-Авторитет местный женщину себе требует, - заговорщицки шепчет мне тюремная повариха. - Хорошая ты девка. Жалко, если посадят. А ОН, если понравишься, поможет. Вытирая слезы, припадаю к маленькому окошку на двери камеры. -Что мне нужно будет делать? -Так известно что, - хмыкает, - но мужика потерпеть оно все проще, чем пять лет баланду жрать. Подумай… Я соглашаюсь делить постель с криминальным авторитетом. Выполнять все его желания в любое время суток без права на отказ. Не за деньги, а за...
— Мама! Мамочка! Опустившись на колени, ловлю сыночка, сжимая в объятиях. — Мама? — звучит хриплый, низкий, явно недружелюбный голос моего персонального ада. Прижав к себе сына, поднимаю его на руки и пытаюсь спрятать, закрыть собой, не дать ему рассмотреть ребёнка, а бывший муж словно мысли мои читает… — Я уже успел рассмотреть его, Лика. А теперь скажи мне только одно, — хищно щурится, давя энергетикой. — Он мой? — С чего ты взял? — ядовито шепчу я, и в моем голосе слышится отчаянный...
- Хочешь сказать, что Ника родила не от тебя? И это не наш внук? - Не ваш. И не мой сын, - слова моего мужа как пощечина. - Это ложь, - выдохнула я, но его родственники не стали меня слушать. - Тогда ей не место в нашем доме, - прозвучало безапелляционно. В ту же ночь я забрала сына и уехала. Дальше - тяжелый бракоразводный процесс, сфабрикованный за границей тест ДНК и оспаривание отцовства. Наплевав на совесть, муж сделал все, чтобы оставить собственного ребенка без средств к...
Порядок и дисциплина - главные правила майора Бойкова. Вот только дома они совсем не работают. Трудный, замкнутый ребенок сложно поддается воспитанию. Но молодой отец не теряет веры найти для него подходящую няню. Одна случайная встреча подарила ему надежду. И, кажется, не только ее. Осталось лишь уговорить Инну...
— Это наша последняя ночь, — муж медленно поднялся с кровати. — Мурат, сейчас глубокая ночь... Зачем ты одеваешься? — тревожное предчувствие острой иглой пронзает грудь, перехватывает дыхание. Муж неторопливо натягивает темные брюки, тщательно расправляет складки, застегивает кожаный ремень с металлической пряжкой. Только после этого его взгляд встречается с моим. В его глазах — ледяная пустота. Ни следа того пламени страсти, которое пылало между нами еще мгновение назад. Словно передо мной...
Столько лет прошло, а ты все та же, — говорит здоровенный мужик и начинает ко мне приближаться. — Вы меня с кем-то перепутали. — Пару шагов назад делаю. — Ха, может, кого-то ты и обманула, но я тебя по запаху узнаю. По взгляду волчицы. И на этот раз не отпущу просто так... Я сама создала свою жизнь. Сначала разрушила до основания, а потом вновь склеить вышло. И все шло так хорошо, пока он вновь не появился в моей жизни. Карим Хаджиев — опасный, жестокий бандит и моя первая любовь. Я верила...
Она прожила долгую, достойную жизнь — прошла войну, голод, вырастила детей и дождалась внуков. Умирая в окружении любящей семьи, она думала, что обрела вечный покой. Но судьба распорядилась иначе. Теперь она — Арина, жена жестокого деревенского старосты, мать двух испуганных детей, забитая до полусмерти женщина в чужом, суровом мире. Ее единственное богатство — не магия, а мудрость, выстраданная за десятилетия, и руки, помнящие ремесло: вышивать, вязать, растить огород, варить мыло и свечи. ...
– Мне не о чем говорить с изменщиком, который оприходовал мою сестру и заделал ей ребёнка на дне рождения нашей дочери, – с отвращением произношу эти слова, буквально выплёвываю их. Михаил просто стоит. Стоит и молча смотрит мне в глаза. И это молчание сейчас звучит убедительней любых его слов. – Откуда ты знаешь? – спрашивает он. Господи… По позвоночнику пробегает холодок. – Значит, я права, – обессиленно выдыхаю я. – Да, – цедит сквозь зубы мой муж. – Но послушай меня, я всё тебе...
