Когда система замкнута, можно менять ее конфигурацию. Можно заставить ее сомневаться в реальности. Можно заставить ее принять боль как норму. Можно заставить ее служить чужим целям, считая их своими.
Никакого насилия – только мягкая сила.
И вот ты уже – новая личность, собранная чужими искусными руками. Безвольно наблюдаешь, как твоя собственная воля, некогда казавшаяся незыблемой, становится слишком податливой. Ты видишь, как твои мысли, еще вчера четкие, начинают путаться, подстраиваясь под чужую логику. Ты слышишь, как из твоих уст вылетают слова, которые ты и не думал говорить.
В конце концов, от твоей прежней личности не остается ничего, кроме оболочки. А пустота внутри заполнена чужими установками.
Механизм остановился.
Шестеренки застыли.
Цель достигнута.
И это трагедия, ломающая судьбы людей.
Поведение человека – это набор алгоритмов, которые легко предсказать. Манипулятор изучает эти алгоритмы. Он знает заранее, какое действие вызовет какую реакцию.
Это логика.
Легкое давление в нужном месте в нужное время. Сомнение, брошенное вскользь. Чувство вины, оставленное без прощения. Лесть, попавшая на благодатную почву. Психика пытается компенсировать давление. Она ищет опору. Манипулятор предлагает себя в качестве этой опоры.
Это искусство.
Манипулятор умён. Он говорит на языке твоих собственных страхов. Он знает, какое слово отзовется эхом старой боли, какой взгляд пробьет брешь в защите. Он не атакует извне. Он заставляет механизм работать против самого себя. Отныне воля – это мираж. Убеждения – песок. Все это тает, рассыпается под точными, выверенными касаниями мастера.
Механизм лишается прежних ориентиров. Чужая критика объявляется враждебной. Чужие мнения – ложными. Остается один источник истины - манипулятор.
Это изоляция.
Что такое человеческая психика?
Кажется, что это прочная конструкция, способная выдержать любые нагрузки.
Это иллюзия.
Её с легкостью можно разобрать на части. Для этого не нужны инструменты. Достаточно слов. А если точнее – их правильная последовательность. Так работает НЛП.
Гордыня. Та, что начинается с шепота: «Ты лучше, чем им кажется. Ты достоин большего». И ты веришь этому шепоту. Сначала ты ставишь себя на пьедестал в собственном воображении. Потом требуешь, чтобы и другие увидели тебя на нём.
Ведь подлинная гордость, настоящее величие не кричит о себе. Она просто есть – как фундамент дома, как ствол векового дуба. Это чувство, что ты не зря прошёл свой путь, что твой труд, твоя честь, твоя верность – это камни, из которых сложена крепость твоего «я». И ты стоишь на этой твердыне, глядишь на пройденную дорогу, и на душе у тебя светло и легко. Это гордость
-мы держим корону над теми, кого сам же короновали.
Ну что ж, банальность — это тоже жанр. И в нём автор уверенно держит планку: развод, страдание, метафоры с бумерангом, всё по ГОСТу. Но вот что радует: бумеранг, оказывается, не просто метнулся в пустоту, а прилетел аккурат в лоб обидчику. Да ещё с такой амплитудой, что у него теперь внутренний монолог, как у героя третьего акта трагедии.
Так что, несмотря на пафос и избитые образы, книга выполняет свою главную функцию: месть доставлена, эмоции выплеснуты, читатель порадован. А это, согласитесь, уже не так уж и плохо.
- Настя, - наконец выдохнул Тим. – Никто, даже такая талантливая женщина как ты, не может вынести мозг сразу по двум поводам. Потому что я получил новую работу и уезжаю. И потому что я не получил работу, остаюсь тут и не реализую себя.
Пусть умоются кровью все те, кто усомнился в нашем миролюбии.
Начитаетесь своих романов, которые одни бабы пишут для других, а потом ждете, что он будет восторгаться вашей бархатной или мраморной или алебастровой кожей.
- А он не будет?
- Конечно, нет! Все что средний мужик знает про бархат, так это что им гробы внутри оббивают. Из мрамора памятники делают. А алебастр в строительстве самая нужная вещь.
возвращаясь домой, мне хотелось, только тебя, а вместо этого на меня обрушивались проблемы, заботы, ты в халате, дети кричат по любому поводу. Когда я тебя встретил, мне казалось, что это лотерейный билет, а присмотрелся — просто фантик.
этому спичечному дизайнеру не нужны дети сами по себе, ему нужны эмоции, которые он провоцирует своими резкими заявлениями. Будь то печаль, апатия, страх или истерика.
— Когда мы боимся человека, когда мы наделяем его некой силой, которая, как нам кажется, может нас поразить, мы как бы даем ему право управлять нашей жизнью. Мы все действия подстраиваем под него. В общем, разрешаем ему решать, как будет выглядеть твоя собственная жизнь.
— любое событие, которое мы преодолеваем, не проходит бесследно. И каждое из них не забирает у нас, а наоборот, дает. Добавляет нам силы, уверенности, мудрости.
— …когда с нами в жизни происходит что-то плохое, например, болезнь, расставание, увольнение, любая напасть, мы думаем, что это делает нас слабее. Думаю, все слышали и даже произносили: это меня подкосило, убило, и так далее и тому подобное. Именно так мы себя ощущаем, но упускаем из вида важное: любое испытание — это левел ап.
— Интересное дело, — глаза Олега опасно сузились, — то есть ты не хочешь поддержать своего сына.
— Олег, тебе нужна не поддержка, а обожание, и я тебе его даю.
— Господи, ну не начинайте, пожалуйста, мне и так тошно! Куда вы лезете?!
— Куда я лезу, куда я лезу! Ну, конечно, конечно, как помощь нужна, так приходите. А как совет дать, то куда я лезу. Никому мы старики со своими советами не нужны, а я ведь просто как лучше хотела, — всхлипнула свекровь
Напрашивался старый анекдот: даже если тебя съели, не сдавайся, всегда есть минимум два выхода. Я выпрямилась и огляделась, чтобы найти, где мой выход, хотя бы один.
Если Виталику так нужны тишина и уединенность, мог назначить встречу в библиотеке, отделе Шотландской литературы — ни единого человека со времен английской революции.
Торт сладкий, слёзы солёные, а предательство на вкус горчит как апельсиновая кожура.
— Никитушка, оставь маму в покое. Так иногда бывает: мамы вырастают и начинают жить самостоятельно. Просто дай ей вылететь из гнезда, не держи.
- Я не романтик. И уже не молодой. А с каждым годом становлюсь еще немолодее и единственный человек, с которым я хотел бы состариться это ты.
Ну такое… Я вчера суп сварил. Эй, - он опытным движением заткнул мне рот ладонью, - не реви. Это просто суп, поняла? На бульонном кубике и из картошки я глазки не вырезал, поняла? И мыл ее плохо…без души.
Наивные мужчины, вот вам правда: после тридцати мы встаем с кровати с видом, с которым Дракула восстает из своего гроба.
Не каждое порно так заводит женщину, как рукастый мужик на кухне.