В книгу вошли две повести Андрея Жвалевского и Евгении Пастернак. «Как кошка с собакой» – рассказ о самой невозможной любви, любви кошки и собаки. Больше того, домашней изнеженной кошечки и дворового пса со странностями. Хорошо, что есть люди, которые могут решить все проблемы влюбленных зверей. Плохо, что люди не сразу понимают, чего от них хотят, и сопротивляются собственному счастью. «Про моркоff/on» – правдивая, хоть и фантастическая история. О выборе, о «правильном» семейном счастье,...
(Кошка) Ромка ринулся лизнуть меня в нос, но я прыгнула на тумбочку.
– Помойся сначала, ты очень грязный, – сказала я.
Ромка пристыженно оглядел свои лапы.
– Да, действительно, – пробормотал он, – я там… гулял…
– Мне это неинтересно, – отрезала я. – Кстати, готовься, у нас скоро будут котята.
И ушла спать. Устала я двое суток его на подоконнике караулить.
(Кошка) Мамуся спокойно объясняла, что Олька давно уже совершеннолетняя и что папуся в возрасте Ольки…
– Как ты можешь сравнивать, – орал папуся, – я в этом возрасте уже работал!
– А она учится. Это тоже работа.
– Она еще ребенок!
– Да какой она ребенок? Ты посмотри на нее, она уже взрослая! Между прочим, я в ее возрасте уже беременная была.
Папуся в ужасе уставился на мамусю.
– Ты мне не говорила! – сказал он.
– Идиот! – сказала мамуся и ушла обратно на кухню.
(Оля) Кася уже привычно выслушивала мои причитания. Научилась бы приносить носовые платки, что ли… А то в хвост, который она все время подставляет, сморкаться неудобно. Потом полный нос шерсти.
(Пес) Я остановился, наклонив голову набок. Кася утверждает, что так я выгляжу наиболее трогательно. Хозяин насупился.
– Ну что ты на меня смотришь? Нельзя тебе в квартиру, понял?
Я перестал махать хвостом.
– Ромка! Ты же умный пес! Ты должен понять, что бывают такие обстоятельства…
– …когда друга можно предать и выбросить на улицу, – закончил я, но он, конечно, ничего не разобрал.
(Роман) Мне все время хотелось проснуться. Даже не проснуться, а загрузить сохраненку на предыдущем уровне и начать проходить миссию заново. Но эта чертова реальность совершенно не приспособлена к жизни! Сохраниться нельзя, переиграть ничего нельзя. Если уж вляпался – терпи!
(Пес)
– Ты где был?
– У мамы…
– Чего? – Впервые в жизни я видел его таким ошеломленным. – У кого?
Я смущенно тявкнул.
– Слушай, Нос, – сказал Вожак, – ты мне нравишься. Но ты какой-то странный. Наверное, поэтому ты мне и нравишься. Никто из нас не то что не навещает маму… даже не помнит о ней.
(Кошка) С того самого происшествия я начала по-другому смотреть на собак. Их много гуляет в нашем дворе. Оказывается, они все разные, совсем как мы, кошки. Есть злые, а есть и добрые. Есть любознательные, а есть совсем глупые. Есть отвратительные, а есть вполне приятные. Совсем я с ума сошла – приятная собака… как у меня мозги завернулись такое подумать!
А ведь тот пес погиб, защищая меня и Пусю. И я практически уверена, что ни один кот бы на такое не пошел – погибнуть за совершенно чужого котенка.
(Кошка)
– Ма-а-а-ма-а-а!
А дальше все как в страшном сне. Я сигаю вниз, хватаю Пусю, несусь к подъезду. Вижу чьи-то зубы, бью наотмашь. Очень мешает Пуся в зубах, но оставить ее боюсь. Опять зубы, опять бью. Кровь, лапе больно. Ничего не соображаю, бью еще сильнее. Кровь, оказывается, не моя, кровь вот этого пса – он скулит и отступает. Но на его место уже лезут другие, их двое… пятеро… семеро. Я бросаю Пуську за спину, ору:
– Беги к подъезду.
Понимаю, что живыми мы не уйдем, но, может, хоть она…
И тут как ветер пронесся мимо. Между мной и собачьими рылами влез пес. Где-то я его видела… Сейчас не помню, ничего не помню.
