня взгляда, произнес Риан и выдохнул: – Продолжай.
Может, и для меня какое-нибудь задание есть? – Да, имеется одно, – подойдя к столу лорда Шейвра, взяв папку и присев на край столешницы, протянул Риан, – весьма непростое, запутанное и сложное дело – выйти замуж. И все присутствующие, стараясь вообще на меня не смотреть, разом заулыбались! Один Ултан Шейвр, хмыкнув, произнес: – Не справится, мой лорд. – Не сможет – научим, не хочет – заставим, – вчитываясь в документы, ответил Риан.
– Угу, а я тут в малоприятной компании черных песков, получается, зря трапезничаю, – хмыкнул лорд Эллохар. – А ты вообще заткнись, – беззлобно посоветовал ему лорд Арвиэль. – У тебя нет красивых перепуганных карих глазок, так что твое мнение не учитывается.
Наавир, хватит изображать ностальгию по кошачьей жизни. – Я изображаю ностальгию по ползучим временам, – ответил дракон, продолжая лежать на полу.
Я люблю тебя столь сильно, что клянусь защищать тебя, заботиться о тебе, быть с тобой, принимать тебя, забирать все твои страхи, сомнения и тревоги, делить с тобой твои радости, надежды и мечты. Я люблю тебя так сильно, что готов поддерживать всегда и во всем, позволять совершать свои шаги и ошибки, но никогда не смогу оставить тебя наедине с последствиями твоих неверных действий. И я клянусь тебе, той, что стала родной и единственной, всю жизнь быть рядом с тобой и не жить без тебя. Я люблю тебя… И это моя клятва тебе, Дэя, клятва, каждое слово которой истинно и будет исполнено.
А-а-а, - протянула я. - Может, и для меня какое-нибудь задание есть?
- Да, имеется одно, - подойдя к столу лорда Шейвра, взяв папку и присев на край столешницы, протянул Риан, - весьма непростое, запутанное и сложное дело, - выйти замуж.
И все присутствующие, стараясь вообще на меня не смотреть, разом заулыбались!
Один Ултан Шейвр, хмыкнув, произнес:
- Не справится, мой лорд.
Невероятно, – пробормотала. – А у вас как свадьбы происходят?
– У нас? – Я вдруг оказалась в объятиях магистра, и тот, склонившись к моему уху, прошептал:
– Только представь себе: ночь, шум океана, свет семи лун, сияние облака Этшакарра, мягко стелющийся серебристый туман…
– Завораживает, – прошептала я и попыталась мягко высвободиться.
– Я не закончил, – несколько резко произнес магистр Смерти.
Пришлось затихнуть в ожидании продолжения.
– Ты, – выдохнул Эллохар, – одетая лишь в нить жемчуга, я… для жениха одежда допустима, и клятвы, звучащие под пылающими звездами изменчивого мира.
– М-м-магистр… – Я вновь попыталась вырваться. – А затем, – шепот стал хриплым, – когда отзвучат слова вечной клятвы и чарующим танцем смерти раскинется непроницаемый полог, я уроню тебя на мягкий ворс белоснежного покрывала, чтобы укрыть собой…
И ощутила огромные ладони, скользнувшие по плечам, а затем едва слышное:
– Я люблю тебя… – И почти сразу оглушительное: – Беги!
- Мой принц, позвольте вернуть вам ваш в высшей степени некорректный вопрос и полюбопытствовать – как вам спать с человеческой под…
Договорить она не смогла – ударная волна уже готового заклинания смела ведьму, швырнув ее на стену в противоположном конце пещеры.
Эллохар хмыкнул и задумчиво произнес:
– Ты же не убиваешь женщин.
– Зависит от ситуации, – холодно ответил Риан.
Черные копья засияли мутным красным светом. Риан обернулся, взглянул в мои глаза и весело улыбнулся, вот только взгляд – он прощался со мной. И одними губами прошептал: «Уходи». И я отступила, на два шага, скрываясь в тени не для того, чтобы уйти, я просто не хотела, чтобы он видел мои слезы. И всхлип я тоже смогла удержать.
Прелесть моя, он на тебя дышать боялся, пока верил, что ты его не любишь, а теперь сомневаюсь, что тебе удаться избежать знакомства с собственническим, властным и очень специфическим характером лорда Риана Тьера, который он скрывать явно больше не будет.
– Заткнись, – мрачно приказал магистр.
– Мне в любви признаются, а ты все портишь.