— Зачем я тебе нужна, если ты даже не замечаешь меня? — спрашиваю своего мужа. — Ты бы хотела, чтобы заметил? — ухмыляется он. — Не в этой жизни, Амира. Может, мы и женаты, но я скорее прикоснусь к гиене, чем к тебе. — А как же дети? — задаю мучающий меня вопрос. — Мне не нужны дети от тебя, ты тупая или не слушаешь? Если захочу детей - женюсь еще раз. Ага, как бы не так! *** Мой муж украл меня по устаревшей традиции прямо с улицы и объявил своей женой, хотя мы даже незнакомы. Джафар ведёт...
Я кладу фото на стол перед Ветром. — Это кто? — спокойно, почти лениво, вопросительно выгибает бровь Макс. — Мой сын, — с трудом выдавливаю из себя. Он чуть подаётся вперёд, глаза темнеют, но голос по-прежнему холоден: — И? Мне эта информация к чему? Горло сжимает страх, но я смотрю прямо в его глаза: — К тому, что ты его отец. Его похитили… И если это ты… — Во-первых, я не похищаю детей. Во-вторых, если нужна помощь, могла просто попросить. Не стоит заливать мне бред про отцовство....
Я надеялась, что ослышалась, но взгляд босса говорил об обратном. — И чего ты застыла? Заходи, раз пришла, — с усмешкой сказал тот, кого я терпеть не могла. — Кажется, я ошиблась дверью. До свидания! — я попятилась, намереваясь уйти, но… — Ты никуда не уйдёшь, Сезова. Тем более к другому мужчине, — его голос прозвучал жёстко и властно. Горячая рука схватила меня за талию и притянула к сильному телу. А дальше произошло то, о чём я даже не могла и подумать. *** На корпоративе мы с подругой...
- Толстухам не место в моей компании! Ты никогда не будешь работать здесь, Широкова! Я и подумать не могла, что гендиром компании, куда я так хочу попасть, окажется мой бывший босс, редкостный мерзавец Олег Шахрин... - Умоляю вас, - по щекам бегут слёзы, - мне нужна эта работа, у меня мама больная, ей надо деньги на операцию... - Это не мои проблемы, - отрезает Шахрин, - после твоего предательства я бы внёс тебя в чёрные списки всех компаний... Закончить Шахрин не успевает. В кабинет...
Протяжные гудки в телефоне били по натянутым нервам. Вот уже целый час я не могла дозвониться до мужа, чтобы он забрал нас с дочкой из роддома. Но попыток не оставляла. - Чего тебе? - раздался, наконец, его недовольный голос. - Как чего? - опешила от такого «приветствия». - Нас с дочкой выписывают, забрать нужно. Ты всё купил, как я просила? - Слушай, я тут подумал… - замялся Михаил, и сердце сжалось от предчувствия недоброго. - Не моё это. Ну, какой из меня отец? Тем более девчонка мне не...
Краем глаза замечаю, как всколыхнулось пространство, и в нос ударил мужской знакомый запах. Поворачиваю голову и вижу… ко мне за столик присаживается Паша. — Доброе утро, Ася. — Доброе, — киваю сдержанно. — Где Ариша? — В детской комнате с аниматорами. Не переживай, — улыбается во все тридцать два. — Я хотел поговорить. — О чем? — напрягаюсь, но вида стараюсь не показывать. — Арише нужна мама, — с ходу выдаёт этот перец, а я тут же выплевываю кофе на стол. *** Мой долгожданный отпуск с...
Он наследник строительной империи - властный и жёсткий мужчина двадцати шести лет, сердце которого всегда было свободно и даже не подозревало о том, что может принадлежать кому-то. Пока одним летним днём он не увидел её. Воспитанница детского дома его друзей - нежная и застенчивая семнадцатилетняя девушка с инвалидностью, от смятения которая даже не смела посмотреть ему в глаза. Она абсолютно точно уверена, что создана не для него. Но он так не думает. Одного мгновения было достаточно,...
– Мамочка! – прилипнув к стеклу лицом, жалобно плачет девочка. – У нее тяжелое состояние, – рассказывает врач про мать ребенка. – И ей пока нельзя принимать посетителей. Придется вашей дочке потерпеть. Дочке? Она приняла меня за ее отца? – Вот эта девочка! – кричит какой-то мужчина в халате и указывает на Бельчонка. – Думал, сбежала. Малышка тут же отлипает от стекла. Смотрит на парочку испуганными глазами. А потом вцепляется в меня мертвой хваткой. – Я не хочу в детдом! Смотрит жалобными...
