Наталья

Не думал, не гадал матерый московский аудитор, что на шестом десятке лет помрет и угодит в СССР, аж в 1971 год. Прощай, раскрученный бизнес и уютная Мазда СХ-5 с трехмесячным пробегом. Зато... здравствуй, молодость! Вот за молодость-то все это не жалко и отдать!

Взгляд из-под ресниц, быстрый, едва заметный, и я уловила улыбку, промелькнувшую, на губах тайрема в черном офицерском костюме космического флота. Хорош, сволочь. Глубоко-посаженные глаза неуловимо-темного цвета, смуглая кожа, тонкие черты лица, нос крупноват, да и форма горбатая ломаная хищная, но зато плечи не в полтора метра шириной, как у остальных забредших в эту низкопробную забегаловку офицеров. Нет, этот конкретный на их фоне казался стройным юношей, хотя… я бы сказала, что он старше...

Возвращаюсь домой из отпуска и слышу от нашего говорящего попугая странные фразы: «Ксаночка, кубничку будешь? Чьи такие ножки? М-м-м». Тем же вечером муж знакомит меня с красивой брюнеткой лет сорока. — Ир, это наш новый партнер, Оксана. «Оксана, значит…» — сверлю ее взглядом и в лоб спрашиваю: — Оксаночка, клубничку будешь? Оказывается, новая любовь моего мужа спала в нашей кровати, хозяйничала на моей кухне, разгуливала по дому в моем халате и… сын все это видел. — Да, мам, у отца давно...

Приключения московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год, продолжаются. Конкуренты садятся на хвост, проверяя на прочность тех, кто входит в ближний круг Павла Ивлева… Хороший способ узнать, кто на самом деле твой друг.

Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Теперь он шестнадцатилетний Павел Ивлев, школьник, и получил шанс прожить жизнь заново. Застой еще впереди, Союз бурно развивается, а самое главное — вокруг самые настоящие советские люди, умеющие искренне дружить и любить.