Современная проза
Произведения Павла Павловича Улитина (1918–1986) с трудом поддаются жанровому определению. Начиная с сороковых годов прошлого века, он последовательно выстраивал собственную, не имеющую различимых аналогов, форму прозаического высказывания. «Я хочу найти слова, которые не имеют прибавочной стоимости», — писал Улитин, а свою писательскую технику называл «стилистика скрытого сюжета». Движение этого сюжета и определяет смену картин и цитат, перекрестный гул звучащих в памяти голосов или иронический...
Каждая новелла, вошедшая в сборник – сжатый до нескольких страниц роман. Насколько емок иврит, насколько спрессованы мир и война, история и религия, жизнь и смерть, любовь и ненависть, на, казалось бы, крошечной территории Израиля; настолько насыщены тексты Миши Ландбурга. Каждого приехавшего в Израиль поражает то, как на протяжении считанных километров меняется климат, природа, пейзаж страны. Так и читателя новелл и на иврите и в авторском переводе на русский, захватывают резкие, но такие...
Новый роман П. У Энквиста — неправдоподобная история, основанная на реальных событиях. Переплетения судеб Бланш Витман, скандально известной пациентки доктора Ж. М. Шарко, и Мари Кюри, дважды лауреата Нобелевской премии (в ее лаборатории Бланш работала много лет), символически отражают конвульсии, в которых рождался XX век, а радий, открытый Кюри, становится метафорой любви с ее странной способностью давать жизнь и быть порой смертельно опасной. Множество фактов, связанных с деятельностью Шарко...
Героиня нового романа «Пасторша» самой известной норвежской писательницы Ханне Эрставик — женщина-пастор в маленьком городке на севере Норвегии, куда она приехала из Германии, пережив личную драму — гибель ближайшей подруги. Прежде чем стать священнослужителем, она писала об истории саамов, и ниточки из прошлого тянутся в сегодняшний день ее прихожан. Ее вера вновь и вновь подвергается испытаниям… Многое было бы проще, будь она мужчиной. Но она — пасторша.
Сборник избранного «Не ножик не Сережи не Довлатова» включает в себя необыкновенно точные и глубокие описания как трагедии эмиграции советской литературы, так и фигур и судеб самих писателей в широком диапазоне от сарказма до романтизма. Первое появление романа в печати вызвало памятный литературный скандал, отголоски которого не утихли и сегодня. Содержание сборника: Как вы мне надоели Ножик Сережи Довлатова Не ножик не Сережи не Довлатова Пир духа Кухня и кулуары Прихожая...
Возвращение на Родину после долгих лет эмиграции… Чем-то оно обернется для знаменитого режиссера и писателя? Радостью? Или чередой опасных приключений, в которых каждое последующее событие – еще более странное и невероятное, чем предыдущее, в которых рискуешь – как дышишь, а способность удивляться теряешь весьма скоро…
«Знаете ли вы, что такое «приготовишка»? Когда-то до войны так называли в России мальчуганов, обучавшихся в гимназиях в приготовительном классе. Мужчина этак лет восьми, румяный, с веселыми торчащими ушами. В гимназию шагал он не прямо по тротуару, как все люди, а как-то зигзагами, словно норвежский конькобежец. За спиной висел чудовищный ранец из волосатой и пегой коровьей шкуры. В ранце тарахтел пенал, горсть грецких орехов, литой черный мяч, арифметика и Закон Божий. В руке – надкусанное...
«Квартира возле PORTA NOMENTANA. Выше учительницы, выше штопальщика-портного, даже выше двух синьор, работниц с кустарной фабрики плетеной мебели. На что уж бедные синьоры, но Варвара Петровна умудрилась еще выше поселиться, рядом с голубями…»
«В тихом отеле на окраине Парижа сидел в своем номере русский мальчуган Дима и скучал. Настоящее его имя было Вадим, но у шестилетнего человека все ведь маленькое: и башмачки, и курточка, и самое имя. В номере отеля не очень-то развлечешься. Дима открывал и закрывал краны с горячей и холодной водой, выдвигал и задвигал ящики комода – понюхал завалявшийся в комоде колбасный хвостик… Неинтересно. Нажал кнопку звонка у дверей. Раз приделана, значит, надо нажать. Но пришла горничная и сказала, что...
