Еи? - пропищал догадливый Пауль.
- Да, убираемся как можно быстрее, - шепотом подтвердила я.
Некромант обернулся, удивленный моим шептанием.
- Реакцию на комплименты отрабатываю, - заверила я первогодку.
- Какие комплименты? - изумился он. - Ты страшная и непривлекательная, я вообще не понял, с чего Норт на тебя позарился.
Каюсь - сбилась с шага. Нет, я никогда не была красавицей, но все же и не совсем же я уродина.
- Девушка должна быть утонченной, - продолжал некромант мечтательно, - хрупкой, с длинными волосами и белой как первый снег кожей...
- Это нежить, - вставила я.
Клиент всегда прав, он свято в это верит и не стоит переубеждать человека, ему так комфортнее и он охотнее платит.
Все сдохнут со смеху! — заключила Унна Вейлар.
— Вечно ты врешь, — я зевнула, — обещаешь-обещаешь, а они все еще живы.
Выглядело все донельзя загадочно и важно, мистически даже. Особенно напрягало молчание, и в итоге я действительно почувствовала себя членом тайного общества.
Я не знаю, как поступил бы кто-то другой, Дан, возможно, у них есть что-то еще, а у меня есть только я сама и ничего больше. И если я себя потеряю, смысла жить дальше уже не будет.
Серьезная, – пояснил Дан, – светлая, умная, знающая, чего хочет. Классная. А ты очень классная, Риа. Так вот, мы знали, что нам ничего не светит – ты не из тех, кто увивается за такими, как мы. Ты из тех, кого нужно добиваться – долго, упорно и старательно. Ты из тех, с кем хочется связать свою жизнь. Ты из тех, кто не сдается. Так вот там и тогда, мы просто решили напугать, а потом воспользовались ситуацией, понимая, что никогда больше прикоснуться к тебе и не сможем.
Есть вещи пострашнее смерти. К примеру, остаться умертвием, полностью осознающим свое состояние, и видеть, как твое тело медленно разлагается. И даже когда оно сгниет – сознание останется привязанным к останкам. Вечно.
– Давайте сегодня о хорошем, – предложил Норт, поднимаясь и разливая вино по бокалам.
Тадор действительно изменил мою кровь, но изменил как-то по-особенному, дав силу пробуждать скрытое в других.
Иной раз смерть милосердна и является даром богов.
Гениальное просто, и в то же время нет ничего сложнее кажущейся простоты.
Делай, что должно, и будь, что будет.
Целительство многие воспринимают как слабый дар, не осознавая – тот, кто может заставить сердце биться, столь же легко может его и остановить.
Мама рассказывала, что у отца одной из любимых поговорок была «Врага надо знать в лицо». Когда-то я рассказала об этом дяде Тадору, он рассмеялся и ответил: «Враг – грязь под твоими ногами. Знать каждого? Велика честь, Риа. Иди к цели прямо, не оглядываясь, и тогда будешь топтать врагов, даже не замечая их гибели».
Любишь, когда тебя используют так, как использовал Тадор – втемную? А когда все открыто и честно, ты называешь это «прогнуться под обстоятельства»?
Платье отличное, но ты в нем слишком красивая.
Женщины, мой мальчик, всегда достаются решительным, амбициозным и стремящимся к власти.
Что? – Я оторвалась от торта и потрясенно посмотрела на Дана. – Иди это, в окошко глянь, – посоветовал он мне, разливая нам еще вина. – Т-т-тут нет окон, – напомнила я. – Не, Риюш, – Дан хмыкнул, – это раньше их тут не было…
– Умничка, – незаслуженно похвалил Норт. – Моя талантливая, самая отважная, такая умненькая и заботливая умничка.
– Ненавижу! Как же я его ненавижу – эгоистичный, помешавшийся, беспринципный ублюдок! Довел страну до предела! За шестьдесят лет никаких изменений в законах, убийственные налоги, армия старинного образца, от которой ни толку, ни смысла, мужики пятнадцать лет жизни теряют совершенно напрасно! Тьма, он ни умертвия не делал за все годы своего проклятого правления! А теперь одумался в конце жизни, решил, что свои порядок в королевстве не наведут и давай требовать соседнего принца! Божком себя возомнил! Вершителем судеб! Мразь!
Попробую угадать – ректору ты тоже не дала?
Нам стыдно, Риа, до сих пор, всем троим. Потому что на нашу низость ты ответила благородством, и от этого постыднее раз в сто. Я восхищаюсь тобой, малышка, искренне восхищаюсь, Эдвин, он просто потерял голову, а Норт… Знаешь, если он поймет, что ты счастлива с Риком, он ведь без слов уйдет в сторону и даст тебе быть счастливой. Я это понял тогда, когда были разборки с Тарном. Не поверил сразу, а потом понял – Норт ставит твое счастье выше своего. Он любит, действительно любит, причем той любовью, что между нами, мужиками, признак слабости.
Мелочи это то, что формирует нашу реальность, смысл нашего существования, комфорт нашего проживания.
В твоей жизни было так много плохого, давай ты его забудешь и сюда будешь записывать только хорошее, чтобы запоминалось исключительно оно.
Если бы, подчеркиваю, если бы я решил на тебе жениться, общественное мнение – последняя инстанция, на которую я обратил бы внимание. Сердце, – он улыбнулся, – вот единственный критерий отбора, все остальное – незначительные трудности, легко преодолимые.