Отзывы о книгах
грустноНу я рада хэ и героиня в 50 даже не беременна , а вот мэны старше 52 вдруг все стали обзаводится детьми от молодых девиц и поведут детей в 1 класс со своими внуками - просто шедевр и с каждым прожитым годом старички будут молодеть .
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
в отпускРоман современный, но любовь там светилась только от одного человека - ГГероини. Остальные, т.н. "герои", вели борьбу за деньги, за власть. Борьба жестокая, грязная, беспощадная, не знающая жалости даже к родной матери. Автор в своем репертуаре - жестокость, грязь, криминал.
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
не оторваться
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
грустно
глупоТимур такой дурачок.... Даже жалко его....
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
Норм не шедевр ,но прочитать можно... есть + : нормальная дочь,то что не вернулась к бывшему...
страшно то что в реальной жизни бывает столько предателей , а сколько таких как Ефим которые так умело пудрят мозги и подчиняют себе людей... ещё один + что нет беременности в 50+.
страшно то что в реальной жизни бывает столько предателей , а сколько таких как Ефим которые так умело пудрят мозги и подчиняют себе людей... ещё один + что нет беременности в 50+.
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
грустноКакие то странные эмоции вызывает книга. Здесь не столько о разводе, сколько о предательстве близких людей.
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
не оторваться
мудро
страшно
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
Конечно, накручено много, но как много есть еще таких "тихих и неприметных гуру (Ефимов) , за которыми реально идут люди и продают не только все себя , но и себя.
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
У автора шаблон: сверхразумный злодей, настолько злодейский, что с легкостью управляет человечеством. Но хорошие и добрые, собравшись в кучу, забарывают суперзлодея, и только насмерть, ведь иначе мировое зло в его лице вырвется и победит вселенную марвела
В общем, хрень какая-то
В общем, хрень какая-то
- Ты будешь всем обеспечена. Я позабочусь о тебе. Ведь я же тебя создал и приручил, - муж надменно вздергивает подбородок. - Я не прощу измены, - голос предательски дрожит, а сердце сгорает в адском огне. – Забудь меня. Не ищи. - Не смеши меня, - усмехается. – Кто ты без меня? Никто. *** Я сбежала в никуда, унося с собой нашего сына под сердцем. Пройдет всего четыре года и у меня будут брать интервью, спрашивая о моем пути к успеху. Но я не признаюсь, что все началось с предательства того,...
грустно
до слез
наивноглупострашно
графомания
фуууу
жестокость
пошлоЭта такая дрянь, что лучше пройти мимо, не копаться в мусорной куче, чтобы не испачкаться знакомством с этим сюжетом.
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
не оторватьсястрашно
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
страшноСтрашно представить, что такое может произойти в семье. Жить и бояться повернуться к близким людям спиной! Какой-то вирус помешательства на отдельно взятую "ячейку общества" - средоточие, внешне благопристойных, а на деле уродов, шокирует. Хочется верить, что такая концентрация подлости в реальной жизни не встречается. Иначе, ходить и оглядываться?
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
Измена, развод, предательство сына и мужа, там много всего, но главное правило - без внешней помощи от третьих лиц, крутых как вареные яйца, ничего у брошенок, даже трижды гениальных, не срослось бы.
А если учесть, что из десятков тысяч везёт только одной - что происходит с остальными?
Но сын там, реально, чудовище
А если учесть, что из десятков тысяч везёт только одной - что происходит с остальными?
Но сын там, реально, чудовище
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
Это не роман про «развод в 50» и не история о любви. Это психологический триллер под маской семейной драмы.
Любовная линия здесь вторична — она появляется уже после того, как героиня проходит через предательство, насилие, манипуляции и прямую угрозу жизни.
Самое страшное в книге — не измена мужа, а фигура сына. Он оказывается куда опаснее отца: холодный, управляемый, готовый переступить любую грань. И ещё страшнее то, кто стоит за ним — «духовный» дядя, серый кардинал семьи, классический лидер секты: паразит, манипулятор, разрушитель, прикрывающийся псевдофилософией и «просветлением». Ассоциации с реальными сектами и их влиянием на психику возникают сами собой.
Героиня — не жертва и не «женщина, которую спасли». Она учёный, создатель, носитель реальной ценности — знаний, разработок, патентов. Именно поэтому вокруг неё разворачивается охота. Деньги здесь вторичны, первичен контроль.
Финал формально хеппи-энд, но он не сладкий. Он про справедливость, а не про всепрощение. Про то, что не все заслуживают второго шанса, и что материнская любовь тоже имеет предел. Сын наказан — и это, пожалуй, самый честный момент книги.
Книга оставляет тяжёлое послевкусие. И именно поэтому о ней сложно писать «приятные» отзывы. Это история не для комфорта, а для размышлений — о семье, власти, манипуляции и цене иллюзий.
Любовная линия здесь вторична — она появляется уже после того, как героиня проходит через предательство, насилие, манипуляции и прямую угрозу жизни.
Самое страшное в книге — не измена мужа, а фигура сына. Он оказывается куда опаснее отца: холодный, управляемый, готовый переступить любую грань. И ещё страшнее то, кто стоит за ним — «духовный» дядя, серый кардинал семьи, классический лидер секты: паразит, манипулятор, разрушитель, прикрывающийся псевдофилософией и «просветлением». Ассоциации с реальными сектами и их влиянием на психику возникают сами собой.