«Конечно, «страшное» разное бывает. Акула за тобой в море погонится, еле успеешь доплыть до лодки, через борт плюхнуться… Или пойдешь в погреб за углем, уронишь совок в ящик, наклонишься за ним, а тебя крыса за палец цапнет. Благодарю покорно!.. Самое страшное, что со мной в жизни случилось, даже и страшным назвать трудно. Стряслось это среди бела дня, вокруг янтарный иней на кустах пушился, люди улыбались, ни акул, ни крыс не было… Однако до сих пор – а уж не такой я и трус – чуть вспомню, по...
«Утром Тосю будить не надо: просыпается она вместе с цикадами и петухами – их ведь тоже никто не будит. Проснется и тихо лежит рядом с матерью, выпростав голые ручки из-под легкого одеяла. В оконце качается мохнатая сосновая ветка. Порой присядет на ветку острохвостая сорока, – в самую рань, когда люди еще спят, она всегда вокруг дома хлопочет. Птица старается удержаться на пляшущей ветке, смешно кланяется клювом, боком топорщит крыло и перебирает цепкими лапками. Шух. И слетает за край окна к...
Новая книга известного эссеиста и прозаика Александра Гольдштейна (1958–2006), лауреата премий «Малый Букер» и «Антибукер», автора книг «Расставание с Нарциссом» (НЛО, 1997), «Аспекты духовного брака» (НЛО, 2001), «Помни о Фамагусте» (НЛО, 2004) — увлекательное повествование, сопрягшее жесткие картины дневной реальности во всей их болезненной и шокирующей откровенности с ночной стороной бытия. Авантюристы и мистики, люди поступков и комнатные мечтатели, завороженные снами, очарованные наитиями,...
Жесткая, злая, обжигающая и пронзительная исповедь писателя, свою военную службу лейтенанта-двухгодичника прошедшего в качестве дознавателя в армейском дисбате, перемежаемая рассказом о жизни выдающегося художника Средневековья Иеронима Босха.
─ Боже! Как хорошо, что ты вернулся живым! ─ прошептала Оксана. Фёдор задумчиво посмотрел ей в глаза, словно пытаясь выяснить, что стоит за этими словами. Он думал о том, как нелепо распорядилась она своей жизнью. Вышла замуж по расчёту, предав их любовь. И расплачивается за это сполна. А он-то сам за что расплачивается? За свою нерешительность... ─ Знаешь, о чём я жалел там, в Афгане? ─ вдруг спросил он. ─ О чём же? ─ Оксана наклонила голову, отчего её белые локоны игриво заструились по...
«По вечерам учительница любила уходить одна к морю. Детей в русской усадьбе укладывали спать рано. Младший мальчик, морщась, пил свое молоко и каждый раз упрашивал учительницу:
– Пожалуйста, Лидия Павловна, один глоточек.
– Пей сам.
– За мое здоровье!..»
Infinite Jest is the name of a movie said to be so entertaining that anyone who watches it loses all desire to do anything but watch. People die happily, viewing it in endless repetition. The novel Infinite Jest is the story of this addictive entertainment, and in particular how it affects a Boston halfway house for recovering addicts and a nearby tennis academy, whose students have many budding addictions of their own. As the novel unfolds, various individuals, organisations, and governments...
Вопросов полон мир, — кто даст на них ответ? Брось ими мучиться, пока ты в цвете лет. Здесь, на Земле, создай Эдем, — в небесный Не то ты попадешь, не то, ой милый, нет. Омар Хайям. Великий поэт и великий философ-суфий. Это известно ВСЕМ. Но — многие ли знают, что перу его историки приписывают одну из загадочнейших рукописей Средневековья — так называемый «Самаркандский манускрипт». Так ли это в действительности? Версий существует много… однако под пером Амина Маалуфа история создания...
