Это была обычная велосипедная прогулка. Велики мы взяли на прокат у местных курортных деятелей. Практика довольно распространенная в этой местности. Меня конечно больше влекло к байдарке. Очень хотелось попробовать сплав по местной горной реке. Но вернемся к прогулке. Выехали мы около пяти утра, дабы насладиться утренним туманом и свежим воздухом. Конечно, туман мы не застали, а вот свежий воздух, в лесу его было полно.
Заложники своего родства, эти люди были приговорены заранее и не подлежали помилованию, однако Гестия всегда старалась выполнять свою работу безукоризненно. Они должны выжить, как бы ни закончилась эта война.
Осторожно пробраться сквозь кусты. Дом и манит, и пугает. Он несколько раз уже приближался к самому входу, но в последний момент трусил и убегал. Что это за место? Никого нет. И в тоже время - полно людей. Но чуждых, ненормальных: заторможенных, сонных, словно неживых. Надо спросить старших. Временами они снисходили до него и объясняли. Сперва все разузнать и только потом вернуться. А если это как раз то, что он так давно искал?
Стайка учениц - класс седьмой-восьмой - высыпала из дверей здания и, весело щебеча, покатилась прочь от школы. Через пару минут появилась еще одна девочка. Голова опущена, слезы на глазах, губы трясутся. - Нина! Ты почему раздета? - из школы выскочила невысокая полная женщина с сероватым плащом в руках. Девочка обернулась, схватила протянутый тренч и пошла дальше, закинув одежку на плечо. Женщина минуту смотрела ей вслед, потом покачала головой и скрылась в дверях.
Амстердам – веселый город. Жизнь здесь бьет ключом весь день и всю ночь напролет. Но того, кто знает толк в земных удовольствиях, влечет единственный соблазн - голландская селедка, выловленная в холодном море в самом начале лета...
Кооператив "Семейное счастье" арендовал тесную комнатку в помещении Дворца Культуры. Обычно клиенты бывали здесь с ут-ра и после пяти. В середине дня наступало затишье. Сотрудники, числом трое, обычно занимались своими делами. Сегодня передохнуть не удалось. Сразу после обеда сюда заглянула посетительница. Сидящий в своем углу Блинов, очевидно, не оправдал ее надежд, и она направилась к Анастасии.
Леголасу правда нестрашно. Нет-нет, конечно, он совсем не боится ни этих ужасных глаз, выворачивающих его наизнанку, ни шипящих, ядовитых, полных ненависти слов, ни тонких пальцев с сотней колец, змеями обвивающих его шею. Ему честно-честно нестрашно сжимать в своих пальцах холодное лезвие, видеть темную кровь на белом мраморе, осторожно отмеривать каплю яда в собственный кубок и раз за разом натягивать улыбку, шепча, что все хорошо. Он правда не боится. Быть может, только самую чуточку.
Глубокая лесная лужа метров в тридцать, после вчерашнего дождя, основательно портила настроение редким водителям. Объехать ее нельзя, а ехать через нее - безнадежно. Мачо рискнул и намертво засел. Просто лег брюхом. Сколько осталось до деревни неизвестно, а назад, до трассы - километров двадцать. И позади остались другие лужи, хоть и менее глубокие, но все равно мерзкие. Мачо открыл дверь, закатал штанину, и, чертыхаясь, опустил ногу в жидкую грязь. Белый лакированный туфель и волосатая нога...
Всё будет завтра. А сегодня — спать. Чтобы остаться наедине с собой, мне нужно избавиться от Тайлера Дёрдена. Но как окончательно уничтожить того, кто существует только в твоей голове?
О том, что Сара Уильямс популярный онлайн-игрок, знают все. Что она хакер - практически никто.Сара ведёт спокойную жизнь, но однажды её младший брат-подросток впутывается в неприятности. Чтобы его спасти, ей придётся сорвать банк онлайн-игры «Лабиринт» и узнать о мире вокруг себя кое-что важное.
Вадим Осадкин пересчитывал карточный выигрыш. Вчера во время покерной партии Вадим снова слышал голос, перечисляющий чьи-то карты. Голос звучал у Осадкина в голове. Карты оппонентов Вадима Осадкина соответствовали названиям, которые сообщал Вадиму голос, поэтому Осадкин всегда выигрывал. Почти всегда: приходилось изредка проигрывать, чтобы не вызывать подозрений. Считая деньги, он продолжал слышать голос.
Слой земли, отброшенный откинувшейся крышкой люка, отлетел в сторону. Из скрывавшейся под люком шахты вылетело сооружение, похожее на причудливое кресло, в котором кто-то сидел. Конструкция с находящимся в ней неизвестным поднялась в воздух. На высоте нескольких десятков метров, кресло на миг застыло над землей. В небе хлопнуло - раскрылся парашют. Катапультное кресло, удерживаемое в воздухе куполом, приземлялась. Пятнадцать секунд - и оно достигло земли. Ремни, удерживающие тело сидящего в...
Выйдя на обледеневшее за ночь крыльцо, Стэки сразу же увидел припаркованный на противоположной стороне улицы ярко-синий фургон с большой белой орхидеей, изображенной на кузове рядом с надписью "Summer". Сердце мальчика на миг замерло в груди, остановленное порывом нахлынувшей вдруг радости. Неужели в этот раз "продавец лета" наконец-то придет к нему? Не к Хеннингтонам, живущим по соседству, а именно к нему, и подарит несколько часов долгожданного солнечного тепла?
Она пришла, когда солнце стояло в зените. Пустошь за ее спиной исходила жаром, и плыл воздух. На минуту она остановилась на холме: изодранное платье, гримаса темной радости на пустом лице. А потом она пошла вниз. Дети заметили одержимую первыми и кинулись прочь. Она оскалилась, но не стала преследовать их. Времени было предостаточно. Одного за одним она настигнет всех в этом городе.