У талантливого модного скульптора и керамиста Лу́иса Тейлза нет времени на личную и светскую жизнь. Но если королева настаивает, он, конечно же, примет участие в судьбе знатной сиротки из пансиона. Станет ее опекуном и проконтролирует до совершеннолетия. Почему бы не помочь маленькой девочке? То, что девочка не маленькая, а восемнадцатилетняя магичка с полной неспособностью управлять своим дивным даром… Ну, бывает, вышло недопонимание. Придется лорду Тейлзу опекать не девочку, но девушку Ю́на...

Юная сирота Эмиэль стоит на пороге своего совершеннолетия. Но этот день не несет ей ничего, кроме утрат. Родителей и приданого у девушки и до этого не было, жених так и не появился. а теперь не будет и крыши над головой. И любящих, заботливых слуг. Только полная опасностей неизвестность, да дерзкое предложение незнакомца, граничащее с непристойностью.

Чья-то чужая злая воля грубо смешивает и меняет судьбы людей и детей старших рас, закручивая чудовищную по лжи и жестокости интригу, но уже осознали свою ошибку справедливые драконы, рядом с ними вступили в борьбу за мирную добрую жизнь благородные эльфы и поднял тревожные флаги ковен магов. И даже скромная ученица свахи, случайно открывшая в себе необычный дар не остается в стороне от священной войны за свободу.

«– Окружили, – с легкой усмешкой объявил его светлость лорд Хигверд, а для меня – просто Хирд. В его напускную беспечность я не поверил. Успел заметить презрительную, злую усмешку, на миг искривившую твердые губы. И значит, старший брат был неимоверно взбешён этим наглым, подлым нападением. Ведь означало оно очень многое. Для начала – бесспорность сговора наших недругов. Ещё появление в замке предателя, причем среди тех людей, кому до сих пор мы безоговорочно доверяли. В противном случае враги...

«Как только воздушники установили над нами щиты и отвод взора, Яна развеяла свои кибитки, по-прежнему походившие на носорогов. Только ноги у них были подлиннее. И едва коконы исчезли, мне стало понятно, как серьезно магистры приготовились к спасению отшельника. На чахлой травке и камнях остались лежать тюки с одеялами и одеждой, мотки различных веревок, корзины и мешки с продуктами и кухонной утварью…»