Двадцать два года, пять месяцев, семь дней и примерно три часа и четыре минуты — именно столько потребовалось детективу в отставке Трею Эвансу чтобы выйти на след серийного убийцы. И сейчас он готов вывести доктора Маккиллопа на признание и засадить его на пожизненное. Есть только один очень важный нюанс — это дело давно стало личным, от руки маньяка погибла его мать и сестра. Но Трей кажется забыл об этом. Или нет?
Гарри Фолгер очень любит китайскую еду и особенно печенье с предсказаниями. Он не очень то в них верил, но ровно до тех пор, пока они не стали сбываться с поражающей точностью. Гарри встретил свою подзабытую любовь, и вновь стал наслаждаться жизнью. Как вдруг печенье нагадало беду. Неужели все предрешено или можно обмануть смерть и переписать судьбу? Гарри решительно надломил новое печенье и...
Огонь завораживает. Огонь — словно живое существо. Огонь прекрасное зрелище. Особенно если сам его устроил. Все здание пылает и в этой схватке будет только один победитель — пожарным не справиться с огненной стихией. К тому же сегодня все иначе, в пламенной ловушке оказался человек. Счет идет на секунды и ночной костер наметил новую жертву. А может и не одну.
Есть — убийца, есть жертва, есть орудие убийства. Вот только с мотивом не все ясно. Департамент отправляет на допрос новобранца, чтобы он разобрался с этим простым делом. Но все оказывается сложней чем казалось в начале. Купленный накануне топор, семейные неурядицы, тихий квартирант и сложные любовные отношения, делают бытовое преступление клубком интриг и тайн.
Джек лишился самого близкого и родного человека, младшего брата по имении Тедди. Это событие подкосило и выбило его из колеи. Разумом Джек понимает — что надо простить, принять и отпустить. По возможности — жить дальше. Но сердцем он боится что не сможет забыть своего брата, или наоборот вскоре даже не вспомнит. Может стоит обсудить это на собрании Анонимных Алкоголиков? Именно туда Джек и держит свой путь.
Джонни Мейплисид — странный парень, зарабатывающий себе на жизнь стрижкой газонов и выкорчевыванием сорняков. Он очень старательно и педантично выполнял свою работу. Ровно до того момента, как умер на заднем дворе. Но случилось непредвиденное — его дух не успокоился и не отправился на небеса — ровно в три часа ночи каждый божий день он запускает газонокосилку и монотонно продолжает заниматься любимым делом. Очень надоедливое приведение уже сводит с ума всех жильцов в районе. Но может быть есть...
Вагон дали нам хороший, номер «172-256», товарный. Срок возврата — январь будущего года. Осмотр последний в августе был. И все это на вагоне обозначено. Площадочка имеется тормозная, чин чином. На площадке той самой мы и ехали. Вагон-то в Москве запечатали под пломбу, чтобы не было разговоров, какой груз...
Полгода назад я стала владелицей старого и красивого особняка, однако только сейчас, после развода с Гарри, я решила въехать в него. Шумный город больше не привлекал меня. Мое сердце жаждало тишины и спокойствия. Да, новое жилище находилось в немилости времени и требовало ремонта, но меня это не останавливало. Я мечтала превратить его в настоящую жемчужину. И у меня были не только средства, но и неиссякаемое желание это сделать...
Я сидел за огромным рабочим столом. Под столом тихо шуршал кубической формы блок - ядро сервера Анны Олеговны. Сама серверная находилась за стеной в отдельном помещении размером с приличный лекционный зал. Ядро можно было бы тоже убрать отсюда, оставить только мониторы, клавиатуры, микрофоны с камерами для общения. Но Медвежонок очень хотел, чтобы эта шуршащая штуковина была здесь, ему это как-то грело душу. Я помню, как ругался с главным инженером института по поводу неудобства монтажа только...
Это – быль. Писатель встретил в Сочи генерала, который рассказал ему эту историю.
Л. Кассиль сам видел "портрет огнем", выжженный на теле этого генерала...
Тогда же Л. Кассиль и написал об этом, и рассказ был опубликован в журнале "Огонек".
Е. Таратута
ДТП в Екатеринбурге всколыхнуло общественность, две недели город гудел: обсуждалось на местных форумах, в СМИ. Суть: водитель проехал перекресток на красный свет, сбил маленькую девочку, протащил на капоте своего авто 50 метров, сбросил и скрылся. Номера не записали. Искали по всей области, проверили 1290 автомобилей этой марки. Помог аноним, преступника взяли под стражу,.... дали три года... Защита, преступник, потерпевшая, друзья и просто люди приговором не удовлетворены.... Событие взято за...
Василий Сидоренко пытался проснуться - его глаза и уши отказывались верить в реальность происходящего. Он летел на вертолёте, американском военном вертолёте, по Америке, в американское бомбоубежище. Всего семь минут отделяли его от смерти. Он мог только гадать, какая она будет - быстрая, когда он не успеет даже испугаться, или же медленная и мучительная, когда в течении долгих минут его лёгкие будут гореть огнём, пока кожа будет обугливаться? В салоне сидело ещё несколько человек, все молчали....
Мозоли окончательно поссорили капитана Галанина с действительностью. В самом деле, что может быть для отставного морехода горше и несноснее, чем мозоль на ноге – сословное отличие пешеходов? Проклятая суша! Она мозолила глаза и ноги капитану Галанину. Он уже не мог, как прежде, картинно попирать презренную землю. Он начинал прихрамывать.
Белые шарики одуванчиков чуть шевелились на ветру, но не облетали. Здесь, между ангарами, их никто не косил. Да и, пожалуй, тому, кто решил бы покуситься на это пушистое великолепие, не поздоровилось. Люди, вернувшиеся из дальних полетов, особенно бережно относятся к таким мелочам, частичкам родной, своей жизни. Лопатин, балансируя на редких плитках дорожки и стараясь не давить цветы, осторожно пробрался к двери, распахнул её и был встречен радостными воплями собравшихся. Здесь его всегда...
...хозяин дома зашептал скороговоркой что-то несуразное, в чем смысла вообще не было - словно на иноземном языке, и в определенный момент у Медунова даже волосы на голове зашевелились: он услышал, что хозяину дома кто-то отвечает. Вызывающий дрожь, шипящий голос заполонил комнату, и задыхающемуся Сергею Матвеевичу показалось, что вокруг угрожающе сжимаются стены. Сердце не выдержало, и он потерял сознание.
Бой-Бумба́. Жизнь бурлит на улицах Паринтиса, как в огромном, начищенном до блеска медном котле - бьют барабаны, без остановки звучат ритмы сельвы, повсюду маски, перья и бусины. И сам город, как нахальный озорной мальчишка, клокочет, гудит, ликует, с упоением разглядывает красно-синее небо, подставив разрисованное лицо жаркому бразильскому солнцу. Флаги, куклы, шаманские ритуалы, огонь и вода. Праздник борьбы и страсти. Душа Амазонии.