У нас всех есть зависимости. Только у одних они социально одобряемые, а у других – нет.
– Как может быть социально одобряемой зависимость?
– Запросто. Мы осуждаем вредные привычки. Пристрастие к алкоголю, табаку, наркотикам в обществе порицаются. Но есть и другие. Например, марафонский бег, чтение книг, работа.
– Ну, какие же это зависимости?
– Такие же, как наркотики. Отличаются только типом и степенью вреда для организма. Марафонцы гробят суставы, трудоголики пашут до нервных срывов, любители книг сажают зрение.
– Женя, ты преувеличиваешь. Ну какая же это зависимость, читать книги или бегать?
– Социально одобряемая. Человек управляет жизнью. А зависимость командует человеком. Какая разница, что это,алкоголь или бег? Большинство людей зависимы. Только мы не обращаем на это внимание.
Бородачи мне совсем не нравятся. Они все на одно лесорубовое лицо. Иногда заходишь в кафе, а там бригада. Лесоповал в полном составе. А попроси их гвоздь вбить, выяснится, что они ничего тяжелее вилки в руках не держали. Сплошное разочарование.
– Какого фига вы тут развлекаетесь с этими…. этими продажными, силиконовыми девками, когда беременные жены дома ждут?!
– Беременные?! – закричали мужики.
– Силиконовые?! – закричали девки.
Я уже поняла, как сильно ошибалась, стараясь быть нормальной, думать, как нормальная, как приличная девочка.
Приличные девочки всегда страдают.
Они не умеют подстраиваться под ситуацию. Не хотят быть собой, постоянно держат себя в руках, соблюдая никому ненужные приличия для общества.
А это общество ждет, жадно и ненасытно, любой, даже самой крохотной ошибки, чтоб потом с наслаждением потоптаться на костях бывшей приличной девочки.
И забыть про нее тут же, переключаясь на что-то или кого-то другого.
Потому — нафиг приличие. Буду просто счастливой.
Секс ничего не сглаживает, только обостряет.
Чем лучше секс, тем больнее последующее падение, если попытаться построить отношения только на сексе.
У нас не те отношения, чтобы храпеть друг другу в уши. Я свой храп храню для любимого и единственного, подарю ему в брачную ночь.
– Я не из тех, кто проявляет чувства на публику.
– Может, иногда всё-таки нужно быть немного эмоциональнее, чтобы окружающие рассмотрели твой внутренний мир?
– Никому не нужен твой внутренний мир. Людям важно, чтобы ты был хорошо одет, приятно пах и не грузил их своими проблемами.
Мы рвём отношения, но не эмоциональные связи, а именно они нас держат возле тех, кого мы называем «бывшими». И пока мы вспоминаем и задаёмся вопросами «как он там», думаем, злимся или мечтаем вернуть, значит, связь ещё крепка, а её сохранение причиняет боль лишь нам самим.
Не стоит давать надежду женщине. Как правило, любое сомнение и фразы «может быть», «посмотрим, что будет дальше», «возможно, всё получится», приводят к фатальным последствиям и более болезненному разрыву.
Нелюбимым приходится быть идеальными. А любимых любят просто так.