Мне не везёт с мужчинами. Бывший муж отобрал ребенка. Начальник - тиран. Даже красавчик-сосед ведёт себя как высокомерный гад. Но, ничего, я все преодолею! Я верну свою доченьку и у нас обязательно все наладится. Только вражда с соседом, кажется, никогда не закончится.
– Видела?! Сегодня Закревский бабу свою привёл! – Я бы не сказала, что она баба, – хмыкнула собеседница. – Вполне себе светская дама. Очень такая респектабельная. Сразу видно, не дешёвка. – Неважно, какая! Она обычно с ним не ходит, а сегодня пришла. Снежка чуть глаза ему не выцарапала. Сама видела! Мириться потом ушли где-то… – Так ты думаешь, она его оседлает? – И думать нечего! Уже оседлала! Он готовит развод, сама видела распоряжение нашим юристам. – Очуметь! А, говорят, на любовницах...
Он заключил пари с друзьями. Мое доверие, моя любовь, моя честность — всё это было всего лишь игрой для красавца-мажора Степана и его приятелей. Я стала экспериментом: сможет ли он влюбить в себя «недоступную» скромницу? И я, дура, поверила. Поверила в случайные встречи, в общие интересы, в его трогательную заботу. Я была на седьмом небе, не подозревая, что для него это — всего лишь увлекательный квест. Но в самой страшной момент я поняла, что настоящая опора — это тихий Кирилл, который все это...
— Зачем тебе это, Влад? Поднимаю уставший взгляд от брачного договора, а точнее подробной инструкции моего поведения в браке с ним. Здесь по пунктам расписано, что я должна делать по дому, как воспитывать его дочерей и сколько раз в неделю буду наведываться к нему в постель. Усмехаюсь, даже рекомендации к нижнему белью имеются. — Девочки привязались к тебе. Я подумал и решил, почему бы и нет? Тем более моя цена должна устроить тебя. Не вижу причин для отказа. *** Он — отец-одиночка двух...
Четыре года назад мы с сыном едва не погибли. Муж выбрал спасать беременную любовницу, оставив нас в смертельной опасности. Мы выжили, справились, и больше ни в ком не нуждаемся. Но, кажется, жизнь расставила всё по своим местам. Иначе зачем он явился вчера на мой порог, надеясь вернуть семью? — Ты зачем приехал? — Поздравить хотел. Подарки вам привёз. — Убирайся, — я толкнула его в грудь, с такой злостью, что он отшатнулся назад. — И подарки свои забирай. Нам ничего от тебя не нужно! — Не...
— Вот вы какой, Кирилл Метелин!
— Какой такой? — он смотрит с легкой усмешкой
— Бессовестный и безответственный! — заявляю наглецу. — Бросил ребенка на произвол судьбы!
— Никого я не бросал и детей у меня нет. А тебя я вообще вижу в первый раз.
— У вас есть дочь. Посмотрите, — тычу ему в лицо фото. — Вы записаны в свидетельстве о рождении. Просто напишите отказ, и я смогу ее удочерить.
— Отказ? — оценивающий взгляд пробирает до костей и становится не по себе.
— С кем ты здесь жила, сладкая? Зверь смотрит, как и всегда. Плотоядно, темно и страшно. До мурашек по коже. — Это не твое дело. С другим человеком. Сказала, а в горле — ком. От обиды и страха. Оскорбись, Зверь, назови тварью! И уходи! Не мучай меня больше! — С другим? — голос его становится совсем низким, жутким. И лицо словно чернеет. — И ребенок тоже от него? — Да! — тут, главное, взгляд не отводить. И я не отвожу. Уходи, Зверь! Он подается ко мне всем телом, молча, страшно, словно...
Застав мужа в постели с любовницей моего отца, я хотела лишь одного – спокойно развестись. "…видит бог, я не хотел этого, но ты сама виновата. Надо было просто оставаться послушной дурочкой и переписать бизнес отца на меня!" – дрожащим голосом говорит муж и внезапно толкает меня со скалы в бушующее море. Громкий крик сливается с раскатом грома. Я никогда не умела плавать, но желание жить слишком сильное. Барахтаюсь в попытке выплыть, а волны снова и снова захлёстывают меня, но… …я не умру!...