Рассказ
Известно, что анимагическая форма Кроули - змей, но мало кто знает, что Азирафель тоже умеет менять свой человеческий облик.! ReverseAU: ангел Кроули и демон Азирафель.
В названии использована строка из песни "The Garden" - Einstürzende Neubauten.
Егоров зашел в дом и сразу же подошёл к окну. В деревне уже много слухов ходило, он это прекрасно знал. Егоров зажег сигарету и прошёл в комнатку жены. Она все также, как некогда утром, сидела в кресле и качала небольшой сверток. Незнающий человек бы сразу сказал: Ох, она же ребеночка убаюкивает. Но Егоров не из них, он прекрасно знал, что жена его не в своем уме, а в руках у неё просто свернутое полотенце. Пусть даже звала она его Митенькой...
Уже несколько часов Егор Павлович Венедиктов сидел в своем купе и томно смотрел в окно. За ним то и дело пролетали деревья, кустарники, редкие деревенские жители и их покосившееся за долгое время дома. С одной стороны он был до мозга костей городским малым, но насколько, же прекрасен был вид за окном, насколько он был глубок, но в то же время насколько он бьющий будто бы в самое сердце, грустный и упаднический.
Вылетаю из подъезда, здороваясь с отдыхающими после похода за продуктами мамочками на лавке. Плечо оттягивает старый рюкзак, а в нём - удивительные для мамочек (и вообще - для кого бы то ни было) вещи. Например, настоящий крысиный череп. Кулёк с косточками от персика - они стукаются с сухим звуком, когда я перепрыгиваю через бордюр. И ещё много чего интересного. Витька ждёт за гаражами, там, где стальные жуки важно вползают в лес и металлическими рогами вспарывают матушку-землю. У Витьки...
Мы сидели тогда в обшарпанной комнате, полностью залитой солнечным светом и как зачарованные смотрели выпученными от жары глазами, в окно, вернее на его стекло. Оно переливалось различными оттенками красного, желтого и зеленого. И это останавливало, приковывало взгляд и заставляло безвольно смотреть, несмотря на то, что надо было срочно бежать в соседние конторы и разнести последние фолианты каталогов, заказ на которые мы выполнили буквально вчера. Наконец, Парамон Валерьевич потряс...
Сухая тополиная листва приятно хрустела под изрядно потрепанными сандалиями Павлика. Пахло скошенной травой и еще откуда-то несся запах свежего хлеба, слева из барака раздавалась в тишине матерная брань, было солнечно и очень тепло, лето стремительно бежало к своему исходу и было понятно, что сухих дней будет не много, может быть неделя, ну от силы полторы... При каждом шаге огромный серый чехол бил по ногам, но Павлик не замечал этого и все продолжал спускаться вниз по улице, где на...
Марина открыла сайт одноклассников и сразу увидела его. Он смотрел на неё своими озорными, весёлыми глазами. Она сразу вспомнила мартовское раннее утро. Мальчишки ворвались в класс и начали вручать девчонкам подарки и сувениры. Виктор подошёл к Марине и протянул ей веточки багульника. На них едва-едва пробивались нежные листочки. Марина вспомнила маленький северный посёлок, над которым струилась лёгкая фиолетовая дымка, когда зацветал багульник. Обычно, это был ничем неприметный кустарник. Но...
В нашем отделе запуска импортного оборудования работали опытные специалисты от 35 до 45 лет. Это были высокообразованные, начитанные мужчины. Общение с ними было интересным. У всех были семьи, дети. Обеспечивали мужья своих жён хорошо. В электронной промышленности ставки были высокие, а в нашем отделе - ещё выше. Так что хватало денег не только на жизнь, но и на многое другое.
Молодая семья Бретта и Келли пережила страшную трагедию. У Келли случился выкидыш. Чтобы как-то отвлечься и пережить этот болезненный период в их жизни, Бретт покупает старинный дом, который раньше был церковью Святой Люси. Но выясняется, что особняк с историей таит множество жутких тайн. Станет ли этот дом мечты - утешением или гибелью?
Поучительный рассказ об одном гноме, который посмел бросить вызов закоренелым предрассудкам и суевериям, царившим среди его народа, и который был изгнан из своей стаи. Не упав духом, он начал своё странствие по свету, и узнал много нового. Вернувшись домой, он поделился с гномами своими знаниями, был прощён и простил сам.
Эмили молода, красива и успешна. Недавно переехав в Нью-Йорк она строит карьеру в модном журнале. Но однажды находит письмо с угрозами и требованием перестать встречаться с женатым мужчиной. И жизнь Эмили рушится как карточный домик. Она оказывается на грани увольнения, ее парень явно что-то скрывает, а добродушные коллеги превращаются в коварных завистников. А еще убийца — делает последнее, справедливое предупреждение.
Он достал его на пикировании, зайдя сверху и сзади-слева, и почти в упор жахнул изо всех стволов. Строенные трассы хлестнули по жёлтому капоту и плоскости, аккурат по паучьей свастике (1). Проскочив над финном, Стас собрался уйти на вираж, как вдруг по машине снизу заколотило. "Киттигавк" (2) затрясся, словно на булыжной мостовой, и Стас, опрокинув машину, по широкой дуге пошёл вниз.
В спальне клубился сумрак. Ноябрь. Йованка потянулась, перевернулась на другой бок. Ей теперь не надо подниматься рано утром. Театр перестал работать три недели назад. Деньги выплатили за три месяца - хотя деньги уже почти ничего не стоили. Конец света.
Лес горел. Двух часов хватило, чтобы зарево распространилось до самого горизонта, затмив собой потускневшую Луну и звезды. Вековые сосны полыхали, как спички, и помогали огню двигаться все дальше к нагорью. К утру от бывшего национального парка останется лишь смрадный дымящийся пустырь, но пока это бедствие только набирало силу, грозя каждому, кто не успеет сбежать, неотвратимой и мучительной смертью.
Туман над великой рекой уже рассеялся, когда рощу из акаций и тамарисков пресекла торопливая тень. Спустившись с пригорка и осторожно пройдя сквозь заросли колючего кустарника знакомой тропой, Тальхеп осмотрелся. Вокруг галдели потревоженные птицы, роились мириады мошек и москитов, но смуглому мальчишке в одной набедренной повязке все было нипочем. Туман над великой рекой уже рассеялся, когда рощу из акаций и тамарисков пресекла торопливая тень. Спустившись с пригорка и осторожно...
По условиям нависшего над ним подлога, он не мог уехать куда-нибудь. "Куда-нибудь" - самое лучшее понятие в его восприятии. Ему все ровно куда, только бы с размахом разменивать большое пространство, - видеть бескрайность. Стас жил в деревянном расколовшемся дачном домике, оказавшемся над глубокой земляной трещиной, после последнего движения прибрежных грунтов в районе Дачи Ковалевского. Щели в невысоких дощатых стенах домика почти повторяли раскол земли. Он заткнул их всевозможными тряпками,...
И лишь, когда это кольцо зашевелилось, до Агнесс дошло, что перед ней дракон. А уж когда из-за колонн вынырнула украшенная рожками и ослепительно сверкающая золотом огромная змеиная голова с круглыми зелеными глазами, сердце несчастной девушки ухнуло вниз. Никогда ещё Агнесс не было так страшно.
Семь утра. Просыпаюсь от шума за стеной - трубы Иерихона? Грабители? Бежать, спасаться, куда? В панике подскакиваю на кровати, прихожу в себя - нет, нет, это всего лишь Марсия, моя свекровь. Даже не знаю, что хуже.