Америка 1920-х… Медиумы, шарлатаны, мошенники, доверчивая публика… Журнал «Сайентифик американ» обещает приз в 5000 долларов любому, кто продемонстрирует убедительные доказательства спиритического контакта… Выпускник психологического факультета Гарварда Мартин Финч отправляется в Филадельфию, чтобы оценить невероятные парапсихологические способности Мины Кроули, жены местного врача. Финч полон желания изобличить мошенницу, но… как можно изобличить ту, которую любишь больше жизни? И что делать,...
Давид Шахар, великий мастер описания страстей человеческих, возникающих не просто где-то, а в Иерусалиме. «Сон в ночь Таммуза» почти дословный парафраз шекспировского «Сон в летнюю ночь» – переплетения судеб, любви, измен и разочарований, завязка которых – в Иерусалиме 30-х годов, Палестине, периода британского мандата, необычном времени между двумя мировыми войнами. Художники, поэты, врачи, дипломаты – сейчас бы сказали «тусовка», тогда – «богема». Страницы романа пронизаны особой,...
«Реквием по Наоману» – семейная сага. Охватывает жизнь многочисленного семейного клана с 90-х годов ХIХ в. до 70-х XX-го. Бениамин Таммуз построил свою сагу о семье Фройки-Эфраима подобно фолкнеровской истории семьи Компсон, пионеров, отважно осваивавших новые земли, но в течение поколений деградировавших до немого Бенджи (роман «Шум и ярость»). Шекспировские страсти нависали роком над еврейской семьей с Украины, совершившей, по сути, подвиг, покинув чреватую погромами, но все же хлебосольную...
Персонажі роману намагаються уникнути самотності і віднайти сенс життя через абсолютне кохання, кохання неможливе, що межує з небуттям та божевіллям. Історію Лол Валері Штайн розповідає та одночасно вигадує закоханий у неї Жак Гольд. Вона починається однієї ночі, яка уміщує стільки подій, що здається нескінченною. На зорі Лол В. Штайн уже зовсім інша. Руйнація і божевілля спочатку, потім — забуття і сон, що продовжується десять років. Через десять років Лол з родиною повертається до...
Эту книгу надо было назвать «Книгой неожиданных открытий». Вы прочитываете рассказ, который по своим художественным достоинствам вполне мог принадлежать перу Чехова, Тургенева или Толстого, и вдруг с удивлением сознаете, что имя его автора вам совершенно незнакомо… Такова участь талантливых русских писателей – эмигрантов, печатавших свои произведения «на Чужбине», как обозначил место издания своих книг один из них. В книгу вошли также короткие рассказы таких именитых писателей, как Алексей...
Середина — конец 90-х годов 20-го века. Русский шахматный мастер Виктор Одинцов играет на турнире в пригороде Парижа. Но вместо честно заработанного приза он волею обстоятельств попадает во французскую тюрьму… Выйдя на свободу, снова сталкивается с труднопреодолимым барьером — своеобразной «Французской защитой», связанной с нечестной игрой противников, произволом судей. У Виктора появляется любимая девушка, Симона, которая помогает ему. Однако русского игрока преследует одна неудача за другой....
О пограничниках написано много, но было это так давно, что теперь уже вряд ли кто вспомнит истории про Карацупу, его верного друга пограничного пса Джульбарса и славных парней в зеленых фуражках. Этот сборник возвращает читателя к людям, волей судьбы или, что в принципе одно и то же, своих командиров заброшенным на окраины нашей бывшей Большой земли и несущим нелегкую боевую службу на линии между жизнью и смертью. Притчи, миниатюры и просто байки в авторском исполнении с легким оттенком...