Елена

– Арина, ты же моя сестра! Ты выходишь замуж за моего бывшего мужа? Ты в своём уме? – А что тут такого? – Высокомерно заявляет сестра. – Вы же развелись. – Арин, выйди, нам с Мариной нужно поговорить. – Говорит бывший муж. Арина фыркает, но уходит, оставляя нас с бывшим мужем наедине. – Марин, давай не будем снова разыгрывать драму и всё решим, как взрослые люди? – Говорит Максим, с полным безразличием. *** Мы разошлись с мужем из–за его измены, и теперь я узнаю, что он женится на моей...

Зоя давно смирилась со своей «ущербностью» и некрасивостью. Но ведь любви все внешности покорны. Только проблема чаще всего не во внешности, а в том, что окружающие люди стараются навесить на всех вокруг свои идеалы. Но ведь, идеальных просто не бывает, а любовь точно есть.

—Ты со мной только из-за детей? Считаешь наш брак неудачным? — повторив слова любовницы мужа, спросила я. — Не говори глупостей. Семья — это навсегда. А она… — супруг поджал губы. — И зачем? Зачем ты мне тогда все это говоришь? Перед глазами стояла его молоденькая, красивая блондинка. — Подумал, что ты имеешь право знать… — Нет! Я имею право на развод! — при этих моих словах муж зло усмехнулся, и я прошептала: — За что ты со мной так? — Не поверишь. Я просто влюбился... Пятнадцать лет...

— Заберите свою бомбу замедленного действия! — снова вопит рыжая бестия и сует мне корзину обратно. Я от шока начинаю тормозить: — Какую бомбу?! — Ландыши! Они же ядовиты! Тем более в таких промышленных масштабах… — Что? — переспрашиваю я. В моем понимании ландыши – это прекрасные весенние цветы, причем занесенные в Красную книгу, которые контрабандой продают бабульки у станций метро, и которые я скупил оптом. — В них содержится конваллятоксин! — отчеканивает сексуальная пышечка, будто...

— Снимайте штаны, — произношу я, решительно входя в платную палату. — Что?! — гремит из глубины низкий, привыкший к эху кабинетов и протоколам бас. Голос, который не спрашивает, а требует. Н-да. Противник серьезный, но я и не таких учила уму-разуму. — Поворачивайтесь ко мне спиной и снимайте штаны, — повторяю я, не повышая тона, но и не добавляя в него ни капли тепла, и громко ставлю металлический лоток со шприцем, ваткой и ампулой на тумбочку. — Повторяю для не особо сообразительных. —...

— За нас. Двенадцать лет вместе… Я улыбаюсь. — Мы пережили многое, — продолжает он, глядя на меня так, будто репетировал это не раз. — И неважно, что… мы с тобой не смогли. У нас всё ещё впереди. Слова режут по живому. Восемь лет назад наша дочь умерла — не в один день и не внезапно. Врачи говорили правильные, пустые слова, а я слышала только одно: поздно. — Мы оставим прошлое в прошлом, — улыбается муж. — И будем жить дальше. И в этот момент распахиваются двери ресторана. Янка — моя...

— Какого хрена ты здесь забыла?! — взревел Сергей, едва успев прикрыться скомканной простыней. — Прошу прощения, я прервала «важное совещание»? — я облокотилась о дверной косяк, не скрывая презрительной усмешки. — Не знала, что «совещания» теперь проходят в таком… горизонтальном формате. Я с наслаждением наблюдала, как мой «успешный» муж жалко мечется по комнате. Он прыгал на одной ноге, пытаясь попасть в штанину, и выглядел при этом до смешного нелепо. — Слушай, ты! Мы вообще-то заняты! —...

— Вы позволите? — прозвучал надо мной негромкий женский голос. Я подняла глаза, оглянулась — в столовой было полно пустых столиков, чтобы к кому-то подсаживаться. А потом её узнала. Она была в той же толстовке, девушка с рыжими волосами из вестибюля. — Да, конечно. Чем могу?.. — Как вы познакомились? — села она напротив. — С кем? — я растерялась, инстинктивно блокируя экран телефона, где всё ещё были открыты фотографии. — С Каховским, — она произнесла его фамилию так, будто проглотила...

Блокнот Наумовны пополнился еще одной историей (пусть и случайно). Деятельная старушка вновь вышла на тропу причинения счастья неосторожным и одиноким людям.

Наумовна никогда не сидит на месте. Особенно перед новым годом. Особенно, если под окном кричит и мешает спать всему двору какой-то полоумный парень. Так почему бы не устроить сюрприз одной хорошей девушке? И всё равно, что сюрприз этот с подвохом.