Ирина

Однажды давным-давно Полина и Яков провели вместе новогоднюю ночь. Так обычно начинаются сказки, но увы, дальнейшие события были далеки от сказочных. И о том, что у той ночи были последствия, Яков так и не узнал. Теперь их дети будут учиться в одном классе. И Полине придётся вспомнить, что всё тайное когда-нибудь становится явным.

Я погибла в свой сорок пятый день рождения – больная, изуродованная, преданная всеми, от руки человека, в которого слепо верила и любила всем сердцем. Очнулась – в восемнадцать, на балу, где когда-то сделала роковой выбор. Теперь я знаю каждую ловушку, каждого предателя и единственную правду: моим спасением был не светлый принц, а тот, кого все называли злодеем, кого боятся, у кого за спиной – живая аура тьмы. И на этот раз я сама пойду к нему, через весь зал, на глазах у остолбеневшего двора....

- Вер, я тобой восхищаюсь! Ты так спокойно это принимаешь! - говорит мне сестра мужа, не сводя глаз с моего любимого и моей подруги. В день маминых похорон я жду поддержки от близких, но вместо этого узнаю, что мой муж и лучшая подруга стали любовниками, пока я пыталась не сойти с ума у постели умирающей мамы. Наша дочь-подросток с радостью поддержала выбор отца: - Я вижу, кто делает папу по-настоящему счастливым! Я пытаюсь держаться. Но как же больно осознавать, что моя жизнь была ложью. ...

Жизнь редко даёт второй шанс. Но если уж дала, я не собираюсь тратить его на то, чтобы драить котлы и молиться, что меня не узнают. Для всех я грязная рабыня с изуродованным лицом. Для немногих — дочь убитого вождя, которую нужно прятать. Для себя — женщина, которой нечего терять. У меня будут люди, готовые рискнуть. Я заберу туат у убийцы. А ещё будет мужчина, который придёт как враг: суровый, опасный, не знающий пощады. Довериться ему безумие. Полюбить ещё большее. Но когда это меня...

А что делать, если однажды ты… попала в книгу? И не прекрасной избранной героиней, а официальной злодейкой сюжета. — репутация ужасная — герой тебя терпеть не может — читатели вообще должны радоваться твоему поражению. Но… кто сказал, что сюжет нельзя немного сломать? Однотомник.