Отзывы о книгах

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...

– Ненавижу тебя! Ты мне больше никто! Марату плевать на мои слова. Всего через секунду муж снова дёргает меня на себя. Он сжимает меня, как свою вещь, до боли стискивает в стальных объятиях. – Ты носишь моего ребёнка! Ты моя! Моя жена. И никуда ты не денешься. – голос Марата становится ниже, тяжелее, он рычит мне в лицо, – Один раз с Анжелой ничего не значит! Он как одержимый зверь, который никуда и никогда не отпустит с его ребёнком в животе. Считает свою измену пустяком и не хочет...