- Ты не пожалеешь об этом, поверь мне. Мы сделаем все, чтобы тебе было максимально хорошо с нами - ответил Марк и прикоснулся губами к моей шее.
Это прозвучало так, будто он мне совсем не муж.
Эти двое мне чужие, но такие близкие одновременно. Эрик повернул меня к себе теплыми ладонями и первый поцеловал в губы горячим поцелуем...
— Аня? А что это за чемоданы? Ты куда-то уезжаешь? Отвожу взгляд от окна, где кружась, падают первые снежинки, и смотрю на мужа. — Уезжаю. Мой голос холодный, такой же , как и погода за окном. — Куда? Почему раньше не предупредила? Надолго? Наш брак начался неправильно. Олег женился на мне, чтобы помочь, а я согласилась из-за того, что любила его с того самого дня, как впервые увидела. У меня не было праздника, не было белого платья, да и семейного счастья тоже не было, и спустя три года я...
Он не герой. Сломанный, ожесточенный, чужой в собственном теле. Но в самый темный момент он снова встречает ее. Девушку с ярко-зелеными глазами, которые однажды уже вытащили его из бездны. Она – единственное светлое воспоминание в его изуродованном мире. Теперь он знает одно: она станет его. Во что бы то ни стало. *** •Обсценная лексика (в меру) •Главный герой с тяжелым характером и темным прошлым •Смелая героиня со своими скелетами в шкафу •Страсть и сумасшедшая любовь •Эмоции на...
— Отойди... те, — выдыхаю почти шёпотом, не поднимая глаз. — Пожалуйста. — А чего это? Боишься меня? — губы у него кривятся в лёгкой полуулыбке, но в глазах ни тени насмешки. Ничего особенного он не делает, а у меня внизу живота будто лава разливается от одного его взгляда. — Нет, конечно, — говорю торопливо и неправдиво. — Просто это неправильно. Не хочу... — А глаза твои говорят другое, — перебивает он, чуть склоняя голову. Его взгляд скользит по мне спокойно, уверенно. — Вы себе...
Борис Беренштейн - продюсер, делающий из юных девушек звезд интернета. Я лишь хотела навсегда перечеркнуть прошлую жизнь, мечтала о славе и признании. А вместо это Он погрузил меня в мир порока. Сделал своей игрушкой. Вещью для развлечений.
Звездой я все же стала. Но какова цена?
***
Однотомник
Он - известный олигарх Океанов Михаил Агафонович. Дерзкий, лет сорока, совершенно не привык к отказам. Люди дрожат от одного лишь вида мужчины. Делают все, о чем попросит.
Но не я. Я не его вещь. Совсем не игрушка. И никому не принадлежу.
Жаль, что Он считает совершенно иначе...
****
Очень откровенно!
Однотомник.
Самостоятельная история.
– А я все думал, почему у моего сына два только по твоему предмету? – уверенный мужской голос застает врасплох. Едва успеваю прикрыть обнаженное тело полотенцем. От шока не могу даже вскрикнуть. – А как тут учиться, когда только на твою задницу и смотришь? – скупо усмехается незнакомец, не сводя с меня цепкого взгляда. – Вы… вы как сюда попали? Это женская раздевалка! Усмехается. – Если подойдете ближе – я закричу. Ему хватает шага, чтобы остановиться вплотную. – Ну?! Кричи, малышка....
— Я не прошу простить долг. Я прошу только отсрочку. Понимаю, что вам плевать, но… — Ты права, мне плевать. Я бизнесмен. И во всём ищу выгоду. Он выпрямляется, но в его пальцах вдруг оказываются мои волосы — тянет их чуть сильнее, чем надо, щупает, будто оценивает товар. У меня по спине прокатывается дрожь — стыд, злость и что-то ещё, что страшно даже признать. — Так что если хочешь получить отсрочку — предложи что-то получше своей типичной истории жизни. Слёзы на меня не действуют. —...
Лена не раз совершала в своей жизни ошибки, подводящие ее к непростому выбору.
Встретив человека, у которого она когда-то увела большую сумму денег, Лена оказывается перед непростым выбором: тюрьма или работа на бывшего босса. Что победит в этой непростой схватке: деньги, ненависть или любовь?
