Все книги
Книга «Царство и священство» представляет собой первую книгу многотомного проекта «Власть и право в истории Церкви» известного русского правоведа и византиниста Величко А.М., в который вошли труды по истории и философии права, «симфонии властей», правам личности, как они раскрываются в христианском вероучении, о нравственной идее государства, а также соотношение права, политики и нравственности. Особое место в сборнике занимает тема правового идеала в Византии, исихии («Иисусовой молитвы»),...
В далеком 1926 году, двадцати одного года от роду. Айн Рэнд приехала в Америку как обычная эмигрантка из России, она едва могла говорить по-английски, и вряд ли кто-то мог поверить, что спустя незначительное время она напишет свои лучшие книги, демонстрируя великолепное владение языком и умение донести до читателя сложнейшие философские идеи. Какие темы волновали юную Айн Рэнд, когда она лишь училась писательскому мастерству? Книга «Муж, которого я купила» — это сборник произведений...
Приключения в прочитанных мною книгах всегда начинаются одинаково — герой попадает в неприятности и выпутывается из них. Я грезил о подобном, но не думал, что все будет так… Пронизывающий холод, оскаленные пасти волков, голод, боль, наноботы… Я устал и хочу домой! Технологии иного мира меняют мое тело, адоптируют его, помогают становиться сильнее. Но я просто хочу домой! Удастся ли мне вернуться? Останусь ли я самим собой?
Тысячу лет Тринадцатая фея находилась во сне. Двенадцать сестер наложили на нее проклятье и обманом заточили в башне. Но вот она проснулась и жаждет мести. Вместе с таинственным охотником на ведьм фея надеется осуществить свой коварный план. В долгом пути девушка вновь открывает для себя мир, однажды ставший чуждым. Кто знает, возможно, в ее замерзшем сердце отзовется нечто большее, чем желание возмездия… Вот только существует ли для феи с ведьминской душой счастливый конец?
Анжела ехала в троллейбусе. Она возвращалась домой от приболевшей мамы. У мамы третий день была ангина, и она сидела дома с шарфом на шее. Дома Анжелу ждала дочка десяти лет. С мужем Анжела развелась год назад. Тот завел любовницу. - Как доедешь, позвони обязательно, - попросила мама. - Все же час поздний.
Прохладные ночи сентября осыпали лёгким золотом верхушки деревьев. Бирюзовые краски неба в этом удалённом от мирской суеты краю, становились с каждым днём осязаемо ярче и прозрачнее. Лёгкие быстрые воды реки потемнели и успокоились. Полуденное солнце ещё сохраняло память о жарком лете, но холодное дыхание ранних вечеров неумолимо напоминало о наступлении осени.
Утро выдалось холодным и пасмурным. Выйдя из подъезда, Денис поежился. Моросил мелкий дождь. Старичок "Рено-Логан", оставленный накануне во дворе, не завелся. Только чихал и фыркал двигателем. - Вот же невезуха, - пробормотал Денис, понимая, что опоздает на работу и схлопочет нагоняй от начальства. Начальник ругал его часто.
Сумрак медленно сгущался, осторожно и тихо накидывая на засыпающую землю покрывало ночи. Но тишина обманчива. Серый филин, таящийся в глубине кроны одинокого дерева на берегу реки, бесшумно сорвался с ветки и тенью заметался над водой. Что вспугнуло ночную птицу? Как только она укрылась в расселине береговых скал, густой туман на опушке леса встревожено заклубился. Из его серой пелены темным призраком проявился силуэт человека.
Книга представляет собой первое в российской науке комплексное исследование остракизма — важного института античной афинской демократии, внесудебного изгнания наиболее влиятельных граждан из государства сроком на десять лет. Рассматриваются все основные аспекты истории остракизма: происхождение этого института, время, причины и цели его учреждения; основные элементы процедуры, применявшейся при остракизме; место и роль остракизма в политической системе и политической жизни демократического...
Суровому и опасному труду моряков-минеров, их бескорыстной дружбе и чистой юношеской любви посвящена повесть Михаила Божаткина «Подвиг впереди». События, послужившие сюжетом для повести, развивались в послевоенные годы. Лейтенант-минер Шорохов раскрывает секрет ловушки-ликвидатора, от которой погиб его товарищ Бондарук, обезвреживает донную магнитно-акустическую мину. Очищая бухту Караташ, минеры и водолазы находят в конце концов и таинственную штольню, в которой немцы организовали подземную...
В книге рассказывается о жизни и деятельности героев Парижской Коммуны Шарля Делеклюза и Эжена Варлена.
[Адаптировано для AlReader]
На страницах сборника воскрешаются события столетней давности — эпизоды героической борьбы за освобождение болгарского народа от турецкого ига. В этой борьбе выдающуюся роль сыграла бескорыстная братская помощь русского народа. Авторы сборника — советские и болгарские писатели, журналисты.
[Адаптировано для AlReader]
Кристоф Виллибальд Глюк (1714–1787) — один из гениев, определивших пути развития музыкального искусства второй половины XVIII века. Современники полагали, что он совершил революцию в музыке. Глюковская реформа оперного жанра была начала трогательной историей любви — «Орфей и Эвридика» (1762) и завершена грозной и страстной трагедией «Ифигения в Тавриде» (1779). Но путь к реформе был долгим и тернистым: в молодости Глюк служил в княжеских капеллах, работал в кочующих антрепризах, писал музыку для...
