я сделала то, что делает всякая нормальная, адекватная и уравновешенная девушка, находясь в экстремальной ситуации, - психанула!
свою не столь уж и долгую жизнь я успела побывать папиной радостью, маминой гордостью и их совместным нервным тиком.
я приняла единственно верное решение в этой ситуации – начала стратегическое отступление. В смысле, начала убегать, но мужественно. Настолько мужественно, насколько это можно делать на четвереньках.
Я уже давно поняла, что жизнь порой столь прекрасна и удивительна, что иногда сил никаких не хватает на то, чтобы удивляться. Поэтому их стоит беречь! И тратить исключительно на действия. Даже если те, как сейчас, - чистое безумство.
общем, радовало, что все пока шло по намеченному плану. Печалило, чтo сам план был дрянь.
что для мужчины вечность в магазине, то для нас, дам, лишь начало шопинга
Идем, дщерь моя, дальше наносить добро, причинять радость и навлекать свет.
за каждой взбешённой женщиной стоит мужчина, который ни черта не понял, что он сказал не так.
лучше стать семь раз посмешищем, чем один раз – героем. Но некролога.
нашла коса на камень, демон – на экзорциста, а воскресшая – на Смерть.
Дерзость – лишь четкая формулировка мысли, без толики лжи
– И вообще, я врач. У меня мат входит в базовую профессиональную комплектацию…
То, что сейчас звучит как чушь и бред, завтра может стать как твоим позором, так и новым течением в философии.
смотришь на такого «мальчика» и даже не сомневаешься: его не произвели на свет родители, а нашли. В капусте. Поздней осенью. Да к тому же и с отмороженными мозгами.
лучше маленькая помощь, чем большое восхищение
И с каждым днем его храп становился все громче и заливистее.
надзиратели, в отличие от садоводов, побегам не рады.
ей предстояло сесть на вынужденную диету. Причем та обещала быть пожёстче, чем у иного дракона с приступом гастрита, который вынужден есть только рыцарей-вегетарианцев и обезжиренных принцесс.
Я решила, что если быть умной и осведомленной не могу по техническим причинам, то почему бы не побыть озабоченной? А уж собственным здоровьем или желанием выскочить замуж – не суть важно !
Я, откинувшись на подушки, всем своим видом говорила: «Давайте скорее спрашивайте, что вам нужно, и уходите, у меня скоро по графику сердечный приступ».
Нанести травму средней степени тяжести можно и тупым вопросом. И не только психике. Главное, получше рассчитать удар и верно зарядить картечь из пауз-запятых.
Подруги вздохнули, каждая думая о своем великом, вечном и почти недостижимом. Смерть – об отдыхе, Паника – о тонкой талии и о том, можно ли считать, что ты не нарушила диеты, съев три куска торта, при условии, что хотела вообще-то сожрать все пять?
– У драконов вообще совесть есть? - задала я риторический вопрос.
– Есть, - неожиданно ответил кинжал. – Просто эти гады крылатые те еще скопидомы,и они ее экономят.
А я подумала: если так, то мне достался самый береҗливый из них!
Я не говорила, что у меня клаустрофобия? – выпалила я, прикидывая, как бы мне удрать отсюда. Ну или атаковать. Хотя бы словесно. Пока мне не начали убивать.
– Здесь нет замкнутого пространства, – прищурившись, отозвался оборотень, пристально глядя на меня и не давая сбить себя с толку.
– Зато в гробу, в гробу есть. И очень замкнутое! А с такой стажировкой домовина мне будет обеспечена!
Ты мне уже все объяснила, – в голосе оборотня послышалось рычание. Недвусмысленное такое, из серии: ты либо права, либо беззвучна и жива.
И я посчитала, что лучшее для меня сейчас – это обогатиться. Причем сразу золотом. Ведь именно к нему, как известно, приравнивают молчание