– Беги, – рыкнул он мне.
(Кошка) Вообще, когда уже родишь, понимаешь, что именно эти котята самые красивые на свете. Самые милые, самые умные и самые обаятельные.
(Кошка) Я сидела на форточке, наслаждалась отличной погодой и изучала жизнь двора. Приходил под окно местный мачо – черный, довольно ободранный кот из соседнего подъезда. Устроил под окном истерику. Хорошо орал, долго. Но не убедил. Сорвал глотку, получил по носу веником от соседей и ушел домой заливать гормоны молоком.
Кот, который бык-производитель, оказался стойкий, он пришел на кухню только через три часа. У какой-нибудь дуры помоложе уже бы нервы сдали, а я даже успела вздремнуть.
(Кошка) – Мне пло-о-охо, пло-о-охо мне, у меня депре-е-ессия. Мяяяу! Мяяяууу! Ну и что, что два часа ночи? Вы черствые люди! Вам только бы поспать! Нет, есть не хочу… На ручки? Ну возьми на ручки… Нет, все равно мяууу…
(Кошка) Люблю детей, а когда они не могут достать до меня руками, люблю особенно. Они такие… Такие мягкие и чистые… Не снаружи, снаружи могут быть и грязными и поцарапанными. А вот внутри они нежные и милые, а главное – удивительно искренние.
(Кошка) Не то чтоб я была очень падка на лесть… Не то чтоб я совсем не могла жить без восхищения… Но когда живешь с кем-то бок о бок уже целых четыре года, когда тебе тепло, сытно и уютно – это, конечно, здорово. Но никто ж не скажет с утра: «Кассандра, вы сегодня прекрасно выглядите!»
А ведь это обидно! Красота в мире существует для того, чтоб ею восхищались, а не только кормили тебя и чесали за ушком.
(Пес) Мне снилось, что мама молодая, веселая. И что она радостно вылизывает сегодняшнюю кошку, а та улыбается и виляет хвостом по-собачьи…
(Пес) Прямо перед Вожаком стоял чужой. Он был большой, домашний, еще пах людьми и квартирой. Кажется, этот тип просился в стаю.
– Да надоело, – весело говорил он, – сижу, как гвоздь, на одном месте. Гулять выводят на пять минут. Жрать заставляют всякую дрянь консервированную…
– Короче, свободы хочу! – гордо закончил верзила.
– Уходи, – сказал Вожак, – у нас нет свободы. Мы стая.
– Ну… Стая ведь свободная!
– Стая свободная. А каждый пес в ней – нет. Каждый, даже я, подчиняется стае.
(Кошка) ...телевизор мне больше всего нравится с папулей смотреть. Он как вечером на диван ляжет, так пару часов и не встает. На его пузе можно вытянуться удобно, заодно и печень ему прогреть. Кто б сказал ему, что хватит уже жареную картошку сковородками трескать! Еще немного – и я не справлюсь, лекарства глотать придется.
(Пес) Я принюхался сильнее и впервые в жизни не поверил собственному носу. Пахло кошкой!
Нет, сам по себе факт уникальным не являлся – этих тварей полно в каждом дворе. Так и шастают, так и норовят какую-нибудь подлость учинить.
Но чтобы кошачий запах показался мне приятным!..
Нет! Не перескажу я вам, чем пахла эта кошка! Там ведь не в составляющих запаха дело, а в том, как они переливались, не смешиваясь, как дышали, как наплывал и отступал этот аромат. Короче, поверьте на слово – ничего подобного до того случая мне в нос не попадало. Это точно. Я даже выдыхать забыл. Сидел кот знает сколько времени, держал в себе вдох и пошевелиться боялся. Потом понял – все, хватит. Запах запахом, а дышать тоже иногда чем-то нужно.
(Кошка) Этого пса я почувствовала сразу. И сразу удивилась тому, что он не испортил мне вечер...
Удивительный попался пес. Я чувствую его, и мне не противно. В нем нет агрессии, нет грубости, а есть… Даже не понимаю, что это… Нежность? Да быть этого не может! Он же собака, он не может быть нежным. Восхищение? Да чем он тут может восхищаться! Жратвы нет, а что еще, кроме еды, может восхищать дворового блохастого пса?
Я?