— Аль, я тебе телохранителя наняла… Когда мама сообщила мне эту новость, я потеряла дар речи. Понятно, что она беспокоится. Мой сводный брат и владелец компании, в которой я работаю, всегда был угрозой. Он с раннего детства превратил мою жизнь в ад. За что и поплатится скоро, козел… Мне осталось совсем немного до цели, и я вышвырну его из компании. Вот только телохранитель мне сейчас совсем не нужен — это добавит проблем… — Хорошо, мам, — натягиваю я улыбку. — Раз тебе будет так спокойнее… ...
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
Добрая и позитивная история с долей иронии. Особенно забавны эпизоды с енотами - они добавляют сюжету динамик и шалости. А неожиданные обстоятельства могут привести к новым возможностям и отношениям.
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
Андрей Ярославович Князев — известный военный хирург и герой для всех. Но для меня он тот, кто разрушил мне жизнь и лишил всего. Но главное — он забрал нашего сына, пока я лежала в клинике и была не в состоянии о нем позаботиться. Но сейчас Князев — единственный, кто может помочь мне вернуть себе все. — Найми меня на работу, — цежу я хрипло, глядя в его злые глаза. — Ты мне должен. Андрей сжимает зубы. Взгляд его наливается неподъемной тяжестью. — Ты подала в суд на лишение меня родительских...
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
Когда я бежала от бывшего мужа, мне было все равно куда. Лишь бы тот не добрался и не отобрал дочь. Но в доме отчима оказалось не так спокойно, как хотелось бы. Не я одна сбежала в глушь зализывать раны. Тем же вечером домой вернулся мой сводный брат, с которым не виделись десять лет. И если мои раны были душевные, то его оказались вполне реальными. Да и меня он совсем не рад видеть, и от этого становится особенно больно, ведь когда-то мы были самыми близкими друг другу людьми.
Мне 38, и меня бросили все. Муж ушел к фитнес-тренеру «попа-орех» Валерии, дочь и сын остались с папой, потому что им так удобней. Сын сказал, что нет никакой трагедии в разводе родителей, ведь у всех его друзей родители давно разведены. А дочь боготворит Валерию, ведь она помогла ей похудеть. Что может быть важней в жизни современного подростка, да? — Натусь, я не обижу, — заявляет муж пафосно, подталкивая мне бумаги. — Перестань меня так называть, — морщусь я и тру виски. Вот и все....
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
Добрая и милая, несмотря на криминальный антураж, история. По поводу енотов - читать про их проказы забавно, но я представила в реальности таких питомцев в доме и подумала, что да ну нафиг, не надо)))
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
Книга достаточно мрачная и переживательная, герои сложные, местами непонятные, много всего намешано, ведьмы, оборотни, высшие, ведьмаки, но сюжет затягивает и желания бросить не было.
— Ну привет, Ринка, — усмехнулся он, жадно разглядывая меня, прилипшую к дверям лифта. — Привет, Миша, — хрипло выдавила я, не в силах скрыть дрожь. — Ну и что же ты… — Он сделал последний разделявший нас шаг и оказался вплотную, — деру даешь? Такой страшный? — Да, — выдохнула я еле слышно. — Не любишь больше? — всмотрелся он в мои глаза. Голод. Тоска. Злость… Столько злости, что меня уже ничто не спасет. Добегалась. — Нет, — подписала себе приговор. Он резко втянул воздух, мешая...
Скоро я вспомню все. По крайней мере, мой доктор так говорит. А пока что вся жизнь – чистый лист. Я ни черта не помню. Ни как оказался в скорой, ни как получил пулю. Сейчас у меня нет ни врагов, ни друзей, ни любимой. Вернее, она есть. Но говорить со мной не хочет. Приходит редко, слушает сердце, смотрит на мониторы… и отказывается рассказывать правду. А еще просит не вспоминать… Что же я такого натворил?
Когда я бежала от бывшего мужа, мне было все равно куда. Лишь бы тот не добрался и не отобрал дочь. Но в доме отчима оказалось не так спокойно, как хотелось бы. Не я одна сбежала в глушь зализывать раны. Тем же вечером домой вернулся мой сводный брат, с которым не виделись десять лет. И если мои раны были душевные, то его оказались вполне реальными. Да и меня он совсем не рад видеть, и от этого становится особенно больно, ведь когда-то мы были самыми близкими друг другу людьми.
