Тот самый сын маминой подруги. Умный. Красивый. Успешный. Идеальный. И такой бесячий. Именно его ты ненавидишь больше всего в своей жизни и именно с ним тебя сталкивает судьба.
Гордей абсолютно уверен, что его жизнь сложная, но для Веры она выглядит как приятная прогулка по цветочному полю. Жизнь Веры — настолько нечитаемый иероглиф, что Гордей предпочитает видеть в нем лишь непонятные чёрточки, недооценивая риски и желая получить только физическое удовольствие. Проблема в том, что Веру тоже тянет к Гордею. Слишком. И это опасно. Для обоих. Кто сдастся первым? Беспечный золотой мальчик, которому было позволено все, или красавица-сирота, выгрызающая зубами себе...
— Тась, тише… Тише, говорю.. — Ник зажимает мой рот ладонью, заглушая крик, который просто вынужден был вырваться из моего рта. — А сейчас медленно и тихо выходим… - кивает в сторону коридора. — Не делай глупости, Таисия. Скандал нам сейчас ни к чему. А я не могу думать ни о чём больше. Там мой любимый муж развлекается с моей лучшей подругой, и судя по тому, как часто они уезжают из офиса раньше нас, то не в первый раз. *** — Нам нельзя сейчас выдавать, что мы знаем о них, Тась. — уверенно...
— Я полюбил другую. — Что? — опешила я. — Мирон, мы много лет в браке… — Да, но если я останусь с тобой, я предам ее. Я чувствую, как подкашиваются ноги. За неделю до нового года муж заявляет, что уходит к другой. — Прости, я больше не могу лгать той, которую я полюбил. Я ухожу. Именно эта фраза ломает меня окончательно, и я чувствую, как мой привычный мир начинает качаться... — Ты ни в чем не виновата, Ева. Просто я встретил свой идеал, она хорошая… — А я кто? Плохая жена? — спрашиваю...
— Здесь какая-то ошибка. Мое агентство не занимается праздниками для маляв… малышей. В общем, дошкольники не наш формат, извините. Снимите просто детскую комнату и дело с концом. Зачем вам организатор? — Тамара не хочет ни игровую комнату, ни других организаторов. Она выбрала вас. А значит вам придется сделать исключение. В моем послужном списке есть вечеринки для бандитов, юбилеи депутатов и гендер пати селебрити. Но этот мужчина требует, чтобы я организовала праздник для его дочери. И у меня...
Алексей:
Никогда не верил в любовь с первого взгляда, но очередное дежурство перевернуло мой мир с ног на голову. Смогу ли я отказаться ради девушки от блестящего будущего известного хирурга? Что победит: любовь или карьера?
Эльмира:
Попасть в больницу перед днём рождения? Могу, умею, практикую. Влюбиться в лечащего врача? Да пожалуйста! Только, где набраться смелости, чтобы признаться в чувствах и стоит ли это делать?
— Подожди. «Мы» — это ты и я вместе? — Я хочу тебя себе. — Не-не-не. Это неправильные слова и неправильные мысли. Хотеть себе можно вещь, конфету, куклу, машину… Я не хочу в этот ряд! — Даш, то, что ты от меня ждёшь, я никогда не говорил. — Чёт скатилась вечеринка… Она отстраняется и закатывает глаза на «ультразвук». Не могу сдержаться и хохочу. — Я тебя обожаю! — Ну вот видишь! Уже что-то! Не что-то конкретное, но что-то… — Даш, ты мне нравишься, меня к тебе безумно влечёт — ты даже не...
— Девушка, с вашей гибкостью вам бы на хореографию, а не на архитектурный. Твою ж… Этот низкий, бархатистый тембр с хрипотцой я узнаю из тысячи. Дыхание перехватывает, щеки вспыхивают. Поворачиваюсь. ОН. — Наталья Александровна, лекция началась. Сядьте и прижмите уже свою... — он сглатывает, — *опу к горизонтали. Раз уж все вертикали в этой аудитории вы покорили. Больше не смотрит на меня. Чеканит, обращаясь к залу: — Илья Вадимович Ольхов. PhD, приглашенный эксперт King's College London и...
