После войны с Волдемортом Гермиона возвращает память своим родителям. Но они не могут простить ей этот поступок. Они отрекаются от неё, и это ломает её. Она больше не живёт, а словно существует. Работает аврором, идёт на самые опасные задания, будто ищет смерти. Смерти, которая поджидает её в Малфой-мэноре. Но кроме неё там есть ещё и жизнь.
После безумной ночи в Малфой-мэноре Люциус Малфой понимает, что их с Гермионой Грейнджер многое объединяет. Но кроме того, смертельное заклинание угодило в семейную реликвию и с этим надо что-то делать. Гермиона обнаруживает, что нужно что-то делать с последствиями безумной ночи. Какая её часть победит: старая и мёртвая или новая и живая?
Трудовая поездка на Ковен Магов в Японию выливается для Гермионы в ряд неожиданностей. Сначала она узнаёт, что Рональд ей изменяет, считая девушку фригидной, а затем свидетелем этого разговора становится Люциус Малфой. Он мог бы только посмеяться над наивной девочкой, но внезапно примеряет на себя роль её учителя. И что же из этого получится?
Это лишь крошечная зарисовка о том, как и чем живет Малфой-мэнор после войны...
Гарри и Рон возвращаются из восьмилетнего путешествия и обнаруживают, что Джинни вышла замуж за Северуса Снейпа, а Гермиона - за Люциуса Малфоя. Блудные герои несколько в замешательстве и хотят услышать объяснения... Логическое продолжение перевода «Замужем? Но за кем?»
Она - активный борец за равноправие волшебников. Он - убеждённый консерватор, не желающий мириться с новой политикой страны. Они не выносят друг друга уже долгое время, а их словесные дуэли стали историей. Вместе они отправляются в Германию на семинар, где их отношения достигают пика и выливаются в зрелищную дуэль. А последствия оказываются самыми непредсказуемыми...
Трагедия в семье Малфой привела к тому, что в целом мире у Люциуса не осталось никого, кроме нежеланной внучки-сквиба и любовницы-грязнокровки. Будучи не в силах жить рядом с обеими, он уехал из страны, надеясь убежать и от реальности, и от любви к маленькой мисс Грейнджер. Однако через шесть лет Гермиона отыскала Малфоя на краю землю и попросила спасти жизнь существу, которому сам Люциус желал лишь смерти. Удастся ли Гермионе пробудить в холодном сердце хотя бы каплю жалости?
— И что нам теперь делать? — со стоном вопросила она.
— Ждать. Рано или поздно появится кто-то из служащих. Больше мы ничего не можем сделать.
Снова молчание. Рука устала изображать вентилятор и упала на пол.
— А давайте сыграем в игру.
Малфой повернулся к ней с такой пренебрежительной усмешкой, что Гермиона едва удержалась от смеха.
— В игру?
Эта история задумана нами давно, но почему-то родилась именно ночью на 1 сентября. Наверное, судьба... Именно этой ночью у нас получилось еще раз подглядеть за тем, как живет семья Малфой. И мы бесконечно рады, что нам это удалось!
Спустя месяц после финальной битвы Гарри Поттер и Рональд Уизли покинули Британию, отправившись в путешествие, растянувшееся на долгие восемь лет. Возвратившись на родину так же неожиданно, как и уехали, в глубине души они все-таки надеются на то, что дома их терпеливо ждут Джинни и Гермиона. И оказываются шокированы, поняв, что надежды на это не сбылись.
В вальсе, мисс Грейнджер, как и в любви, самое главное — выбрать по-настоящему подходящего для себя партнера.
Крошечный клочок пергамента вылетел из котла и долго вращался в воздухе, пока, наконец, не приземлился прямо ей на колени. С ощущением внутренней дрожи, девушка взглянула на него, ожидая узнать, кто же ее пара...
— Это... должно быть, какая-то ошибка, — выдохнула Гермиона. — Мне кажется, эксперимент необходимо повторить...
— Ошибки быть не может, мисс.
Небольшой старинный замок, сложенный из грубого серого камня, одиноко возвышался в глухом отдалении от проезжих дорог и знаменитых овечьих пастбищ, прославивших этот край. И ни одно из окон, в которые порывистый ветер то и дело яростно бросал тяжелые капли дождя, не светилось в мрачном строении, больше напоминающем нагромождение камней. Сердце тяжело дышащей девушки, быстро, но осторожно, будто крадучись, бегущей через большой зал первого этажа замка, колотилось, словно готово было выпрыгнуть из...