Увлекательная история. Понравилось, что в книге помимо приключений и любовной истории очень ненавязчиво показано, как психологические загоны влияют на жизнь и личные отношения.
Мне 38, и меня бросили все. Муж ушел к фитнес-тренеру «попа-орех» Валерии, дочь и сын остались с папой, потому что им так удобней. Сын сказал, что нет никакой трагедии в разводе родителей, ведь у всех его друзей родители давно разведены. А дочь боготворит Валерию, ведь она помогла ей похудеть. Что может быть важней в жизни современного подростка, да? — Натусь, я не обижу, — заявляет муж пафосно, подталкивая мне бумаги. — Перестань меня так называть, — морщусь я и тру виски. Вот и все....
Забавный, лёгкий романчик, без эмоциональных качелей и драм, есть немного фэнтези, немного мистики, приятные герои. Скучно не было, прочитала с удовольствием.
Мне 38, и меня бросили все. Муж ушел к фитнес-тренеру «попа-орех» Валерии, дочь и сын остались с папой, потому что им так удобней. Сын сказал, что нет никакой трагедии в разводе родителей, ведь у всех его друзей родители давно разведены. А дочь боготворит Валерию, ведь она помогла ей похудеть. Что может быть важней в жизни современного подростка, да? — Натусь, я не обижу, — заявляет муж пафосно, подталкивая мне бумаги. — Перестань меня так называть, — морщусь я и тру виски. Вот и все....
Легкое хорошее чтиво на вечер. В мире так много грустного и плохого, что иногда хочется отвлечься. Эта книга - хороший вариант. Кто пишет, что только благодаря енотам вывезла книга - ребят, так еноты и есть одни из главных героев))) будьте проще)))) Понравилось, советую🙌
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
Андрей Ярославович Князев — известный военный хирург и герой для всех. Но для меня он тот, кто разрушил мне жизнь и лишил всего. Но главное — он забрал нашего сына, пока я лежала в клинике и была не в состоянии о нем позаботиться. Но сейчас Князев — единственный, кто может помочь мне вернуть себе все. — Найми меня на работу, — цежу я хрипло, глядя в его злые глаза. — Ты мне должен. Андрей сжимает зубы. Взгляд его наливается неподъемной тяжестью. — Ты подала в суд на лишение меня родительских...
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
Андрей Ярославович Князев — известный военный хирург и герой для всех. Но для меня он тот, кто разрушил мне жизнь и лишил всего. Но главное — он забрал нашего сына, пока я лежала в клинике и была не в состоянии о нем позаботиться. Но сейчас Князев — единственный, кто может помочь мне вернуть себе все. — Найми меня на работу, — цежу я хрипло, глядя в его злые глаза. — Ты мне должен. Андрей сжимает зубы. Взгляд его наливается неподъемной тяжестью. — Ты подала в суд на лишение меня родительских...
Еноты и Гоша вытягивают книгу. Без них был бы совсем отстойный отстой. Очень много в книжке нестыковок и несуразностей, да и просто фактических ошибок, по которым явно видно, что во многих вопросах автор не то, что не разбирается, но даже погуглить поленился...
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И теперь я в каком-то незнакомом поселке у ворот чужого дома держусь за руль своей машины и громко рыдаю над судьбой. Как я докатилась до жизни такой?.. Я просто не вовремя пришла домой с ночного дежурства… И теперь у меня нет собственного дома, нет...
На моем месте мечтают оказаться многие. Мой муж — Север Станиславович Князев — один из лучших нейрохирургов в мире. Он притягателен, богат, уверен в себе и вечно занят. А еще — он сексуален как Дьявол и просто зверь в постели. Но откуда мне было знать, что не только в постели? Его почти не бывает дома, и можно было бы смириться с теми ночами, что приходится с ним проводить. Но я больше не хочу. Ему не повезло, ведь я — адвокат по разводам с такими, как он. — Мне нужен развод, — улыбаюсь я ему,...