Она – фотограф, которая ловит чужое счастье и не верит в свое.
Он – человек, который разучился чувствовать.Случайный снимок, один кадр и она видит то, что он прячет от всех.
Так не начинаются истории любви.
Так начинается война за право оставаться закрытым.
За право ничего не чувствовать, за право никого не впускать.Вот только некоторые войны невозможно выиграть.
Особенно те, которые ты ведешь сам с собой.
— Вы? — Соня шокировано взглянула на незнакомца из ресторана. — Что вы здесь делаете? Мы вас не приглашали! — Я – жених, мне не нужно приглашение, — он подмигнул и улыбнулся своей дьявольской улыбкой. — Что за бред? — прошипела Соня, стараясь не привлекать к ним внимание гостей. — Где Слава? Что вы с ним сделали? — Ничего, — Охотник равнодушно пожал плечами. — Он сам от тебя отказался. Хочешь узнать, за сколько мне тебя продал жених? — Вы врете, Слава не мог от меня отказаться! И я не выйду...
Раньше я думала, что самое страшное это расставание с мужчиной, который три года твердил, что я недостаточно хороша. Я ошибалась. Самое страшное это застрять в деревне, где туалет на улице, вода в колодце, сотовая связь на кладбище, а сосед смотрит на тебя как на личное оскорбление. Ему 30. У него золотые руки, дурацкая коза и привычка появляться именно тогда, когда я выгляжу особенно жалко. Через неделю мне исполнится 35. У меня дедлайн, сломанная машина и острое желание придушить...
– Разденься. Хочу на тебя посмотреть, – властный спокойный голос заставляет мое тело сжаться от волнения. Обнимаю себя руками, чтобы закрыться еще сильнее. Страх клокочет в горле, а внизу живота собирается напряжение. Захар Громов не из тех людей, кому отказывают. И ему достаточно лишь пары шагов, чтобы оказаться ко мне вплотную и забрать весь воздух. – Ты моя будущая жена, Катя. Твое тело теперь принадлежит мне. И сейчас я хочу насладиться своим… Это история Захара Громова, сына...
- Согласны ли вы, Максим… - Имя не то! - громыхает Идрис и, буквально оттолкнув моего отца, идет к нам. - В каком… в каком смысле? - дрожащим голосом спрашивает регистратор. - В прямом, - переводит на нее тяжелый взгляд. - Мое имя Идрис. - Но жених… - И жених я. - Что? - спрашиваю одним губами. Голос пропал, и я не могу выдавить из себя ни звука. - Что же ты не рассказал дочери о том, как продал ее три года назад за заводик, м? - спрашивает моего отца. - Вы кто вообще такие? - спрашиваю...
Когда-то мы были одноклассниками: я – скромная серая мышка, и он – первый хулиган школы. До сих пор помню, как он отобрал у меня тетрадь и на весь класс прочитал стихи… Посвящённые ему. И не дал мне об этом забыть до самого выпускного.
Теперь мы оба взрослые люди. Он - босс крупной фирмы, а мне очень нужна работа. Любая!
— Руслан Каримович, там в приемной какие-то дети, — заглядывает в кабинет секретарша с растерянным видом. — Что за дети? — разворачиваюсь к ней вместе с креслом, все еще мечтая о чашке крепкого эспрессо. Вилена мнется, и это на нее совсем непохоже. — Вам лучше самому посмотреть, — выдает она наконец. Удивленно приподнимаю брови. — Да что на них смотреть? Я что, детей не видел? Это наверное дети кого-то из наших сотрудников. Вы обзвоните отделы, может они заблудились. — Они говорят, что они...
– Ах ты, зараза!
Девчонка отскочила в сторону как бешеная кошка. А на моей ладони остался красоваться след от ее зубов.
Серьезно? Кусаться?
– Я за тебя никогда не выйду, слышишь? – крикнула она.
– Да я твой царь, малыш! А ну, иди сюда!
