— Зачем это все? — вот не зря тятя говорил, что иногда глупые вопросы — это самое умное решение!
Стыд в этом смысле интересное чувство — он чаще гложет тех, кто вовсе не должен его испытывать.
Это было ожидаемо, но внезапно — то самое сочетание, обычно означающее самые хитровыкрученные неприятности.
— Берите-ка вы вот эту корзинку, покрывальце и валите в сад — я буду готовить пирог, а это занятие интимное, не то что всякие там консумации брака, так что нечего здесь толочься.
— Это ты, — шепчет, — Правда ты, ну надо же!
Я его хвостом по голове на всякий случай погладила — видно же, совсем чердак протекает у болезного! Вот уж точно впору сказать: мой хозяин — идиот.
А вот тут у нас задница на букву с, то бишь, Ситуация.
- Очень приятно познакомиться, лорд Каотор.
- Ага, так ты знаешь, кто я, - протянул он. - Значит, дело в желании. Что, неужто собралась попроситься за меня замуж?
- Нет, конечно! - от удивления я даже разозлилась. - Что я, совсем безумица, что ли?!
Он опешил, это было заметно.
- Знаешь, вот сейчас было даже немного обидно, - сказал он задумчиво. - Я-то считал себя довольно перспективным женихом... или это такая вариация спектакля на тему "я не такая"?(с)
Людки, когда ревут, становятся на редкость страшными! Нос распух, глаза покраснели… Жуть! Бонни — и тот красивей! Иди, иди! А то я, бедненький, заикой останусь…
Этот мужчина не может стать всей моей жизнью и даже моим мужем, но... любовь - это не про жизнь, пожалуй.
Это про мгновения, которые придают этой самой жизни смысла.
- А эти ужины... они ведь могут перерастать в деловые завтраки, верно?
- Не сомневайся, - к моему удивлению, его улыбка была скорее не самодовольной, а радостной.
Мы с матерью Каотора застыли друг напротив друга. Она на меня смотрела - знаете, один из тех колдовских взглядов, под которыми загораются мелкие предметы и убегают испуганные люди.
Мёртвый лорд Аколло пытался откреститься от внепланового трудового подвига, демонстрируя свои тридцать кинжалов, воткнутые в тело, и оторванную голову. Я, конечно, бурной прижизненной биографии призрака позавидовала, но отлынивать не позволила: голова в мужике все равно не главное.
Эльф там он или нет, а от сытной еды добреют все!
Впрочем, этажом ниже я подрастеряла свой пыл, а в комнате, разглядев как следует себя в зеркале, окончательно убедилась, что эльф прав. Увидишь ночью такое вот чудо, покрытое пылью, копотью, с древним мармеладом в волосах — навек заикой останешься, а все, что стояло, подниматься откажется напрочь. Сама виновата, что перед хозяином в таком виде выхаживаю — не приведи Предвечная, ещё уволит!
- Помолчи лучше, - пробормотал он, осторожно усаживая меня себе на колени. - Просто помолчи.
И я поспешила сделать, как он попросил, потому что слова - они, на деле, худшие враги искренности. Стоит открыть рот - и, известное дело, тут же всё испортишь.
- Твоя няня кокетничает со скелетом, - отметила Кори.
- Да, - вздохнула я. - Это моя няня. Она всегда мила с мужчинами, сколько бы им ни было лет. Она... современно смотрит на вещи.
Можно сорвать голос, можно хоть вечность раздавать тумаки крыльями, можно шептать и кричать, но бывают случаи и системы, где верх смелости, милосердия и доброты, который может позволить себе человек - просто уйти и не смотреть.
Месть - она в целом свидетельство бессилия, признание в том, что все потеряно.
почему люди всегда заговаривают о честности, когда хотят совершить наибольшую подлость?
...быть чьей-то заменой - недостойная, грустная судьба: постоянно будешь ощущать привкус гнили и опасаться, что точно так же заменят тебя.
Ну, прощай, жизнь! Ты была так себе, если честно, но я все равно буду скучать - все как всегда в нездоровых отношениях.
Любой великий план всегда содержит в себе зерна великого краха – и наоборот.
Свобода или любовь, жизнь близких или всеобщее благо, великое открытие или высочайшая вершина – это «важное» каждому свое. Смысл просто в том, чтобы это важное жило после них. Смысл в том, чтобы не отступиться, не потерять свое и себя, драться за него до последнего. И это – в какой-то мере – уже бессмертие.
… просто меня порой удивляет… как на самом деле жаждут любви те, кто прячет от нее душу… Чем больше стен и колючек они вокруг себя строят – тем больше жаждут встретить того, кто докажет им возможность чуда, кто преодолеет все эти невообразимые преграды. Но их не так уж просто перепрыгнуть, да? В этом суть, что такую стену агрессивного одиночества почти невозможно преодолеть. Вот и получается замкнутый круг…
… у этой жизни, которая может оборваться в любой момент времени, в принципе нет смысла – кроме того, которым мы наполним себя сами. И не кривись так! Нам нравится думать, что мы ниспосланы сюда с некой возвышенной целью, но на самом деле мы – лишь песчинки на одном из тысяч и тысяч огромных пляжей мира, не то реально существующего, не то мимолетно увиденного кем-то во сне. Вся эта жизнь… мы или наполняем ее чем-то, или тратим впустую, понимаешь?
… каким бы могущественным ни казалось со стороны насилие и разрушение, обратная сторона этого – бессилие. Какая разница, скольких ты можешь убить по мановению руки, если в итоге не способен спасти самых близких?