Книги Рошаль Шантье
— Смотри, вон он! Лесовский Демьян, — шепчет Саша, указывая на парня у спортивной машины.
Я замираю.
Фамилия — чужая. Но это он.
Тот, кто в детдоме спас от смерти. Кто стал моим героем.
А потом исчез. Предал, оставив нательный крестик и пустоту.
Демьян Лесовский — наследник огромного состояния. Жесткий. Надменный. Уверенный в себе.
Смотрит так, будто мы едва знакомы.
Но в его глазах — тот самый мальчик. Мой.
И я не знаю, кто из нас предал сильнее: он — меня?
Или я — память о нём?
Вся её жизнь проходит по родительской указке. Делая попытки вырваться из захлестнувшего водоворота чужих решений, Тая всё равно невольно плывёт по течению. Контроль, послушание, скромность. То, что ненавистно, навязано и так мешает вдохнуть полной грудью. Но всё меняется, когда появляется Он и в дело вступают настоящие чувства. Марк открывает в ней новые грани, дарует окрылённость. Он тот, кого Тая всем сердцем успела полюбить и кого любить ей нельзя. – Контроль бывает разным, Вишенка. Тебе...
— А если вон та? — кивает мне за спину и приходится обернуться, чтобы заметить двух студенток, выходящих из здания универа. — Та, которая темненькая? — немного опустив солнцезащитные очки с переносицы, рассматриваю. — Не в моем вкусе. — Не, это девочка Аланьева. Я о блондинке. — Хм… Интересный экземпляр. — и это чистая правда. Пальцы покалывает от внезапно охватившего меня азарта, как часто бывает в этом случае. — Вижу, — кивает, — Так что, согласен? — он смотрит выжидающе, с ехидной...
Забыв прошлое, я наконец дышу полной грудью. Вот только оно нагоняет меня. Находит и ворвавшись в мою жизнь, обрушает на своем пути любые преграды, забирая в свой сладкий плен. — Макар, — выдыхаю шепотом. — Риша… Время застыло, мир замер. Перед моими глазами только его голубые глаза и воспоминания слайдами. Ощущения пропали. Все. Кроме ощущения твердости когда-то любимого тела и таких знакомых сильных рук. Попутный Макар Ветров. Моя первая настоящая студенческая любовь. Попутный Макар...