Я схватил ее за руку и дернул на себя. Зажигать меня вздумала, зараза? Провоцировать? Ну, теперь держись!
– Вам доставка!
– Какая доставка? Я ничего не заказывал.
Хм, а курьерша-то ничего... Симпатичная девчонка такая, в моем вкусе. Я расправил плечи на автомате.
– Так вот же, – она вдруг вывела из-за себя ребенка. – Ваша дочь, Трофимова Яна Владиславовна. Отправитель - ваша бывшая жена.
– Чего?
Я подавился. Это что, шутка такая? У меня есть дочь?
С трудом открываю глаза и… Вижу перед собой высокого и красивого бандита. Одет с иголочки, словно только что с важного приёма. Стильный костюм, дорогие туфли, красивая причёска. И глаза… Глаза меня буквально гипнотизируют, лишают воли. — Значит, ты попыталась украсть деньги у своего босса, Аврора, и тогда он отдал тебя мне, — говорит бандит низким хрипловатым голосом, — отдал как награду за то, что я однажды ему помог. — Нет… прошу вас… Голос не слушается, язык заплетается. — А я ещё твой...
– Хотите сказать, что ребенок, которого моя жена не доносила тогда, был не моим?! – свирепо вперил взгляд в дрожащего доктора. – Всё верно, Марат Артурович, – он вытащил платок из нагрудного кармана и промокнул им капли пота на лбу. – Это была ошибка… – Ошибка?! Вы перепутали образцы и заставили мою жену вынашивать ребенка от другого мужчины! Как можно допускать такие ошибки?! – я навис над столом, словно глыба. Доктор, казалось, готов был провалиться сквозь землю. – Это ещё не всё… ...
– А ты не много на себя берешь, кошечка? – он придвинулся ко мне вплотную. – Лапы убери! Я попыталась отодвинуться, но он не позволил. Обхватил за талию ручищей, рывком подвинул к себе. – Руки у меня сильные, да, – улыбка из ехидной вмиг превратилась в обольстительную. – И все остальное тоже не подкачало. Могу продемонстрировать хоть сейчас. В тачке места много. *** Лет десять назад я бы от такого тембра голоса и накачанного тела просто лужицей растеклась бы. Но именно эта, последняя...
– Сегодня тебя могли продать с аукциона, как восточную девственницу, – низкий голос черноглазого кавказца завораживал, заставлял меня замирать на каждом слове. – А ты, выходит, меня спас? – я кое-как проглотила комок, который встал в горле. – Я тебя выбрал. Ты станешь моей женщиной. Спасение ли это? – Почему я?! Он подцепил мой подбородок пальцем и заставил посмотреть себе в глаза: – Ты мне зашла. И тебя никто не будет уже искать. А значит, ты идеальный вариант для моих планов. ...
– У меня столько нет, – говорю тихо.
– Знаю, – ухмыляется мерзавец.
– Я могу взять кредит.
– Тебе не дадут.
– Тогда, как ты видишь решение вопроса?
– Думаю, ты знаешь. Я хочу тебя. Зацепила.
– Я с тобой спать не буду!
– Будешь, у тебя нет вариантов.
#классные герои
#шикарный мужик с характером
#сладкая девочка с огоньком
#искры будут лететь, а металл плавиться
#жарко, вкусно, горячо.
Настоящая ваниль с перцем
Владислава – военная журналистка, походница и экстемалка, – не собиралась заводить отношений, выходить замуж, тем более, за главного врага всего своего существования – майора Андронова, которого ненавидела всей душой. Но…
Чего только не случается в этой жизни, особенного, когда выясняется, что Андронов не так плох, как кажется, а от ненависти до любви… ну, вы в курсе.
Валерия если и представляла рядом с собой мужчину, то исключительно гражданской специальности и непременно высоких моральных принципов. И даже в страшном сне ей не мог привидеться рядом красивый наглый бабник, вроде капитана Бисарова. Но…Чего только не случается в этой жизни, особенно когда соглашаешься на «совсем безопасную» авантюру, предложенную сестрой.