Оксанка

Аня знала, что такое боль и предательство. Олег хранил в сердце рану от старой любви. Судьба даёт им шанс. Смогут ли они отличить искренние чувства от иллюзий; и доказать друг другу, что настоящее начинается тогда, когда в сердце находится место только для одного человека?

"Отправь ее на ферму, пусть в навозе копается", – заявила любовница человека, который в этом мире оказался моим мужем. Бывшим. Не успела я попасть в новый мир, как меня сослали в богом забытое поместье, где из хозяйства – одни грядки с кабачками. А мне этого добра и в своем мире хватило! Но если жизнь дает тебе гору... кхм, удобрений, нужно использовать ее с умом! Посажу цветы, восстановлю поместье и отважу от дома бывшую свекровь, которая зарится на мой сад. А заодно и муженька, что...

— Я тебе не изменяю, – говорит муж, от которого пахнет чужими духами. Говорит после того, как я застала его почти голым с девчонкой на съёмной квартире. Говорит, глядя мне в глаза своим фирменным командирским взглядом. — У нас просто дружеские отношения, – объясняет он, пока я задыхаюсь от боли и ярости. — Мне нужна перезагрузка. Моральный отпуск от всех вас! Три сына. Четвертый под сердцем. В сорок три я, в положении, занимаюсь бытом, воспитываю детей, ещё и работаю, а он... он рассуждает о...

– Оля, не драматизируй, – Дима устало смотрит на меня, застёгивая пуговицу на рубашке. – Ты жена, но давно уже не… муза. В телефоне всё ещё открыт его чат. Там – признания, планы на совместное лето, которые я не смогу стереть из памяти. – С ней я живу, – спокойно говорит. – А с тобой… пенсия. Я смотрю на него, не веря, что этот человек когда-то задыхался от одного моего смеха в съёмной однушке. – Тогда давай по-честному, – говорю. – Развод. Ты живёшь как хочешь, я не мешаю. Он смеётся...

Ясна Вельт — судебная травница, а не придворная интриганка. Но именно её среди ночи привозят в крепость орков, где на брачном пиру отравили невесту. Один неверный вывод — и два сильных клана утопят границу в крови. Все улики ведут к маршалу орков Рагнару Тар-Каю: его знак на ритуальном кубке, его тайные ходы, его военные запасы яда. Только Ясна слишком хорошо видит чужую ложь, чтобы поверить в удобный ответ. Чтобы остановить войну, ей придётся заключить союз с мужчиной, которого весь дом уже...

— Когда ты разведешься со своей грымзой? — женский голос звучал пискляво. — Как только ее дед сдохнет. И мы получим наследство. — раздался голос моего мужа. — Скорей бы уже, Вадим. Мне так хочется засыпать и просыпаться в твоих объятиях. Без сомнения, женщина разговаривала с моим мужем. Назвала его имя. Пот прошиб до кончиков пальцев на ногах. — Не боись! Старик уже одной ногой в могиле. — смех моего мужа был настолько неприятен, что меня затошнило. Я стояла как вкопанная у кабинета...

— Да, я виноват. Но хочу вернуть всё обратно. — Невозможно склеить разбитую вазу. — Ты не сможешь меня простить? — Нет. Ты меня предал. Растоптал. И наш ребёнок не будет расти рядом с таким вот папой-предателем. — Всё можно простить, если захотеть. Назови свою цену. Что мне сделать, чтобы ты меня простила? Я сделаю всё, что угодно. — Нет таких вещей, Егор. И я не товар в магазине, чтобы иметь какую-то цену. Оставь меня в покое. Я уже была твоей женой, у тебя шансов было на сто лет вперёд. А...

Тошнит. Вхожу в свою старую квартиру с опаской. В коридоре вижу обувь. Слишком дорогую для моей старой квартирки. Узнаю их сразу. Туфли мужа. Только вот рядом с ними ещё одни. Женские. Мне почему-то нехорошо. Может, он сюрприз готовит? Может, дизайнер? Может, ремонт затеял? Вот и стук харатерный... Глухой. Ритмичный. Жесткий. Боже. Пусть это будет ремонт. Пусть это будет ремонт! Однако ноги подкашиваются когда я подхожу к двери одной из комнат. Толкаю ее. Стук становится громче. К...

— Я полюбил другую. — Что? — опешила я. — Мирон, мы много лет в браке… — Да, но если я останусь с тобой, я предам ее. Я чувствую, как подкашиваются ноги. За неделю до нового года муж заявляет, что уходит к другой. — Прости, я больше не могу лгать той, которую я полюбил. Я ухожу. Именно эта фраза ломает меня окончательно, и я чувствую, как мой привычный мир начинает качаться... — Ты ни в чем не виновата, Ева. Просто я встретил свой идеал, она хорошая… — А я кто? Плохая жена? — спрашиваю...

Меня никто не спрашивал, хочу ли я становиться женой мужчины, которого в этом доме уже почти похоронили заживо. Я просто открыла глаза в чужом теле — и в ту же ночь поняла, что мой новый муж умирает слишком удобно для всех вокруг. Слишком правильно. Слишком выгодно. Его лечили так долго и так старательно, что даже мне, врачу из другого мира, стало ясно: здесь боятся не его смерти. Здесь боятся его выздоровления. Они ждали от меня покорности, слез и красивого вдовства. Ошиблись. Я не...