Франсиско Гойя-и-Лусьентес (1746–1828) — художник, чье имя неотделимо от бурной эпохи революционных потрясений, от надежд и разочарований его современников. Его биография, написанная известным искусствоведом Александром Якимовичем, включает в себя анекдоты, интермедии, научные гипотезы, субъективные догадки и другие попытки приблизиться к волнующим, пугающим и удивительным смыслам картин великого мастера живописи и графики. Читатель встретит здесь близких друзей Гойи, его единомышленников,...
Книга писателя О. М. Добровольского посвящена жизни и деятельности Анны Семеновны Голубкиной — выдающегося русского скульптора, ученицы Родена, творчество которой представляет собой одно из самых ярких и глубоких явлений в русской и мировой скульптуре XX века.
[Адаптировано для AlReader]
Книга крупнейшего знатока античности А. Ф. Лосева представляет со бой фундаментальное исследование древнегреческого эпоса, связанного но всей мировой культуре с именем слепого и мудрого певца Гомера. «Он, словно чародей, все в перлы обращает, И вечно радует, и вечно восхищает. Одушевление в его стихах живет…» Доскональное знание истории Гомеровского вопроса, блестящая интерпретация текста — это лишь некоторые отличительные особенности труда А. Ф. Лосева, не имеющего аналогов ни у нас, ни за...
Поэзия, Древневосточная литература, Литература IV века и ранее (эпоха Древнего мира), Литература V-XIII веков (эпоха Средневековья)
В этой книге, представляющей классическую поэзию Китая с древнейших времен до «золотых» танского (VII—X вв.) и сунского (X—XIII вв.) периодов ее развития, собраны отдельные произведения и поэтические циклы знаменитых стихотворцев разных эпох; объединенные под одной обложкой, они последовательно развертывают перед читателем эволюцию поэтической мысли в Китае.
В почти столетнюю биографию писателя, публициста, общественного деятеля Даниила Гранина уместилось множество событий — первые пятилетки и Великая Отечественная война, хрущевская оттепель и горбачевская перестройка, споры «физиков» и «лириков», распад Советского Союза и трудное рождение новой России. Всё это Даниил Александрович сумел осмыслить, прочувствовать и воплотить в своих произведениях. О чем бы он ни писал — о жизни и труде ученых, о пережитых им трагических годах войны и блокады или о...
Фигура Данте окутана ореолом мистики, а его «Божественная комедия» беспрерывно продолжает будоражить умы. Современных писателей, кинематографистов и даже разработчиков компьютерных игр особенно вдохновляет тема ада. Это неудивительно: великий поэт упрятывал туда своих врагов, описывая подлинные обстоятельства их смерти. Описывая… а может быть, предчувствуя или даже создавая? Ведь время возникновения черновиков «Комедии» никому не известно. Зато сохранились документы судебного процесса XIV века,...
Эта книга — о народном поэте Абхазии Дмитрии Гулиа. А по существу — рассказ о становлении абхазской художественной литературы и культуры, о прошлом и настоящем абхазского народа. Представьте себе поэта, которому, прежде чем писать стихи, надо создать алфавит и букварь. Представьте себе руководителя театра, которому, прежде чем поднять занавес, надо написать пьесу и создать театр. Представьте себе ученого, решившего посвятить себя культуре своего народа, ученого, которому почти все приходится...
Критик и литературовед Петр Строков долгое время работал вместе с автором «Журбиных» Всеволодом Кочетовым, когда тот руководил журналом «Октябрь». Автор сумел создать образ художника-коммуниста, чья жизнь и творчество предстают в живом литературном процессе, как пример партийности, гражданственности, патриотизма.
Тайное общество, о котором знали все; замкнутая община, в которую мог вступить любой желающий; орден, провозгласивший себя вне политики и принимавший деятельное участие во всех придворных интригах, революциях и переворотах, — братство «вольных каменщиков» стало зеркалом противоречивой эпохи, в которой просвещение сочеталось с невежеством, научный прогресс — с шарлатанством, либерализм — с косностью, идеи равенства — с сословными предрассудками, а стремление к свободе — с рабовладением. Проследив...
Герои книги Николая Димчевского — наши современники, люди старшего и среднего поколения, характеры сильные, самобытные, их жизнь пронизана глубоким драматизмом. Главный герой повести «Дед» — пожилой сельский фельдшер. Это поистине мастер на все руки — он и плотник, и столяр, и пасечник, и человек сложной и трагической судьбы, прекрасный специалист в своем лекарском деле. Повесть «Только не забудь» — о войне, о последних ее двух годах. Тяжелая тыловая жизнь показана глазами юноши-школьника, так...
Речная волна, приглушенно всхлипывая, изредка осторожно касалась резинового борта лодки. Олег медленно, стараясь не нарушать хрупкую тишину, опустил весло в прозрачные, речные струи и зачем-то посмотрел на небо. Темный силуэт коршуна монотонно чертил бездонную синеву с её белыми облаками, безразлично взирающими на обреченную землю. Она где-то там за этим синим сводом. Приближается неумолимо, как топор палача к шее жертвы. Странно. Он не чувствовал её. Наоборот, здесь среди этой тишины, не...