— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
Сестре приглянулся мужчина, который уже жил в моём сердце. Зная, что он отвечает мне взаимностью, Ракель обманом опоила меня и отдала в руки молодому лорду, не раз получающему отказ с моей стороны. Эта ночь с ним уничтожила меня. Придя в себя, я вернулась домой под утро, встречая ехидный взгляд сестры и яростные гримасы родни. Попытки объясниться сделали только хуже. Меня, чтобы избежать позора, поспешно выдали замуж за того, кто надругался надо мной. А он был только рад этому. Я делила ложе с...
Нелепая авария, и неизведанная сила перенесла меня в другой мир. Я очнулась в теле девушки, над которой издевались родственники. Придется им поискать новую грушу для битья, ведь теперь место бедняжки занимаю я! Начну жизнь сначала! Что говорите, подохну с голоду, если откажусь от семьи и уйду из дома? Ну-ну! Не захлебнитесь от зависти, когда ко мне сбегутся толпы аристократок, умоляя сделать их фигуры стройными! Я не пропаду, даже не надейтесь!
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
Сестре приглянулся мужчина, который уже жил в моём сердце. Зная, что он отвечает мне взаимностью, Ракель обманом опоила меня и отдала в руки молодому лорду, не раз получающему отказ с моей стороны. Эта ночь с ним уничтожила меня. Придя в себя, я вернулась домой под утро, встречая ехидный взгляд сестры и яростные гримасы родни. Попытки объясниться сделали только хуже. Меня, чтобы избежать позора, поспешно выдали замуж за того, кто надругался надо мной. А он был только рад этому. Я делила ложе с...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
С самого детства судьба не благоволила мне. При живых родителях я росла сиротой и воспитывалась на улицах. Не знала ни любви, ни ласки, не раз сбегая из детского дома. И вот я повзрослела, но достойным человеком стать так и не успела. Нетрезвый водитель оборвал мою жизнь в двадцать четыре года, но в этот раз кто-то свыше решил меня пощадить, дав второй шанс на жизнь. Я оказалась в теле немощной графини, родственнички которой всячески издевались над ней. Они держали девушку в собственном доме,...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
— Руки убрал от ребёнка! — рыкнула я злобно на тощего мужчину. — От ребёнка? — мерзкая ухмылка исказила его лицо. — Да какой же она ребёнок? Ей уже можно, — оскалившись, он потянулся к бледной девушке, испуганно вжимающейся в стену. — Я заберу твою дочь за долги! — обратился он ко мне. — Можешь считать, что мы в расчёте! Я очнулась в теле слабой женщины, чей муж умер, оставив в наследство нищету, голодных детей и гору долгов. Новый мир? Новые правила? Неважно! Для начала я спасу девчушку,...
Сестре приглянулся мужчина, который уже жил в моём сердце. Зная, что он отвечает мне взаимностью, Ракель обманом опоила меня и отдала в руки молодому лорду, не раз получающему отказ с моей стороны. Эта ночь с ним уничтожила меня. Придя в себя, я вернулась домой под утро, встречая ехидный взгляд сестры и яростные гримасы родни. Попытки объясниться сделали только хуже. Меня, чтобы избежать позора, поспешно выдали замуж за того, кто надругался надо мной. А он был только рад этому. Я делила ложе с...
– Почему отталкиваешь меня? Знала, выгляжу жалко, но видеть его, не имея возможности прикоснуться… Это пытка! – Я не обязан отчитываться, – парень, из-за которого в моей груди зияла дыра, как ни в чем не бывало пожал плечами. – Не ходи за мной, – он развернулся и направился вдоль каменной стены. – Тэйрон… – кинулась я за ним. – Хватит, Дэль! – повысил голос маг тьмы, оборачиваясь и смотря холодно. – Хватит мучить себя. Я ничего к тебе не чувствую. Слышишь? Так что успокойся уже и прими в...