Героиня — не жертва и не «женщина, которую спасли». Она учёный, создатель, носитель реальной ценности — знаний, разработок, патентов. Именно поэтому вокруг неё разворачивается охота. Деньги здесь вторичны, первичен контроль.
Финал формально хеппи-энд, но он не сладкий. Он про справедливость, а не про всепрощение. Про то, что не все заслуживают второго шанса, и что материнская любовь тоже имеет предел. Сын наказан — и это, пожалуй, самый честный момент книги.
Книга оставляет тяжёлое послевкусие. И именно поэтому о ней сложно писать «приятные» отзывы. Это история не для комфорта, а для размышлений — о семье, власти, манипуляции и цене иллюзий.
- Светик, входить без стука нехорошо, - муж оборачивается, с хитрой улыбочкой подмигивает мне. – Дай нам пару минут, мы с Ариночкой скоро закончим. Супруг зажимается в нашей ванной с обнаженной женщиной. Процесс у них в самом разгаре. А я чувствую, как весь мой двадцатидевятилетний брак обрушивается огромной глыбой мне на голову. - С кем? – зачем-то спрашиваю. - С моей будущей женой. - Приветик! – женщина, не стесняясь своей наготы, машет мне рукой. - Ты не переживай, мы...
Всего слишком много, даже чересчур…еле домучала…
Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях. Мой любимый мужчина обнажен, рядом с ним… Раиса. Лучшая подруга… - Степан! Раиса! Но как же… - инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу. Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове. Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой… И подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все… Может ли что-то быть больнее? - Виолетта, ты все не...
Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях. Мой любимый мужчина обнажен, рядом с ним… Раиса. Лучшая подруга… - Степан! Раиса! Но как же… - инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу. Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове. Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой… И подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все… Может ли что-то быть больнее? - Виолетта, ты все не...
грустнодо слез
Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях. Мой любимый мужчина обнажен, рядом с ним… Раиса. Лучшая подруга… - Степан! Раиса! Но как же… - инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу. Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове. Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой… И подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все… Может ли что-то быть больнее? - Виолетта, ты все не...
Нецеевский Алексей Юрьевич
№ 145 в рейтинге
поделился мнением
о книге
«Предатель. Цена прощения»
2 месяца назад
фууууА что, если раскрутить кучу сюжетных линий, нестыкующихся друг с другом , наплодить кучу героев, характеристики которых меняются хаотично и вопреки здравому смыслу, и приправить эту солянку сборную "высокой" обрыдалой трагедью, то читателя тошнить не будет? А вот и неправда ваша-тошнит-с.
Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях. Мой любимый мужчина обнажен, рядом с ним… Раиса. Лучшая подруга… - Степан! Раиса! Но как же… - инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу. Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове. Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой… И подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все… Может ли что-то быть больнее? - Виолетта, ты все не...
глупографоманияКакой-то паноптикум мерзости и жестокости. Побольше страданий, ведро штампов из сериалов, ноль логики.
Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях. Мой любимый мужчина обнажен, рядом с ним… Раиса. Лучшая подруга… - Степан! Раиса! Но как же… - инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу. Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове. Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой… И подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все… Может ли что-то быть больнее? - Виолетта, ты все не...
глупо
Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях. Мой любимый мужчина обнажен, рядом с ним… Раиса. Лучшая подруга… - Степан! Раиса! Но как же… - инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу. Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове. Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой… И подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все… Может ли что-то быть больнее? - Виолетта, ты все не...
фуууу
Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях. Мой любимый мужчина обнажен, рядом с ним… Раиса. Лучшая подруга… - Степан! Раиса! Но как же… - инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу. Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове. Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой… И подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все… Может ли что-то быть больнее? - Виолетта, ты все не...
Однообразие книг багировой начинает напрягать.
Постель. Смятые простыни. Два обнаженных тела. Я в дверях. Мой любимый мужчина обнажен, рядом с ним… Раиса. Лучшая подруга… - Степан! Раиса! Но как же… - инстинктивно прижимаю руку к еще плоскому животу. Мои слова звучат жалко. Но я все еще не верю. Это не укладывается в голове. Кто угодно, только не Степан… Он же не такой… он особенный… мой… И подруга, которую я люблю как сестру. Я же ей доверяла все свои тайны. Она знала про меня все… Может ли что-то быть больнее? - Виолетта, ты все не...
скучноглупографоманияфууууТупой и ещё тупее. 50 оттенков розовых соплёй. Санта Барбара отдыхает. Не советую
- Ты будешь всем обеспечена. Я позабочусь о тебе. Ведь я же тебя создал и приручил, - муж надменно вздергивает подбородок. - Я не прощу измены, - голос предательски дрожит, а сердце сгорает в адском огне. – Забудь меня. Не ищи. - Не смеши меня, - усмехается. – Кто ты без меня? Никто. *** Я сбежала в никуда, унося с собой нашего сына под сердцем. Пройдет всего четыре года и у меня будут брать интервью, спрашивая о моем пути к успеху. Но я не признаюсь, что все началось с предательства того,...
- Ты будешь всем обеспечена. Я позабочусь о тебе. Ведь я же тебя создал и приручил, - муж надменно вздергивает подбородок. - Я не прощу измены, - голос предательски дрожит, а сердце сгорает в адском огне. – Забудь меня. Не ищи. - Не смеши меня, - усмехается. – Кто ты без меня? Никто. *** Я сбежала в никуда, унося с собой нашего сына под сердцем. Пройдет всего четыре года и у меня будут брать интервью, спрашивая о моем пути к успеху. Но я не признаюсь, что все началось с предательства того,...