***
Осторожно, ненормативная лексика!
– Эту хочу. От низкого мужского голоса по коже пробегает холодок. Бандит смотрит прямо на меня. – Прости, Тагир, но эта не продается, – натянуто улыбается мужчине хозяйка клуба. – Тебе, Регина, может, напомнить, почему эту забегаловку до сих пор не закрыли к хренам? – рычит он, и его тон настолько жесткий и властный, что пронизывает насквозь. Надеюсь, хозяйка продолжит заступаться за меня, ведь она прекрасно знает мою ситуацию, вошла в положение, взяв на работу. Вот только ее ответ рушит...
– А ты не много на себя берешь, кошечка? – он придвинулся ко мне вплотную. – Лапы убери! Я попыталась отодвинуться, но он не позволил. Обхватил за талию ручищей, рывком подвинул к себе. – Руки у меня сильные, да, – улыбка из ехидной вмиг превратилась в обольстительную. – И все остальное тоже не подкачало. Могу продемонстрировать хоть сейчас. В тачке места много. *** Лет десять назад я бы от такого тембра голоса и накачанного тела просто лужицей растеклась бы. Но именно эта, последняя...
– Ты одна никуда не пойдешь!
– Отпусти меня! Ты всего лишь мой бывший муж!
– Вот именно! Твой муж! А если ты приключений ищешь – так я тебе их и обеспечу!
***
Мы развелись почти четыре года назад. И все это время я сходил без нее с ума. Увидел на свадьбе общих друзей и понял, что уже не отпущу. Она должна снова стать моей.
И даже «довесок» в виде ее маленькой дочки меня не остановит.
– Запомни, мой сахар, – огромная лапища обхватила мою шею. – Я не терплю, когда мне перечат. Я уже один раз сказал, что ты моя? Сказал? – Сказал, – я замерла мышкой в его огромных руках. – Во-от, – он легонько погладил кожу на шее большим пальцем. – С этого дня ты будешь послушной маленькой и сладкой девочкой. Ну, или я заставлю. *** Он возник ниоткуда. Просто однажды ворвался в нашу с сыном жизнь. Его законы меня раздражают. Я не могу привыкнуть им подчиняться. Но мне приходится, потому...
– Ах ты, зараза!
Девчонка отскочила в сторону как бешеная кошка. А на моей ладони остался красоваться след от ее зубов.
Серьезно? Кусаться?
– Я за тебя никогда не выйду, слышишь? – крикнула она.
– Да я твой царь, малыш! А ну, иди сюда!
Я схватил ее за руку и дернул на себя. Зажигать меня вздумала, зараза? Провоцировать? Ну, теперь держись!
– А ты жаркая кошечка, – глухо пророкотал Дмитровский мне в шею. – Я не прогадал. Моя будешь. Люблю таких огненных. – Отвали, неандерталец! – А если нет? – зажимая мочку моего уха губами, он ухмыльнулся. – Дубину сломаю! – Мою дубину об колено не переломишь. Не сопротивляйся, мой огонек. Твой завод – мой. Твоя фирма – моя. И ты теперь тоже моя. *** Меня ему фактически продали. И все, что у меня было – тоже. Я знаю, что я для него как дрессированная собачка. Но вот его поступки… Что, если...
– Тебя уже никто не ждет,– бесстрастно и негромко бросает Хан.– Клуб давно закрыт. Кто ты? С кем ты была, и кто вам меня заказал? – Что значит, заказал?– теряюсь я.– Я вас даже не знаю! Я в клубе была с подругой. Мы просто пришли потанцевать! – Не лечи меня, врачонок! Ненатурально врешь,– прорычал вдруг он. *** Я обычный врач. И я оказалась не в том месте и не в то время. И это может стать моим приговором. Я в руках Хана. Даже его взгляд внушает ужас. Я не виновна, но ему плевать, он не...