Познав предательство на собственной шкуре, я решила отвлечься и принять участие в программе по обмену адептами, отправляясь в академию соседнего государства. Думала, мне станет легче, но как же я ошибалась. Нелепая случайность, и моя аура связалась с аурой нахального старшекурсника, который одним своим видом бесит до невозможности. Но это лишь полбеды. Теперь я чувствую его, а он — меня… Ректор сказал, что придется ждать полнолуния, чтобы провести ритуал по разделению нашей связи, а это почти...
– Ты сошел с ума?! – учащенно дыша, я упиралась ладонями в грудь старшекурсника, пытаясь оттолкнуть его. – Тише… – волнующе прошептал он. – Не нужно так шуметь… – вонзив пальцы в мое бедро, маг потянулся к губам, намереваясь поцеловать. – Эй, парень?! – пискнула я, хаотично соображая, как избежать столь "горячего" продолжения. – Ты чего?! Отпусти! Мы с тобой даже не знакомы! – Не страшно… – прозвучало слегка хрипловатое в ответ. – Сейчас познакомимся… Сложно обучаться в элитной академии,...
– Ты должна поднять монету… – шептала испуганно подруга, пока тот, кто кинул ее к моим ногам, испытующе сверлил меня взглядом. – Нет! – мотнула я головой, учащенно дыша от удушающих эмоций. – Не должна! Я не хочу быть той, кто подставит свою шею под клыки вампира! – Тише… – голос подруги дрогнул. – Что ты творишь?! Он же всё слышит! – Тем лучше! Пусть слышит! – собравшись с духом, подняла глаза на кареглазого парня, окруженного такими же, как он. – Я не приму эту монету! Удостаивай такой...
– Убери от меня этого кошака! – злобно шипел парень, пугая синевой своих глаз. – С чего бы это? – хмыкнула я, наблюдая, как мой снежный барс цепко держал зубами грубияна за самое дорогое, что есть у каждого мужчины. – Ты сам виноват! Вокруг нас стремительно увеличивалась толпа любопытствующих, но тем лучше, пусть все знают, что я ни перед кем выслуживаться и преклоняться не собираюсь. – Повторяю в последний раз! – приглушенно рыкнул темноволосый маг, по обеим сторонам от которого стояли...
Не дочитала. Стиль изложения показался слишком наивным и примитивным, герои — картонные и поверхностные.
Не берусь ставить оценку, так как не закончила. Возможно, дело всё же в моём настроении, а не в книге.
Пошла искать ту самую.
Сестре приглянулся мужчина, который уже жил в моём сердце. Зная, что он отвечает мне взаимностью, Ракель обманом опоила меня и отдала в руки молодому лорду, не раз получающему отказ с моей стороны. Эта ночь с ним уничтожила меня. Придя в себя, я вернулась домой под утро, встречая ехидный взгляд сестры и яростные гримасы родни. Попытки объясниться сделали только хуже. Меня, чтобы избежать позора, поспешно выдали замуж за того, кто надругался надо мной. А он был только рад этому. Я делила ложе с...
Сестре приглянулся мужчина, который уже жил в моём сердце. Зная, что он отвечает мне взаимностью, Ракель обманом опоила меня и отдала в руки молодому лорду, не раз получающему отказ с моей стороны. Эта ночь с ним уничтожила меня. Придя в себя, я вернулась домой под утро, встречая ехидный взгляд сестры и яростные гримасы родни. Попытки объясниться сделали только хуже. Меня, чтобы избежать позора, поспешно выдали замуж за того, кто надругался надо мной. А он был только рад этому. Я делила ложе с...
Мою жизнь можно назвать идеальной, если бы не ее болезненное завершение раньше ожидаемого срока. Я очнулась в другом мире, в теле робкой дочери обедневшего барона, который без зазрения совести продал ее престарелому князю. Мерзкий старикашка желает запустить свои липкие ручонки теперь уже под мою юбку, но смею разочаровать. Не дождетесь! Ни монет за меня, ни уж тем более обнаженного тела! Я намерена продолжить свою идеальную жизнь на новом месте, и никому из вас в ней место не предусмотрено!