Tatjana Meirane

«Твой муж сейчас сидит в ресторане с какой-то девушкой и ребёнком». Следом за сообщением мне прилетает фотография. Не верю…Это не может быть правдой! Демьян не может мне изменять! Быстро закрываю приложение и захожу в контакты. Номер мужа у меня на быстром наборе. Гудки наконец-то обрываются, а я уже успеваю сойти с ума. — Может, пообедаем сегодня вместе? — выпаливаю, чтобы убедиться, что всё это неправда. — Не сегодня, — отвечает он ровным голосом, нехарактерным для него. На заднем фоне...

— Он твой сын, поэтому он так похож на тебя, — улыбается моя подруга, заботливо покачивая детскую коляску. — Зато с твоим характером, — мой муж смотрит на неё с такой нежностью, как когда-то смотрел на меня. Ещё вчера я верила, что у меня есть всё. Семья. Лучшая подруга. Любовь. А сегодня я стою перед ними, и всё, что у меня осталось — это тишина. Меня предал не только муж, но и та, кому я верила больше всех.

— Ну сколько ещё я должна это терпеть? Сколько ещё ты будешь притворяться примерным мужем? Ты ведь ни разу не такой, — слышится из-за приоткрытой двери капризным женским голосом. Ему вторит тяжёлый мужской вздох. — Ты же знаешь, я вынужден. Как только Регина родит, больше ничего терпеть не придётся. — Я могла бы и сама тебе родить, — не сдаётся гостья. — Дед не примет этого ребёнка. А мне нужен наследник, чтобы получить полное управление над всем имуществом, — устало отвечает Олег. И даже...

—Ты со мной только из-за детей? Считаешь наш брак неудачным? — повторив слова любовницы мужа, спросила я. — Не говори глупостей. Семья — это навсегда. А она… — супруг поджал губы. — И зачем? Зачем ты мне тогда все это говоришь? Перед глазами стояла его молоденькая, красивая блондинка. — Подумал, что ты имеешь право знать… — Нет! Я имею право на развод! — при этих моих словах муж зло усмехнулся, и я прошептала: — За что ты со мной так? — Не поверишь. Я просто влюбился... Пятнадцать лет...

Двадцать лет брака. Череда постоянных выкидышей. И вот мой муж — герцог Арден Дарквелл — встречает истинную. Я уйду, но унесу, наконец, под сердцем ребёнка. А он женится на другой — и у него будет сын. Но мы встретимся вновь. Между нами будет общее прошлое, маленькая дочка и проклятье, что висит над нашими расами. А ещё есть одна страшная тайна, которую мой бывший утаил. И она разорвёт мне сердце. В тексте есть: — Остро — Истинная дракона между героями — Общие дети — Бывшие — ХЭ

- Ириш, - бросает он, жуя. - Ммм? - тяну машинально. - Я хотел сообщить тебе кое-что важное, - говорит Игорь. - Угу, - отвечаю ему. - Ир, - давит он, - Отвлекись? - Не могу, Игоряш! - возражаю, - Мне ещё вон сколько. А иначе не высплюсь опять. - Ир, - он вздыхает, судя по звуку, кладёт вилку на стол, - Эта новость не очень приятная. Но... Я уже не могу больше ждать. Дальше тянуть бессмысленно. Слышишь? - Угу, - отвечаю, ведя ручкой по строке. Наверное, что-то с работой? «Господи», -...

Сегодня нас с сыночком выписывают из роддома. Ещё недавно я была уверена, что это будет самый радостный день в моей жизни. Цветы, шары, и мой любимый, светящийся от счастья муж. Но… В палату входит не он. Его водитель. – Агния Сергеевна, – смотрит на меня холодно, – Дмитрий Валерьевич просил передать вам это… Закатывает огромный чемодан. Я немею от дурных предчувствий. – Зачем? – еле выдавливаю. – И где он сам? – Это ваши вещи. А Дмитрий Валерьевич в отъезде. – С ней? – доходит до...

— Снимай кольцо, — спокойно говорит муж, надевая часы «для особых встреч». — Что? — Ты недостойна носить статус жены депутата. Ты не картинка. Ты усталая, прошедшая роддом, ипотеку и онкоцентры. Мне нужен другой образ рядом. — Мы только что вернулись после химиотерапии, — шепчу. — Я еле стою. — Тем более. Ты должна меня понять. Я молодой еще, перспективный. Мне нельзя тонуть вместе с тобой. Через неделю в сети выходит его интервью про «несломленного семьянина», который «поддерживает тяжело...

"Я люблю тебя, Вит. И в глубине души, я всё ещё надеюсь, что у нас всё получится. Помнишь, как мы гуляли по Невскому? Я обнимал тебя сзади, если ты надолго застревала где-нибудь. Например, слушая уличных музыкантов. А потом мы шли в булочную. Я покупал тебе пончик с посыпкой, чтобы, целуя, слизывать остатки сахарной пудры у тебя с губы. А ты в отместку кусалась. Мне так это нравилось. Вит, приезжай! Давай забудем. Давай попытаемся забыть. Давай начнём всё с нуля. Пока не стало слишком поздно....

— Никакого аборта не будет! — рявкает Высоцкий, едва сдерживая бешенство. — Ты не в том положении, чтобы что-то решать, — зло шиплю ему в лицо. — Это касается только меня! Тяжёлый кулак врезается в стену. Так, что осыпается штукатурка. — Повторяю ещё раз, — выделяет боец каждое слово. — Я запрещаю прерывать беременность. — Поздно, Максим, — с трудом сдерживаю слёзы. — Ничего уже не вернуть. *** Максим Высоцкий — жестокий, циничный дьявол. Так говорят о нем все, без...