- …я поздравляю тебя, но я к этому вообще не готов! Понимаешь?! Мне двадцать всего, а ты суешь мне свои гребаные две полоски, Маша! С этими словами мой парень покинул квартиру. Он спешил на «тот самый бой», ведь у каждого боксера в карьере случается «те самые бои», да? Когда все меняется, и ты становишься звездой. Не знаю, что там по поводу его новых регалий, но кое-что действительно изменилось. Через три дня все новостные ленты пестрили его фотографиями, на которых он буквально пожирал...
- …Ты…снова, да? - тихо спрашиваю я, не глядя на мужа. Он молчит. Его тишина — лучший ответ на все мои вопросы. Можно кричать, плакать, требовать, но по факту ты уже все получила… Ты это уже знала… кого обмануть пытаешься, глупая?... - Ян, я… - Молчи, - хрипло выдыхаю и жмурюсь, не поворачиваясь к нему лицом, - Я ничего не хочу знать. Нет, я просто… я не выдержу… Он делает шаг, но я вздрагиваю. - Нет! Стой на месте! - Яна, пожалуйста… Из груди рвется тихий всхлип, который больше похож...
— И когда ты собиралась сказать мне, что замужем?
— Я-я…
— Думала развлечься и укатить обратно к мужу?
***
Все изменилось в момент, когда я узнала об измене своего мужа, уехала в другой город и случайно перешла дорогу в неположенном месте.
Как итог — меня сбил миллионер, сгреб в охапку и увез в свой особняк.
Но это ещё не всё…
Оказалось, у него есть для меня работа… с одним лишь условием - я должна остаться жить у него!
Есть только один человек, который согласился бы приютить меня после того, как я ушла от жениха — мой брат Аксель. К несчастью, в тот морозный вечер на День святого Валентина дверь открыл не он. А его лучший друг и сосед по комнате, Рид Уайлдер. Медно-рыжие волосы, тёмные глаза и татуировка с восьмёркой на бицепсе. Нужно было сразу развернуться и уйти, когда он принял меня за хоккейную зайку и пригласил войти. И уж точно нужно было отказаться от напитка, который он протянул, пока я...
Продолжение романа "Вероника, я люблю тебя!" *** - Так значит, ты думаешь? Нельзя строить отношения на лжи? – Ритка почти торжествует. Она понимает, что я жалею о своих неосторожных дурацких словах. – Ты прав, пожалуй. Я согласна с тобой. Знаешь, как мне больно сейчас? Знаешь, как больно сейчас Вадиму? Я хочу, чтобы и тебе было так же больно, Марк. Ты ведь сильно любишь Нику, правда? - Рита… Блядь, только не это! - О, я знаю, как ты её любишь. Что, если она узнает, с какой мерзости...
- Один нужен. Чей это ребенок? От этого вопроса все внутри меня ухнуло вниз и гнев превратился в страх. Закралось подозрение, что он не просто так спрашивает у меня это. Я как никогда остро ощущала опасность для своего малыша от обоих мужчин. - Он мой. - Я еще раз спрашиваю, чей это ребенок?- повторяет вопрос Марсель и сверлит меня тяжелым взглядом. - Он мой. - спокойно отвечаю, а у самой ноги ватными становятся от страха. - Хорошо, перефразирую вопрос. Кто отец этого ребенка? - Специально...
Только плохая няня знает, каково это — целоваться с боссом. Макс Флетчер — генеральный директор-миллионер и отец-одиночка, который очень нуждается в няне. Кози Барлоу в самом разгаре своего самоназначенного «года перерыва». И она делает все возможное, чтобы отделиться от прошлого. Но когда сестра умоляет ее пройти собеседование на должность няни для влиятельного, привередливого клиента, у нее не находится достаточно веских причин, чтобы отказать. Когда Макс знакомится с девушкой двадцати с...
— Андрей, не делай этого с нами! Снова. — Лживая, вот кто ты оказалась. Слезы текли по щекам, и я понимала, что он больше мне не верит. — Убирайся отсюда, — холодно приказал он. — Ты снова это сделал. Он ответил ледяным взглядом, его лицо превратилось в каменную маску, на котором не дрогнул ни один мускул. Серые глаза смотрели пронизывающе, словно проникали сквозь душу. Такие родные и такие чужие. — Когда ты узнаешь правду, не приходи, — мой голос дрожал от боли, но я старалась говорить...