Книги Александр Белкин
В этой книге вас ждут страшные рассказы о космосе: призрак, преследующий попавшего в беду космонавта; пришелец, управляющий погибшим членом экипажа; ужасы черных дыр; жуть, произошедшая на добывающей станции на Церере; неведомое чувство поглощающее экипаж межпланетного космического корабля, смертельно заботливый космический монстр, и много другое. Космос — невероятно опасное место, наполненное болью и страхом, борьбой за жизнь, за собственный разум, и за то, чтобы остаться человеком.
Почему-то я знал, что это сон. Так бывает. Раз на раз не приходится. То просыпаешься в холодном поту, и не сразу даже понимаешь где ты и кто ты. И никуда не едешь, а лежишь в своей постели. И семи чемоданов, которые ну никак невозможно собрать и вытащить из вагона за две минуты стоянки - тоже нет, и никогда не было...
На мокром красноватом песке нарисовали круг. Получилась планета. Марс. Марс - бог войны, потому в круге-планете сразу же начались военные действия. Шагали по красному песку неутомимые римские легионы, медленно ковыляли неуклюжие треножники, бил в бесплодную пустыню стальной меч-ракета.
Боевые корабли готовились к старту. Спешно пополняли боекомплект, проверяли оборудование и вооружение. По трапам, торопясь занять свои места, бежали космодесантники. Громко топали массивные квомы, ловко перебирали ножками почти невесомые свирлы. Эскадры первой волны уже занимали боевые позиции. Ещё немного - и сойдутся в смертельной схватке звездолёты, расцветут гиперонными взрывами сотни обитаемых планет. Но, прежде чем разносить вдребезги половину галактики, дипломатии дали ещё один шанс....
- ... осушение болот Венеры. - О новых успехах рапортуют каналостроители Марса. Ещё пятьсот тысяч гектаров безжизненной пустыни превращены в плодородные поля. Морозостойкие сорта пшеницы, созданные генетиками из "Агрокосмоса"...
Дарт до поздней ночи сидел в игровой кабине, отражая атаки настырных пауков с Альдебарана. Они хотели во что бы то ни стало захватить его родную Пеллию и, не считаясь с потерями, сыпались и сыпались с неба. А энергия в лазерной установке была почти на нуле...
Однажды за завтраком королю Делору пришла в голову великолепная мысль. Он как раз подносил ко рту серебряную вилку с изрядной порцией паштета из оленины, одновременно любуясь через широкое дворцовое окно величественно поднимающимся ввысь багрово-красным шаром восходящего солнца. Тут-то его и осенило. Королевская вилка так и остановилась, не донеся паштет до широко разинутого королевского рта, а глаза его буквально впились в солнечный диск. Придворные, которым эти признаки были слишком...
В спальне клубился сумрак. Ноябрь. Йованка потянулась, перевернулась на другой бок. Ей теперь не надо подниматься рано утром. Театр перестал работать три недели назад. Деньги выплатили за три месяца - хотя деньги уже почти ничего не стоили. Конец света.
Я шёл по дорожке, выложенной большими красными и жёлтыми плитами. Солнце светило с безоблачного неба, было очень жарко, а в голове не было ни единой мысли. Вдоль аллеи, по обеим сторонам, стояли высокие, похожие на ракеты, деревья. Ракеты, при чём тут ракеты? Что-то было такое с ними связано. Но думать не хотелось. Аллея, между тем, кончилась, и я вдруг оказался на довольно большой открытой площадке. В центре огромная клумба, справа что-то вроде спортплощадки - мальчишки перебрасывают...
Какого дьявола мудрецы из Генерального штаба решили драться именно за этот кусок чёрной пустоты? Не то что планет, здесь и звёзд нормальных нет. Есть какая-то огромная штуковина, засасывающая в себя всё - даже свет. При этом пылает ярче ядерной боеголовки. Только боеголовка, она против неё как спичка. Вспыхнула и погасла. А эта дура уж который миллиард лет свою багровую жуть испускает. Вот как она вообще светить может, если свет из себя не выпускает?
В далёких глубинах пространства и времени, в очень престижном районе космоса (у самого почти ядра галактики) жили-были инопланетянки. Жили они на новенькой синенькой звёздочке, модели "Голубой гигант". Нет, сначала-то они жили в тесной и противной малогабаритной планетке, но, когда общественная формация ихней цивилизации достигла стадии развитого гламура, жить в таких условиях стало просто стыдно. Пришлось срочно переселяться.
Шар кипящего золота неторопливо плыл в раскалённых небесах. Облачка-барашки пугливо разбегались, не желая осквернять сияющей лазури. Да, денёк выдался жаркий. Даже в тени огромных елей, там, где струился среди камней весёлый лесной ручеёк, нельзя было найти желанной прохлады.
Лейтмотивом поэзии А. Белкина является призыв к возрождению славянских традиций, которые должны лечь в основу современной русской идеи. Отсюда – пафос оппозиционности, разоблачения во многих его произведениях. Отход от исконных культурных корней, разного рода заимствования (от христианской религии, григорианского летоисчисления до культурных и языковых калек) привели к тому, что Россия свернула со своего исконного пути, породив целые поколения «родства не помнящих». Обруби корень – и дерево...